Дети никиты сергеевича хрущева. Хрущёв, Сергей Никитич Где сейчас дети никиты хрущева
Большинству читателей известен только один сын Н. С. Хрущева – Сергей, весьма благополучный человек, уже длительное время проживающий в США. О существовании его старшего сводного брата Леонида примерно до конца 1980-х годов слышали очень немногие. Сам же Никита Хрущев о нем никогда не упоминал. Однако в мемуарах, документальных книгах, газетных и журнальных публикациях последних лет появилось огромное количество сведений, посвященных судьбе Леонида Хрущева. Официально старший лейтенант Леонид Хрущев числится пропавшим без вести во время воздушного боя 11 марта 1943 года в районе села Машутино около городка Жиздра Орловской области. Большинство же опубликованных материалов не только опровергает гибель летчика в бою, но и утверждает, что тот добровольно сдался в плен, а затем был расстрелян как предатель. Приводимые авторами многочисленные доводы не дополняют, а зачастую просто противоречат друг другу. Какая же из версий подлинная или хотя бы в некоторой мере приближена к истине?В конце 1990-х годов сначала сводный брат Леонида Сергей, а затем сын Леонида Юрий и проживающая в США внучка Нина публично объявили, что все опубликованные материалы о предательстве Леонида Хрущева являются ложью, и через юридические органы потребовали опровержений. Хрущевы утверждали, что при жизни Никиты Сергеевича никаких публикаций о предательстве его сына не было, поскольку он бы их опроверг; никаких документальных подтверждений осуждения Леонида также нет. К тому же в семье ни о чем подобном никогда не говорили – дети всегда знали от родителей, что Леонид геройски погиб в воздушном бою.Действительно, документы, так или иначе подтверждающие вину Леонида Хрущева, никем из исследователей никогда и нигде обнаружены не были. Некоторые объясняют это основательной чисткой государственных и партийных архивов, которую проводил Н. С. Хрущев еще в самом начале своего правления. Все материалы, каким-либо образом его компрометирующие, были изъяты и, скорее всего, уничтожены. Кое-кто из бывших работников кремлевской охраны утверждает, что между Киевом и Москвой часто курсировал спецсамолет особого авиаотряда, доставлявший Никите Сергеевичу документы, от которых он с облегчением избавлялся.Тем не менее, документы, касающиеся Л. Хрущева, прошитые и пронумерованные, хранятся в Центральном архиве Министерства обороны РФ города Подольска. Обращение к ним, и в частности к личному делу старшего лейтенанта Л. Н. Хрущева, не дает никаких подтверждений тому, что он когда-либо был осужден. В подлиннике автобиографии, написанной Леонидом Хрущевым 22 мая 1940 года, можно прочесть: «Родился в Донбассе (г. Сталино) 10 ноября 1917 г. в семье рабочего. До революции отец работал слесарем на шахтах и заводе Боссе. В настоящее время член Политбюро ЦК ВКП (б), секретарь ЦК КП (б) Украины. Родственников за границей нет. Женат. Жена работает штурманом-летчиком эскадрильи аэроклуба в Москве. Отец жены – рабочий. Брат – военнослужащий ВВС, г. Одесса. Сестра – домохозяйка. Общее и специальное образование получил, учась в семилетке, ФЗУ, школе пилотов ГВФ, на подготовительном курсе академии. Школу ГВФ окончил в 1937 г. В РККА добровольно с февраля 1939 г., слушатель подготовительного курса ВВА им. Жуковского. С февраля 1940 г. – ЭВАЩ (Энгельсская военная авиационная школа). За границей не был, под судом не был».Хотя в автобиографии нет никаких сведений о судимости, некоторые легенды, которых немало не только о гибели Леонида Хрущева, но и о всей его жизни, рассказывают, что он был осужден, причем не однажды. Многие авторы изображают Леонида Хрущева как человека, способного и на предательство, и на убийство. Так, Серго Берия в своей книге «Мой отец – Лаврентий Берия» утверждает, что сын Никиты Хрущева еще до войны связался с бандой уголовников, промышлявшей убийствами и грабежами. За совершенные преступления его подельники были расстреляны, а сам Леонид, будучи сыном высокопоставленного государственного деятеля, отделался десятью годами лишения свободы. Однако никаких следов относительно десяти лет лишения свободы, о которых упоминает сын Лаврентия Берии, ни в одном из документов нет.Как известно, после обучения в ЭВАШ Леонид Хрущев, получив первое воинское звание лейтенанта, был назначен младшим летчиком в 134-й авиаполк скоростных бомбардировщиков Московского военного округа. И уже в первые месяцы 1941 года отважно воевал, чему есть документальные свидетельства. В представлении командира 46-й авиадивизии к награждению орденом Красного Знамени сказано: «Тов. Хрущев имеет 12 боевых вылетов. Мужественный, бесстрашный летчик. В воздушном бою 06.07.41 г. храбро дрался с истребителями противника вплоть до отражения их атаки. Из боя тов. Хрущев вышел с изрешеченной машиной». Не менее положительна его боевая характеристика от 9 января 1942 года: «Дисциплинирован. Техника пилотирования на самолетах СБ и АР-2 отличная. В воздухе спокоен и расчетлив. Неутомимый в бою, бесстрашный, всегда рвался в бой. На Западном фронте пробыл два месяца в начальный период, т. е. в самый тяжелый период, когда полк летал без прикрытия. Совершил 27 боевых вылетов над войсками врага. В бою был сбит противником и при посадке сломал ногу». Получивший травму Леонид Хрущев был сразу вывезен в госпиталь в Куйбышев, где тогда находились в эвакуации семьи многих руководящих работников. Именно к этому периоду его жизни относится еще одна история, достоверность которой до сих пор под вопросом. Она рассказывает о том, что в 1942 году в Куйбышеве в пьяном угаре Леонид Хрущев якобы застрелил морского офицера, был осужден и отправлен на передовую. В своей книге «Дети Кремля» Лариса Васильева пишет об этом: «Сталину доложили, что сын Хрущева – Леонид, военный летчик в звании старшего лейтенанта, в состоянии сильного алкогольного опьянения застрелил майора Красной Армии». Степан Микоян, сын А. И. Микояна, уточняет: «Была вечеринка, был какой-то моряк с фронта. Ну и они начали говорить, кто как стреляет. Моряк настаивал, чтоб Леонид сбил у него с головы бутылку… Выстрелил и отбил горлышко. Моряк настаивал: попади в бутылку. И он выстрелил второй раз и попал в лоб тому моряку. Ему дали 8 лет с отбытием на фронте». Трагический случай со стрельбой в бутылку подтверждают и другие очевидцы события. Однако все они лишь слышали, что «то ли Леня стрелял, то ли в него стреляли, то ли он только при этом присутствовал». Поэтому версия об убийстве морского офицера опять же никакого документального подтверждения не имеет.К тому же после выздоровления Леонид Хрущев был отправлен не в штрафбат, как писали многие, а на переучивание в учебно-тренировочный авиационный полк, после чего был назначен командиром звена 18-го гвардейского истребительного авиаполка. Полк имел хорошую учебную базу, и молодой летчик, до того воевавший в бомбардировочной авиации, быстро освоился на новом месте. Вскоре он начал участвовать в выполнении боевых задач на самолете Як-7Б. Поговаривали, правда, что Леонид Никитович якобы отправился на фронт, чтобы избежать наказания за дебош с потасовкой и случайным убийством. Другие решительно не верили подобному оговору: «Леонид – честнейшей души человек, просто попал в жернова обстоятельств во времена, когда и не таких обламывали». В любом случае сын важного государственного человека не стал отсиживаться в тылу, и сам пошел на фронт – уже это достойно уважения. В новый авиаполк Леонид Хрущев попал буквально за несколько дней до своего последнего вылета. В роковом для него бою Хрущев на своем Як-7Б был ведомым, ведущим – один из лучших боевых летчиков полка Заморин. Звено атаковали два немецких истребителя «Фокке-Вульф-190». На высоте 2500 метров завязался воздушный бой – пара на пару. О последнем бое гвардии старшего лейтенанта Хрущева до сих пор ходит чересчур много легенд. Наиболее популярны две версии. Согласно первой – его сбили, он успел выброситься с парашютом, приземлился на оккупированной немцами территории и сдался в плен. По второй – он не был сбит, а просто добровольно перелетел на вражеский аэродром. В одной газете написали даже, что «перелетел к немцам со всем своим подразделением…»Ведущий, гвардии старший лейтенант Заморин, дает три версии, касающиеся того рокового боя, и все разные! Как позднее признался сам Заморин, было страшно – и он, и командование полка боялись наказания за то, что не уберегли сына члена Политбюро. Поэтому в первом рапорте Заморин пишет, что самолет Хрущева сорвался в штопор, во втором – что Леонид, спасая его, подставил свой самолет под очередь «фокке-вульфа», в третьем – что в горячке боя вообще не заметил, что случилось с его ведомым. Уже после войны, и даже после смерти бывшего руководителя СССР Никиты Хрущева, Заморин послал на имя Маршала Советского Союза Устинова письмо, в котором признался: «Я в рапорте умолчал о том, что, когда немецкий «ФВ-190» рванулся на мою машину в атаку, зайдя мне снизу под правое крыло, Леня Хрущев, чтобы спасти меня от смерти, бросил свой самолет наперерез огневому залпу «фоккера». После бронебойного удара самолет Хрущева буквально рассыпался на моих глазах!.. Вот почему на земле невозможно было найти какие-либо следы этой катастрофы. Тем более искать начальство приказало не сразу – наш бой проходил над территорией, оккупированной немцами». Все же в письме Заморина одно бесспорно – бывший ведущий изо всех сил старался спасти репутацию погибшего ведомого, попытался защитить напарника от обвинений в предательстве и объяснить, почему на земле ничего не нашли.В печальном сообщении, с которым ровно через месяц после происшествия – 11 апреля 1943 года – обратился командующий 1-й воздушной армии генерал-лейтенант Худяков к члену Военного Совета Воронежского фронта генерал-лейтенанту Хрущеву, была воспроизведена картина боя и выдвинута версия о том, что Леонид Хрущев сорвался в штопор: «В течение месяца мы не теряли надежды на возвращение вашего сына, – сообщал Худяков, – но обстоятельства, при которых он не возвратился, и прошедший с того времени срок заставляют нас сделать скорбный вывод, что Ваш сын – гвардии старший лейтенант Хрущев Леонид Никитович пал смертью храбрых в воздушном бою против немецких захватчиков».Организованные Худяковым самые тщательные поиски с воздуха и через партизан (не попал ли советский летчик в немецкий плен?) результатов не дали. Леонид Хрущев словно сквозь землю провалился – ни обломков самолета, ни останков пилота обнаружить не удалось. Что случилось с самолетом Л. Хрущева, до сих пор достоверно выяснить не удалось и вряд ли удастся. Вероятно, сведений об этом не существует вовсе, либо они находятся в архивах, недоступных для исследования. По некоторым данным, исчерпывающая информация содержалась в досье на Н. С. Хрущева, хранившемся в личном архиве Сталина, но где находится это досье и цело ли оно – неизвестно.
О смерти Леонида Хрущева, старшего сына Никиты Сергеевича Хрущева от первого брака, существует немало легенд. По одной из версий, летчик-истребитель, гвардии старший лейтенант Леонид Хрущев погиб как герой в воздушном бою в 1943 году. По другой — был расстрелян по приказу Сталина как изменник Родины. Это всего лишь два из нескольких предположений, о достоверности которых исследователи, историки и журналисты спорят до сих пор.
Все величайшие загадки истории / М. А. Панкова, И. Ю. Романенко и др.
Большинству читателей известен только один сын Н. С. Хрущева — Сергей, весьма благополучный человек, уже длительное время проживающий в США. О существовании его старшего сводного брата Леонида примерно до конца 1980-х годов слышали очень немногие. Сам же Никита Хрущев о нем никогда не упоминал. Однако в мемуарах, документальных книгах, газетных и журнальных публикациях последних лет появилось огромное количество сведений, посвященных судьбе Леонида Хрущева. Официально старший лейтенант Леонид Хрущев числится пропавшим без вести во время воздушного боя 11 марта 1943 года в районе села Машутино около городка Жиздра Орловской области. Большинство же опубликованных материалов не только опровергает гибель летчика в бою, но и утверждает, что тот добровольно сдался в плен, а затем был расстрелян как предатель. Приводимые авторами многочисленные доводы не дополняют, а зачастую просто противоречат друг другу. Какая же из версий подлинная или хотя бы в некоторой мере приближена к истине?
В конце 1990-х годов сначала сводный брат Леонида Сергей, а затем сын Леонида Юрий и проживающая в США внучка Нина публично объявили, что все опубликованные материалы о предательстве Леонида Хрущева являются ложью, и через юридические органы потребовали опровержений. Хрущевы утверждали, что при жизни Никиты Сергеевича никаких публикаций о предательстве его сына не было, поскольку он бы их опроверг; никаких документальных подтверждений осуждения Леонида также нет. К тому же в семье ни о чем подобном никогда не говорили — дети всегда знали от родителей, что Леонид геройски погиб в воздушном бою.
Действительно, документы, так или иначе подтверждающие вину Леонида Хрущева, никем из исследователей никогда и нигде обнаружены не были. Некоторые объясняют это основательной чисткой государственных и партийных архивов, которую проводил Н. С. Хрущев еще в самом начале своего правления. Все материалы, каким-либо образом его компрометирующие, были изъяты и, скорее всего, уничтожены. Кое-кто из бывших работников кремлевской охраны утверждает, что между Киевом и Москвой часто курсировал спецсамолет особого авиаотряда, доставлявший Никите Сергеевичу документы, от которых он с облегчением избавлялся.
Тем не менее, документы, касающиеся Л. Хрущева, прошитые и пронумерованные, хранятся в Центральном архиве Министерства обороны РФ города Подольска. Обращение к ним, и в частности к личному делу старшего лейтенанта Л. Н. Хрущева, не дает никаких подтверждений тому, что он когда-либо был осужден. В подлиннике автобиографии, написанной Леонидом Хрущевым 22 мая 1940 года, можно прочесть: «Родился в Донбассе (г. Сталино) 10 ноября 1917 г. в семье рабочего. До революции отец работал слесарем на шахтах и заводе Боссе. В настоящее время член Политбюро ЦК ВКП(б), секретарь ЦК КП(б) Украины. Родственников за границей нет. Женат. Жена работает штурманом-летчиком эскадрильи аэроклуба в Москве. Отец жены — рабочий. Брат — военнослужащий ВВС, г. Одесса. Сестра — домохозяйка. Общее и специальное образование получил, учась в семилетке, ФЗУ, школе пилотов ГВФ, на подготовительном курсе академии. Школу ГВФ окончил в 1937 г. В РККА добровольно с февраля 1939 г., слушатель подготовительного курса ВВА им. Жуковского. С февраля 1940 г. — ЭВАШ (Энгельсская военная авиационная школа). За границей не был, под судом не был».
Хотя в автобиографии нет никаких сведений о судимости, некоторые легенды, которых немало не только о гибели Леонида Хрущева, но и о всей его жизни, рассказывают, что он был осужден, причем не однажды. Многие авторы изображают Леонида Хрущева как человека, способного и на предательство, и на убийство. Так, Серго Берия в своей книге «Мой отец — Лаврентий Берия» утверждает, что сын Никиты Хрущева еще до войны связался с бандой уголовников, промышлявшей убийствами и грабежами. За совершенные преступления его подельники были расстреляны, а сам Леонид, будучи сыном высокопоставленного государственного деятеля, отделался десятью годами лишения свободы. Однако никаких следов относительно десяти лет лишения свободы, о которых упоминает сын Лаврентия Берии, ни в одном из документов нет.
Как известно, после обучения в ЭВАШ Леонид Хрущев, получив первое воинское звание лейтенанта, был назначен младшим летчиком в 134-й авиаполк скоростных бомбардировщиков Московского военного округа. И уже в первые месяцы 1941 года отважно воевал, чему есть документальные свидетельства. В представлении командира 46-й авиадивизии к награждению орденом Красного Знамени сказано: «Тов. Хрущев имеет 12 боевых вылетов. Мужественный, бесстрашный летчик. В воздушном бою 06.07.41 г. храбро дрался с истребителями противника вплоть до отражения их атаки. Из боя тов. Хрущев вышел с изрешеченной машиной». Не менее положительна его боевая характеристика от 9 января 1942 года: «Дисциплинирован. Техника пилотирования на самолетах СБ и АР-2 отличная. В воздухе спокоен и расчетлив. Неутомимый в бою, бесстрашный, всегда рвался в бой. На Западном фронте пробыл два месяца в начальный период, т. е. в самый тяжелый период, когда полк летал без прикрытия. Совершил 27 боевых вылетов над войсками врага. В бою был сбит противником и при посадке сломал ногу».
Получивший травму Леонид Хрущев был сразу вывезен в госпиталь в Куйбышев, где тогда находились в эвакуации семьи многих руководящих работников. Именно к этому периоду его жизни относится еще одна история, достоверность которой до сих пор под вопросом. Она рассказывает о том, что в 1942 году в Куйбышеве в пьяном угаре Леонид Хрущев якобы застрелил морского офицера, был осужден и отправлен на передовую. В своей книге «Дети Кремля» Лариса Васильева пишет об этом: «Сталину доложили, что сын Хрущева — Леонид, военный летчик в звании старшего лейтенанта, в состоянии сильного алкогольного опьянения застрелил майора Красной Армии». Степан Микоян, сын А. И. Микояна, уточняет: «Была вечеринка, был какой-то моряк с фронта. Ну и они начали говорить, кто как стреляет. Моряк настаивал, чтоб Леонид сбил у него с головы бутылку. Выстрелил и отбил горлышко. Моряк настаивал: попади в бутылку. И он выстрелил второй раз и попал в лоб тому моряку. Ему дали 8 лет с отбытием на фронте». Трагический случай со стрельбой в бутылку подтверждают и другие очевидцы события. Однако все они лишь слышали, что «то ли Леня стрелял, то ли в него стреляли, то ли он только при этом присутствовал». Поэтому версия об убийстве морского офицера опять же никакого документального подтверждения не имеет.
К тому же после выздоровления Леонид Хрущев был отправлен не в штрафбат, как писали многие, а на переучивание в учебно-тренировочный авиационный полк, после чего был назначен командиром звена 18-го гвардейского истребительного авиаполка. Полк имел хорошую учебную базу, и молодой летчик, до того воевавший в бомбардировочной авиации, быстро освоился на новом месте. Вскоре он начал участвовать в выполнении боевых задач на самолете Як-7Б. Поговаривали, правда, что Леонид Никитович якобы отправился на фронт, чтобы избежать наказания за дебош с потасовкой и случайным убийством. Другие решительно не верили подобному оговору: «Леонид — честнейшей души человек, просто попал в жернова обстоятельств во времена, когда и не таких обламывали». В любом случае сын важного государственного человека не стал отсиживаться в тылу и сам пошел на фронт — уже это достойно уважения.
В новый авиаполк Леонид Хрущев попал буквально за несколько дней до своего последнего вылета. В роковом для него бою Хрущев на своем Як-7Б был ведомым, ведущим — один из лучших боевых летчиков полка Заморин. Звено атаковали два немецких истребителя «Фокке-Вульф-190». На высоте 2500 метров завязался воздушный бой — пара на пару. О последнем бое гвардии старшего лейтенанта Хрущева до сих пор ходит чересчур много легенд. Наиболее популярны две версии. Согласно первой — его сбили, он успел выброситься с парашютом, приземлился на оккупированной немцами территории и сдался в плен. По второй — он не был сбит, а просто добровольно перелетел на вражеский аэродром. В одной газете написали даже, что «перелетел к немцам со всем своим подразделением…».
Ведущий, гвардии старший лейтенант Заморин, дает три версии, касающиеся того рокового боя, и все разные! Как позднее признался сам Заморин, было страшно — и он, и командование полка боялись наказания за то, что не уберегли сына члена Политбюро. Поэтому в первом рапорте Заморин пишет, что самолет Хрущева сорвался в штопор, во втором — что Леонид, спасая его, подставил свой самолет под очередь «фокке-вульфа», в третьем — что в горячке боя вообще не заметил, что случилось с его ведомым. Уже после войны, и даже после смерти бывшего руководителя СССР Никиты Хрущева, Заморин послал на имя Маршала Советского Союза Устинова письмо, в котором признался: «Я в рапорте умолчал о том, что, когда немецкий „ФВ-190“ рванулся на мою машину в атаку, зайдя мне снизу под правое крыло, Леня Хрущев, чтобы спасти меня от смерти, бросил свой самолет наперерез огневому залпу „фоккера“. После бронебойного удара самолет Хрущева буквально рассыпался на моих глазах!.. Вот почему на земле невозможно было найти какие-либо следы этой катастрофы. Тем более искать начальство приказало не сразу — наш бой проходил над территорией, оккупированной немцами». Все же в письме Заморина одно бесспорно — бывший ведущий изо всех сил старался спасти репутацию погибшего ведомого, попытался защитить напарника от обвинений в предательстве и объяснить, почему на земле ничего не нашли.
В печальном сообщении, с которым ровно через месяц после происшествия — 11 апреля 1943 года — обратился командующий 1-й воздушной армии генерал-лейтенант Худяков к члену Военного Совета Воронежского фронта генерал-лейтенанту Хрущеву, была воспроизведена картина боя и выдвинута версия о том, что Леонид Хрущев сорвался в штопор: «В течение месяца мы не теряли надежды на возвращение вашего сына, — сообщал Худяков, — но обстоятельства, при которых он не возвратился, и прошедший с того времени срок заставляют нас сделать скорбный вывод, что Ваш сын — гвардии старший лейтенант Хрущев Леонид Никитович пал смертью храбрых в воздушном бою против немецких захватчиков».
Организованные Худяковым самые тщательные поиски с воздуха и через партизан (не попал ли советский летчик в немецкий плен?) результатов не дали. Леонид Хрущев словно сквозь землю провалился — ни обломков самолета, ни останков пилота обнаружить не удалось. Что случилось с самолетом Л. Хрущева, до сих пор достоверно выяснить не удалось и вряд ли удастся. Вероятно, сведений об этом не существует вовсе либо они находятся в архивах, недоступных для исследования. По некоторым данным, исчерпывающая информация содержалась в досье на Н. С. Хрущева, хранившемся в личном архиве Сталина, но где находится это досье и цело ли оно — неизвестно.
Поиски погибшего летчика продолжаются и в наши дни. В мае 1998 года члены ассоциации «Космопоиск», прочесывая калужские леса на предмет обнаружения метеоритов, случайно нашли детали советского истребителя ЯК-7Б. Техника времен Великой Отечественной — в этих краях не редкость. Однако на сей раз поисковики ждали сенсации. Порывшись в архивных документах, они пришли к выводу, что найденные ими обломки могут быть частями того самолета, на котором летал Леонид Хрущев. Поисковики опросили местных жителей, и некоторые из них подтвердили гипотезу «Космопоиска». По их сведениям, в апреле 1943 года они, в то время совсем мальчишки, видели, как рухнул самолет и уже на земле взорвался. Один из них, П. Ф. Убрятов из села Васьково Людиновского района, рассказал, как на его глазах немецкий истребитель зашел в хвост и двумя очередями сбил наш самолет: «Никто из машины не выпрыгнул, самолет с воем врезался в землю, пацаны прибежали к воронке и успели отыскать три пальца летчика и какие-то документы. Больше копаться в обломках не смогли — отогнали приехавшие на мотоциклах немцы. Пальцы мы зарыли в саду, а документы спрятали в чулане у меня дома. После освобождения передали документы советским офицерам. Те хвалили нас, но, увидев фамилию в удостоверении („Видать, важная была фамилия!“), строго-настрого приказали молчать об увиденном. Ясное дело, это и был сын Хрущева, а иначе зачем такие строгости!?». Таким образом, члены экспедиции «Космопоиска» были почти уверены в том, что найденные ими фрагменты самолета принадлежали боевой машине Леонида Хрущева, хотя утверждать это однозначно, безусловно, нельзя.
Результаты поиска прокомментировали близкие родственники Леонида Хрущева. Его сын Юрий сказал: «В последний раз я видел отца в 1941 году, когда он уходил на фронт. Мне было шесть лет. С тех пор меня окружают сплошные слухи и домыслы о нем: „сбежал“ на фронт от срока за хулиганство, перелетел на сторону немцев и вообще он летать, дескать, не умел… Все это бред. Отец пошел на фронт, будучи кадровым военным: еще до войны был летчиком-инструктором в аэроклубе. В 1941 году его наградили орденом Красного Знамени — такие награды не дают просто так. Могли ли поисковики наткнуться на остатки его самолета? В принципе, да. Но требуется экспертиза, прежде чем что-либо утверждать. Хотя я и без экспертизы знаю, что отец погиб, как настоящий герой. Он был хорошим человеком, классным летчиком. Я пошел по его стопам, стал летчиком-испытателем. Ушел на пенсию только четыре года назад в чине полковника, со званием заслуженного летчика-испытателя России». А вот Р. Н. Аджубей, сестра Л. Хрущева, к подобного рода «находкам» относится с большой осторожностью: «Мы долго и с помощью опытных специалистов ищем остатки самолета Леонида, но до сих пор сказать ничего определенного нельзя. Несколько лет назад в Калужской области действительно обнаружили фрагменты советского боевого самолета и останки летчика. Но идентифицировать его не удалось, хотя занимался этим известный российский генетик Иванов — тот самый, что идентифицировал останки царской семьи в Екатеринбурге. Да и боевой техники тут полно: здесь шли напряженные бои. Вокруг имени моего брата много слухов и сплетен. Я никогда не верила в грязные вымыслы. Когда его ранило в одном из первых боев, я была у него в госпитале. Он держался молодцом, хотя чуть не потерял тогда ногу. Если бы удалось отыскать хоть что-то, что от него осталось, и захоронить, была бы счастлива. Но пока что говорить об этом рано».
Что же касается легенды о предательстве Леонида Хрущева, то она основывается, в частности, на рассказе бывшего заместителя начальника Главного управления кадров МО СССР генерал-полковника И. А. Кузовлева. Согласно его версии, Леонид Хрущев в 1943 году попал в плен к немцам. По настоятельной просьбе Никиты Хрущева Сталин дал согласие на обмен его сына на немецкого военнопленного. Обмен состоялся (по некоторым данным, Хрущев был захвачен партизанами, а кое-кто даже утверждает, что он был выкуплен, а захват просто инсценировали). Но, как установили работники КГБ, когда Л. Хрущев находился в фильтрационном лагере для бывших военнослужащих, он пошел на сотрудничество с гитлеровцами. По совокупности совершенных преступлений Л. Н. Хрущев военным трибуналом был осужден и приговорен к расстрелу. Никита Хрущев умолял Сталина пощадить сына, но получил жесткий отказ. В многочисленных публикациях имеются яркие описания их встречи. Для убедительности авторы, как правило, ссылаются на воспоминания П. Судоплатова, А. Поскребышева, М. Докучаева и др., хотя никто из них не был прямым свидетелем разговора, а только «что-то от кого-то слышал».
В 1999 году Главная военная прокуратура провела собственное расследование. В заключении, которое подписал полковник юстиции Л. Копалин, говорится, что «сведениями о совершении каких-либо преступлений старшим лейтенантом Л. Н. Хрущевым Главная военная прокуратура не располагает». Но спорить о судьбе Леонида Хрущева люди продолжают до сих пор. Каждый отстаивает свое мнение, полагая, что именно оно — истина. Наверное, прав был Л. Вовенарг, когда сказал: «Между людьми быть может столько же истин, сколько и заблуждений, столько же хороших качеств, сколько и дурных, столько же удовольствий, сколько горя».
HistoryLost.Ru - Загадки истории
ЛЖЕДМИТРИЙ ХРУЩЕВ
Николай Непомнящий - 100 великих загадок XX века...
11 сентября 1971 года, ушел из жизни Никита Сергеевич Хрущев. На протяжении четверти века его недоброжелатели всех мастей продолжают мстить ему, уже мертвому, за доклад на XX съезде КПСС, за последующий разгром «антипартийной группы», за вынос (по решению XXII съезда КПСС) тела Сталина из Мавзолея на Красной площади. Ненавидящие Хрущева стараются убедить общественное мнение в том, что основной причиной хрущевской критики Сталина и сталинщины явились личные мотивы, связанные с гибелью его старшего сына Леонида. Автор настоящей статьи по архивным документам и рассказам очевидцев попытался проследить подлинную историю Леонида и корни слухов о его смерти.
Время от времени в российской прессе, отчаянно бьющейся за тираж, появляются разнообразные «сенсации». К их числу относятся и рассказы о необыкновенной судьбе сына Хрущева от первого брака. Эхо этих историй даже перелетело океан. В выходящей в США газете «Новое русское слово» (26 января 1996 года) была перепечатана из декабрьского за 1995 год номера московской «Экспресс-газеты» заметка бывшего генерала КГБ Вадима Удилова о том, как сын Хрущева Дмитрий был якобы выкраден из немецкого плена генералом КГБ Судоплатовым и расстрелян за предательство — он-де согласился сотрудничать с врагом. В этой публикации все — вранье.
Начнем с того, что сына Дмитрия у Никиты Сергеевича не было. Можно только догадываться, что речь идет о сыне Хрущева от первого брака (его первая жена умерла в 1919 году от тифа) по имени Леонид. Летчик, старший лейтенант, он участвовал в боевых вылетах с первых дней войны. Успел сделать пару десятков вылетов, был представлен к награде, но 26 июля 1941 года его самолет был подбит после бомбардировки станции Изоча и еле дотянул до нейтральной полосы. При посадке самолета на поле Леонид сломал ногу, затем долго лежал в госпитале в Куйбышеве. Здесь, как рассказывает генерал Степан Микоян (он тогда в звании лейтенанта лечился в том же госпитале), произошло следующее:
«Однажды в компании раненых оказался какой-то моряк. Когда все были сильно “под градусом”, кто-то сказал, что Леонид Хрущев очень меткий стрелок. Моряк — на спор — предложил Леониду сбить бутылку с его головы. Тот долго отказывался, но потом все-таки выстрелил и отбил у бутылки горлышко. Моряк стал спорить, доказывать, что горлышко “не считается”, надо попасть в саму бутылку. Леонид снова выстрелил и попал моряку в лоб».
Простого летчика за эту «игру в Вильгельма Телля» (такая игра была в ходу в госпиталях, на тыловых переподготовках и т. п.) наказали бы строго. Но в данном случае речь шла о боевом летчике, лечившемся после тяжелого ранения, да еще и сыне члена политбюро. Все очевидцы показывали, что инициатива в этой печальной истории исходила не от Леонида, а от погибшего моряка. Трибунал приговорил Леонида к штрафбату (по другим данным — к 8 годам лагерей), но в качестве поблажки разрешил отбывать наказание в авиации.
Леонид попросился на истребитель и воевал отчаянно. 11 марта 1943 года его самолет был сбит около поселка Жиздра над оккупированной территорией. Командующий фронтом предложил Никите Хрущеву послать поисковую группу, но тот отказался: риск ничего не найти, но погубить людей был слишком велик.
Никаких документов и сведений о том, что Леонид Хрущев якобы попал в плен, не было и нет. В феврале 1995 года «Российская газета» в статье «Нашли могилу Хрущева?» (более полная версия этой статьи под заглавием «Сын Н. С. Хрущева погиб на Брянщине?» была опубликована в «Брянском рабочем» от 20 января 1995 г.) сообщила, что в высохшем болоте около городка Фокино (в 45 километрах от Жиздры) местная поисковая группа (руководитель Валерий Кондрашов) нашла обломки самолета, а в нем — останки летчика. По некоторым приметам (тип истребителя Як-7, меховой шлемофон того же вида, что носил Леонид, дата на пулемете — 1943 год) похоже, что это самолет Леонида. Я пишу так осторожно потому, что тип истребителя совпадает, но это не та модификация, на которой обычно летал Леонид. Возможно, в этот полет он отправился на другом самолете. К сожалению, пока не удалось отыскать документов на самолет, погибший возле Фокино; если удастся сверить номер двигателя с формуляром (он должен был бы сохраниться в архиве Министерства обороны), можно будет точно сказать о судьбе Леонида.
А теперь о судьбе легенды по поводу его мнимого пленения, похищения и расстрела.
До 1969 года об этом никаких разговоров не было. Но в 1969 году «наверху» стали склоняться к тому, что нужно реабилитировать товарища Сталина — приближалось его 90-летие. В «Правде» была подготовлена юбилейная хвалебная статья по поводу «выдающихся» заслуг Сталина перед революцией, страной и миром. Узнав об этом, группа видных ученых и писателей написала в ЦК резкий протест (большую активность проявил известный публицист Эрнст Генри). Письмо подействовало, статью из номера сняли. Но матрица газеты уже летела на Дальний Восток. И дальневосточный номер вышел со статьей! Тогда шутили: мы имеем две правды о товарище Сталине.
Сторонники реабилитации Сталина старались «правдоподобно» объяснить причины разоблачения культа личности на XX и XXII съездах КПСС. Филипп Бобков, заместитель председателя КГБ, в те годы возглавлял 5-е управление (борьба с инакомыслящими). Есть сведения, что именно он приложил руку к созданию легенды о «предателе, сыне Хрущева». Его подчиненный, генерал Вадим Удилов, выступая в «Экспресс-газете» с «разоблачительным» антихрущевским очерком, продолжает ту же линию: «сынок Хрущева» сотрудничал с врагом, агитировал за сдачу советских воинов немцам… Разумеется, «органы» не могли оставаться в стороне: группа Судоплатова похитила сына Хрущева из немецкого плена, а беспощадный, но гуманный и справедливый советский трибунал постановил расстрелять его как бешеную собаку. Сталин в изложении Удалова выглядит суровым, но благородным. Он говорит Хрущеву, который якобы просит о снисхождении: «Если то же самое произойдет с моим сыном, я приму этот суровый, но справедливый приговор». Не тиран, а прямо-таки Тарас Бульба! Некоторые товарищи, увы, еще помнят, как тело товарища Сталина вынесли из Мавзолея, и пытаются создать миф о том, почему происходило это «безобразие». Все очень просто: Хрущев был якобы зол на товарища Сталина за расстрел сына, обижен, что тот не услышал его слезной просьбы. И как только дорвался до власти, так сразу Судоплатова посадил, а «великого» Сталина оплевал и Ленина в Мавзолее осиротил…
«Комсомольская правда» в ноябре-декабре 1994 года поместила три публикации главного редактора «Росинформа» Евгения Жирнова под названием «Красный принц», где излагается все та же версия о сыне Хрущева: плен, предатель, похищение, расстрел. Но Жирнов, по крайней мере, правильно называет имя: Леонид (а не Дмитрий). И газету понять можно: нужен тираж, нужны сенсации. Но почему все-таки снова и снова возникает такой ажиотаж вокруг давно известного сюжета?
Статья Удилова четко обозначает, куда направлено острие: текст сопровождается фотографией Никиты Хрущева военных лет с подписью «Генерал Никита Хрущев, отец изменника родины?». Но примечательно, что в книжонке бывшего охранника Сталина А. Т. Рыбина «Рядом со Сталиным», впервые вышедшей в виде статьи в 1949 году, нет ни слова о «предателе, сыне Хрущева». И понятно почему: клеймить Хрущева в ту пору еще было не за что. Зато во втором издании «Рядом со Сталиным» (1992 год, без выходных данных) эта высосанная из пальца история уже появляется. И мораль отсюда выводится все та же: Никита Хрущев якобы оболгал «великого вождя» по злобе и в целях мести. Но на деле получается все как раз наоборот: это сталинские выкормыши по злобе и в целях мести пытаются оболгать Хрущева за развенчание преступлений, совершенных их хозяином.
Материал Валерия Лебедева
27 августа 2016, 22:26
Все мы помним известную фотографию Нины Хрущевой, жены Никиты Хрущева, с Жаклин Кенеди.
Смотря на это фото, только ленивый не пнул жену Хрущева. Еще бы, внешнее сравнение было далеко не в ее пользу. Особенно в сравнении с законодательницей мод Жаклин Кенеди, к услугам которой были все ведущие дизайнеры того времени. А вот, кстати, Нина Хрущева в этом же то ли платье, то ли костюме. И здесь оно смотрится солиднее. Видно, что ткань недешевая, но расцветка подвела.
Все мы знаем печальную судьбу и Жаклин, и ее мужей, и ее детей. Но практически ничего не знаем про Нину Хрущеву, которая всю жизнь оставалась в тени своего мужа, тихо и спокойно занимаясь домом, воспитывала детей. Случайно наткнувшись в Огоньке на статью о судьбе детей первых руководителей СССР, решила проследить жизнь и судьбу и Нины Хрущевой и их с Никитой Хрущевым детей.
Хрущев - редкость среди членов политбюро - был многодетным отцом, растил пятерых детей. Совсем молодым человеком в Юзовке (ныне Донецке) он женился на Ефросинье Ивановне Писаревой, красивой рыжеволосой женщине. Она умерла в 1919 году от тифа, оставив Никиту Сергеевича с двумя детьми - Юлией и Леонидом. Он вновь женился на Нине Петровне Кухарчук, спокойной женщине с твердым характером, которая родила троих - Раду, Сергея и Елену.
Елена обладала слабым здоровьем и умерла в 35 лет.
Леонид Хрущев, военный летчик, погиб на фронте.
Юлия Хрущёва (1916-1981) - была замужем за директором Киевской оперы, по профессии была химиком.
Про Раду и Сергея информация будет ниже.
Немного о Нине Петровне Хрущевой, урожденной Кухарчук.
Нина Кухарчук родилась в украинской семье в селе Василев на Холмщине, входившей в то время в состав Российской империи. Её отец, Пётр Васильевич, был обычным крестьянином. Мать - Екатерина Григорьевна Бондарчук - происходила также из простой крестьянской семьи.
Познакомилась Нина Кухарчук с Никитой Хрущевым в 1922 году в Юзовке. Там она работала в качестве преподавателя окружной партшколы. Там же они стали жить фактически семьей. А свой брак они зарегистрируют только после отправки Хрущёва на пенсию, в 1965 году.
Когда Нина Хрущева стала «первой леди» государства, то участвовала в зарубежных поездках Хрущёва, встречалась с первыми лицами других государств и их жёнами, что до неё в СССР не было принято. Нина Хрущева свободно владела русским, украинским, польским и французским языками. В Википедии говорится, что она еще изучала английский язык, но не указывается степень владения им. Но я нашла фото, на котором Джон Кенеди что-то говорит Нине Хрущевой, а она понимающе улыбается. Так что, возможно, что она все-таки неплохо владела английским.
Никита Сергеевич и Нина Петровна были хорошими родителями, и у них была счастливая семья. Нина Петровна пережила Никиту Сергеевича (умер в 1971 году) и дочь Елену. Проживала на государственной даче в Жуковке, имела пенсию в 200 рублей.
На фото - Нина Хрущёва с президентом США Дуайтом Эйзенхауэром и его женой в США, 1959 год.
Фото с других мероприятий. На мой взгляд, она на них выглядит вполне достойно. Не хуже других.
На фото: Семья Хрущёва в 1959 г., во время посещения США. Слева направо - Н. П. Хрущева, посол СССР в США Михаил Меньшиков, Нельсон Рокфеллер, Н. С. Хрущев,Рада Хрущева и Сергей Хрущев.
Теперь немного о двух наиболее известных детях Хрущевых: Раде и Сергее. Они добились немалого в этой жизни. Бесспорно, что хороший старт им дали родители. Но, как мы знаем, никакой статус родителей не поможет, если ребенком родители не занимались и если у него нет способностей. А Нина Хрущева, та самая женщина в простом ситцевом платьищке, смогла воспитать достойных и хороших детей.
Рада Хрущева (на фото справа).
Я неоднократно слушала с ней интервью. Она была умной и образованной женщиной. Прожила достойную жизнь. Скончалась в этом году в возрасте 87 лет.
Школу Рада окончила с золотой медалью в Киеве. После окончания школы поступила на филологический факультет МГУ, впоследствии перевелась на созданный факультет журналистики, который окончила в 1952 году. Во время учёбы познакомилась с Алексеем Аджубеем, за которого в 1949 году вышла замуж. В этом браке она родила трёх сыновей (Никиту, Алексея и Ивана). С мужем они хранили прекрасные отношения, пока были вместе. Алексей Иванович ласково и нежно относился к жене.
Рада Хрущева всегда держалась скромно. Никто бы и не подумал, что она дочь хозяина страны. Всю жизнь работала в журнале "Наука и жизнь", заведовала отделом биологии и медицины, потом стала заместителем главного редактора. Решив, что журналистского образования недостаточно, окончила биологический факультет Московского университета.
В 1956 году она была назначена заместителем главного редактора журнала. За время её работы журнал стал одним из лучших научно-популярных журналов Советского Союза. После того, как Хрущёв был снят со своего поста, её муж попал в опалу и стал работать редактором отдела в журнале «Советский Союз», а также публиковаться в различных изданиях под псевдонимом, Рада Аджубей продолжала работать в редакции журнала до 2004 года.
Правда, в течение более двадцати лет её фамилия в списке редколлегии журнала не упоминалась...
Сергей Хрущёв
Второй ребенок Нины и Никиты Хрущева советский и российский учёный, публицист, доктор технических наук, профессор, Герой Социалистического Труда.
В 1952 году окончил московскую школу № 110 с золотой медалью, закончил факультет электровакуумной техники и специального приборостроения МЭИ по специальности «Системы автоматического регулирования». Работал в ОКБ Челомея заместителем начальника отдела, заместителем директора института электронных управляющих машин (ИНЭУМ), заместителем генерального директора НПО «Электронмаш».
Когда отца сняли, Сергей Никитич Хрущев тоже лишился любимой работы. Он сделал огромное дело - уговорил отца диктовать воспоминания. Четырехтомные заметки Никиты Сергеевича - бесценный источник по истории Отечества.
В 1991 году С. Н. Хрущев был приглашён в университет Брауна (США) для чтения лекций по истории холодной войны, на которой специализируется ныне. Остался на постоянное жительство в США, в настоящее время проживает в г. Провиденс, штат Род-Айленд, имеет российское и американское (с 1999 года) гражданство. Работает профессором Института международных исследований Томаса Уотсона университета Брауна.
Выпустил ряд собственных книг с воспоминаниями об исторических событиях, свидетелем которых он был, и с собственной взвешенной оценкой происходившего: «Пенсионер союзного значения», «Рождение сверхдержавы». В работах придерживается чёткой антисталинской позиции. В настоящее время работает над книгами о «хрущёвских реформах». Книги переведены на 12 иностранных языков. Один из сценаристов фильма «Серые волки» (Мосфильм, 1993).
С первой женой - Галиной Шумовой - в разводе. Вторая жена, Валентина Николаевна Голенко, проживает с Сергеем Никитичем в США. Старший сын Никита, журналист и редактор «Московских новостей», умер 22 февраля 2007 года в Москве. Младший сын Сергей проживает в Москве.
Ровно 40 лет назад Никита Хрущев начал диктовать свои воспоминания.
«На Ваганьковское — к Высоцкому, на Новодевичье — к Хрущеву!» — зазывают туристов у московских вокзалов. Дочь Хрущева, Рада Никитична, которая навещает могилу чаще других родственников, иногда находит там скромные цветы или пасхальные яйца. Значит, помнят... Он воспитал пятерых детей, участвовал в рабочих забастовках в Донбассе, прошел гражданскую и Великую Отечественную, положил конец культу личности Сталина, насадил плантации кукурузы, запустил на орбиту первого космонавта, смел бульдозерами художественную выставку в Манеже, постучал собственным ботинком на трибуне ООН, пригрозил Западу «кузькиной матерью», расселил народ из подвалов и коммуналок в хрущевки, стал героем множества анекдотов, прожил в изоляции остаток дней, надиктовал две тысячи страниц откровенных воспоминаний и умер на подмосковной даче, забытый соратниками по партии. День похорон Хрущева «случайно» совпал с санитарным днем на Новодевичьем кладбище. Официального прощания не было. Через два дня после его смерти в газете появился скромный лаконичный некролог. Вот, собственно, и все самые значимые и известные вехи биографии Никиты Хрущева. Неизвестное осталось в памяти родных да в семейных преданиях людей, знавших главу СССР лично. Такие люди есть и в Донбассе, где прошло детство Хрущева и началась его партийная карьера. Они кое-что помнят, а что-то и придумывают. Например, о том, как Хрущев, уже будучи главой СССР, посетил бывшее свое рабочее место на донецком машзаводе, увидел новенькие тиски и возмутился: дескать, это не мои, я со старыми работал, а новые лучше отдайте кому-то из рабочих. Или же про то, что у Никиты Сергеевича в Донецке росла дочь, о которой он никогда никому не рассказывал, как и о репрессированном сыне Леониде. Об этом и многом другом мы беседовали с сыном Никиты Сергеевича Сергеем Никитовичем.
«МАМА ЕЗДИЛА НА РАБОТУ ТРАМВАЕМ. И Я, КОГДА БЫЛ СТУДЕНТОМ, СЛУЧАЛОСЬ, НА ПОДНОЖКАХ ВИСЕЛ»
— В Донбассе о Хрущеве помнят, хотя почти не осталось в живых людей, которые знали его лично. Помнят дети его друзей и соратников по партии, но правда растворяется во времени, остаются слухи и легенды. Говорят, у Никиты Сергеевича была еще одна дочь — от женщины по имени Маруся, с которой он какое-то время жил в браке. Отец рассказывал вам об этом?
— Первый раз Никита Сергеевич женился в 1912 году на Ефросинии Писаревой. Через пять лет она умерла от тифа, когда отец служил в Красной Армии. На руках у него остались двое детей — Леонид и Юлия. А в 1924-м Никита Сергеевич и моя мама, Нина Петровна Кухарчук, стали мужем и женой. Много лет спустя я узнал, что они не были расписаны. В те годы это и не требовалось. Люди просто жили вместе, растили детей. Если доходило до развода, даже необязательным было согласие второй стороны. Вопрос о том, чтобы оформить брак, встал только после отставки Никиты Сергеевича, когда нужно было прописываться в квартире. А что касается Маруси и ее дочери, то мне об этом говорили, когда я бывал в Донецке. Но сам я ничего не знаю и думаю, что это слухи. Никита Сергеевич по отношению к семье был человеком ответственным и о дочери бы не забыл. Кстати, о том, что Леонид и Юлия родились от первого брака, мы тоже узнали через много лет.
— Ваши родители могли и не встретиться. Никита Сергеевич в Донбассе человек пришлый, да и Нина Петровна оказалась там случайно...
— Отец родился в селе Калиновка Курской области. Мой дед поехал в Донбасс на заработки и перевез семью. Дед работал на шахте, а отец с 15 лет — на юзовском машиностроительном заводе бельгийского промышленника Боссе, потом также перешел на шахту. Мама родом из Галичины, до 39-го года все ее родные жили в Польше. Во время Первой мировой войны она эвакуировалась в Одессу. Присоединилась к революционному движению, а в 20-е годы случайно попала в Донбасс — ехала через эти края из Одессы в Москву на курсы и заболела тифом. Маму выхаживала Серафима Ильинична Гоннер, в доме которой родители и познакомились. Когда они решили пожениться, отец поставил маме одно условие — чтобы она бросила курить. Он вообще был сторонником здорового образа жизни и до революции в Донбассе являлся председателем местного общества трезвости. Через много лет жена американского посла подарила Никите Сергеевичу «хитрую» рюмку — обычную на вид, но вмещающую жидкости всего на два миллиметра. Отец всегда брал эту рюмку с собой и на приемах только делал вид, что пьет...
Моя сестра Рада родилась в Киеве в 1929-м, я в 1935-м, Елена на два года младше меня. Дети от первого брака, Леонид и Юлия, жили с нами, и родители Никиты Сергеевича тоже. Когда отца перевели в Киев, он бабушку с дедушкой забрал. Бабушка похоронена в Киеве на Байковом кладбище, ее могилу и сейчас можно найти, она ухожена. В Москве у нас была большая квартира в доме на Набережной. До самой смерти с нами жил и мой дед Сергей Гаврилович. Семья у нас была дружная. Не могу сказать, что отец занимался нами, проверял тетради или сидел у постели, когда мы болели, но дом он очень ценил и вечера проводил с нами. Нам еще повезло, что после войны мы долгое время жили в Киеве, то есть подальше от Сталина. Там не было ночного режима, когда человек уходит в три часа ночи на работу и возвращается неизвестно когда.
— В одном из интервью Рада Никитична рассказала, что в детстве вы были прикованы к постели из-за болезни. Это продолжалось долго?
— У меня был туберкулез тазобедренной сумки. Туберкулезом в семье болел не только я, но и моя сестра Юлия, и сестра мамы. Я действительно лежал целый год и начал ходить в эвакуации. В моей памяти это событие совпало с победой в Сталинградской битве. Отца тогда с нами не было — мы вообще не видели его с 1941-го по 1944-й год. Он перемещался вместе с войсками от Сталинграда до Киева.
— Родители держали вас в строгости?
— Мама была очень строгой, а отец — мягкий человек. Но мы боялись приносить из школы плохие отметки прежде всего потому, что не хотели огорчать отца. Мама наведывалась в школу и просила, чтобы пятерки мне ставили пореже. Честно говоря, я не считался хорошим учеником, и в этом отчасти заслуга мамы. Мы с отцом всегда вместе ходили гулять, и для прогулок было специальное время. Мы гуляли и когда я был школьником, и в институте, и когда уже работал: мы прогуливались, разговаривали, и это было наше общение.
По выходным приходили гости, и с ними мы тоже общались все вместе. Когда у нас дома случались молодежные вечеринки, и речи не могло быть о том, чтобы на столе стояло спиртное, и курить было запрещено. Позже я, конечно, закурил, потом бросил. Но не пил долго. Я уже работал в ракетном КБ у Челомея, и, когда мы ехали на полигон, ребята на остановках покупали для меня вино «Красный факел» (его еще «чернилами» называли), и так я учился пить.
— Ваша молодость пришлась на эпоху стиляг и шестидесятников. Как относился Никита Сергеевич к вашим вкусам?
— Стилягой я не был. А песни Окуджавы слушал, что, помню, очень удивило одну мою знакомую: она была уверена в том, что в доме Хрущева не могут звучать песни такого свободно мыслящего человека, как Окуджава.
— Правда ли, что Нина Петровна ездила на работу трамваем? Или это тоже красивая советская легенда о скромности Хрущева и членов его семьи?
— Нет, не легенда. И мама ездила трамваем, и я, когда был студентом. Случалось и на подножках висеть.
— И привилегий у детей Хрущева не было никаких...
— Рассказывать сказки глупо. Конечно же, семьи всех, кто достигал такого положения, как Хрущев, пользовались привилегиями. Но главной нашей привилегией был запрет делать то или иное — «иначе будете, как Вася Сталин».
«ЗАПРЕТ НА ИМЯ ХРУЩЕВА БЫЛ СНЯТ В НАЧАЛЕ 90-Х»
— Кандидатов на роль мужей и жен тоже отбирали родители?
— Они абсолютно не вмешивались в нашу личную жизнь. Я помню, как Рада (она училась в МГУ на факультете журналистики) привезла в Киев своего будущего мужа, Алексея Аджубея, знакомить с родителями. Ей никто ничего не советовал и не запрещал.
— «Не имей сто рублей, а женись, как Аджубей...» — можно только представить, сколько завистников было у Алексея Ивановича и с каким удовольствием они потирали руки, когда после отставки Хрущева Аджубей вынужден был покинуть кресло главного редактора «Известий»! Рада Никитична удержалась в должности редактора журнала «Наука и жизнь». Но вы ведь тоже пострадали за свою фамилию...
— Это случилось не сразу после отставки Никиты Сергеевича, а через четыре года. Я работал у Челомея, мне позвонили и сказали: перейдешь оттуда — туда. Я и перешел в НИИ, где с удовольствием и проработал 20 лет без поездок на полигон. Но тогда я очень обиделся и не понял, что это было предупреждение отцу, который в то время уже писал свои мемуары: надо быть посговорчивее.
— Никите Сергеевичу запрещали писать воспоминания?
— Отец начал свои воспоминания в 67-м. Он не писал, а надиктовывал на магнитофон, который называл «ящиком», и очень сожалел, что перед ним нет собеседника, которому можно смотреть в глаза. Однажды его вызвал Кириленко и сказал, что историю должен писать ЦК, а не отдельные люди, и потребовал сдать материалы в ЦК и прекратить диктовку. Хрущев ответил: «Это нарушение прав человека. Я знаю только один случай — когда царь запретил Шевченко писать и рисовать. Можете все у меня отобрать, лишить всего, я могу пойти работать — слесарное дело еще не забыл, а если я этого не сумею, то мне люди всегда подадут. А вот тебе не подадут».
На дачу к Никите Сергеевичу после отставки никто из людей, близких к власти, не приезжал. Разве что Микоян позвонил однажды. Бывали и наши друзья, приезжали Петр Якир, Роман Кармен, Евгений Евтушенко. Рядом с дачей находился дом отдыха, и оттуда люди приходили к нему толпами. Отец с удовольствием занимался огородом, выращивал помидоры весом по килограмму каждый, сам смастерил систему полива. Но три года, с 1967-го по 1970-й, он диктовал свои воспоминания — почти 400 страниц печатного текста.
Когда у него случился инфаркт, КГБ материалы отобрал. Но мы успели сделать копию и переправили ее за границу. В 71-м году в США вышла книга «Хрущев вспоминает». Но даже через десятилетия в ЦК никто не поинтересовался тем, что диктовал Хрущев. Не распечатали, не посмотрели. С книги сделали перевод для ограниченного круга. Их интересовало не то, что сказал Хрущев, а то, что опубликовано в Америке, — нет ли там чего о людях, которые сейчас у власти. Воспоминания начинаются с 1929-го года и заканчиваются смертью Сталина и арестом Берии. Никита Сергеевич считал, что это самый важный период, а то, что он делал сам, якобы никому неинтересно.
Запрет на имя Хрущева был снят только в начале 90-х. Его воспоминания напечатали в пяти номерах журнала «Огонек». Потом публикации запретили люди из ЦК, но главный редактор журнала Виталий Коротич на свой страх и риск выпустил еще четыре номера с воспоминаниями. Наконец, позвонил важный человек из ЦК и зачитал резолюцию Медведева: «Никакого Хрущева. Медведев». После смерти отца я стал выступать, пытаясь восстановить его имя.
— Мемуары во многом посвящены Сталину. Никита Сергеевич вспоминает, что он лично позвонил ему, чтобы спасти от ареста Максима Рыльского, когда того обвиняли в украинском национализме. Но ведь на документах, связанных с репрессиями, в числе других стояла и подпись Хрущева...
— В то время не поставить подпись было нельзя. Он считал, что в репрессиях замешаны все и все должны нести ответственность. Готов был отвечать, если призовут. Главное было — покончить со всеми ужасами, происходившими тогда. Это была жизнь, которая нам совершенно непонятна.
— Верно ли, что репрессии не обошли и вашу семью?
— Жену моего брата Леонида Любовь Илларионовну арестовали за связь то ли с французской, то ли со шведской разведкой. Она была не шпионкой, а всего лишь общительной женщиной. Из карагандинской ссылки вернулась только после 1956-го. Она и до сих пор живет в Киеве. Но если вы имеете в виду историю с моим братом Леонидом, то это все неправда. Я и сам долгое время верил в то, что он стрелялся на войне с каким-то моряком и за это был отправлен в штрафбат и что его самолет был сбит над территорией Белоруссии, оккупированной немцами, и, возможно, Леонид был захвачен в плен. Правда в этом только то, что он погиб.
В 1963 году Никита Сергеевич, когда еще был при власти, просил разыскать самолеты, сбитые в том бою, — их было свыше 30-ти. Но до отставки отца все самолеты поднять не успели, а потом, когда его отстранили от власти, этим уже никто не занимался. Лет семь назад появились публикации в газетах о том, что местные жители подняли какую-то машину, рядом с которой нашли форменную куртку и шлем, и что вроде бы это самолет Леонида Хрущева. Но его сын, Юрий, не нашел никакого документального подтверждения этому. Фюзеляж самолета сгнил, и нужно было еще отыскать номера мотора. Но то, что Леонид там погиб, известно точно, и это не вызывает сомнений ни у кого, кроме сталинистов.
— Значит, никакой бутылки-мишени и никакого штрафбата не было?
— Нет. Он сам придумал эту легенду. Был такой историк Колесник — он раскопал, как было все на самом деле. Леонид летал на бомбардировщике и получил ранение в ногу. Нога оказалась перебитой, ее хотели ампутировать, потому что опасались гангрены, но Леонид, угрожая хирургу пистолетом, запретил это сделать. Ногу оставили, и гангрена миновала. Но долгое время ему пришлось находиться в госпитале. Это было в Куйбышеве, тогда же там давал спектакли Большой театр. Леонид ходил с палочкой, был, как и все летчики, весьма привлекательным. В общем, он познакомился с балериной из Большого, и у них случился бурный роман.
Леонид в пылу страсти пообещал, что разведется с женой и они поженятся, а балерина этого не забыла. Она вернулась в Москву и начала всем рассказывать, что выходит замуж за сына Хрущева. Слух дошел и до Степана Микояна, который дружил с нашей семьей. Леонид испугался, что обо всем узнает наша мама, Нина Петровна, — он боялся ее больше, чем немецких мессершмидтов (в отношениях с женщинами он не отличался постоянством, и маме это не нравилось). Тогда пришлось Леониду написать балерине письмо и придумать, что произошла такая ужасная история со штрафбатом и что больше они не смогут видеться. Так что никакой судимости у него не было, и это подтверждено документально ответами из военной прокуратуры.
«ОТЕЦ ОЧЕНЬ ПЕРЕЖИВАЛ, КОГДА СТАЛИ ЗАМАЛЧИВАТЬ ЕГО ЗАСЛУГИ В ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ»
— Но эта история легла на душу тем, кто уже после окончания войны искал всевозможные поводы, чтобы опорочить имя Хрущева.
— Когда стали замалчиваться его заслуги в Великой Отечественной, отец очень переживал. Командующий армией Батов сказал: «Я вообще не знаю ни о Сталине, ни о Хрущеве — где они были». Никита Сергеевич волновался: «Как же так? Мы же воевали с товарищем Батовым в Сталинграде, на Курской дуге, и вдруг он память потерял?». Конечно, это было очень обидно. Но отец был человеком сильным. Он говорил: «Все перемелется». Хотя это задевало его гораздо сильнее, чем то, что Брежнев не упомянул, к примеру, о его роли в поднятии целины. Тогда имя Хрущева пытались вычеркнуть из истории. Брежнев даже велел переименовать крымское село под названием Никита в Ботаническое — оно до сих пор так называется, хоть и не имеет к Хрущеву никакого отношения. Мне рассказали, что после отставки Никиты Сергеевича Брежнев и в Курске, на родине Хрущева, принципиально больше никогда не появлялся, хоть и жил там одно время.
— Сергей Никитович, вы гражданин США, и это отдельная тема — как и почему это произошло. Но первая ваша поездка в эту страну случилась в 1959-м, когда Никита Сергеевич взял и вас, и Раду, и Нину Петровну. До этого вы за границей не бывали. Произошел ли тогда переворот в вашем сознании?
— Все это описано в моих книгах. Что-то меня удивляло, но мы уже тогда жили не в закрытом обществе, читали об Америке, многое знали.
— К поездке, наверное, тщательно готовились, шили костюмы и наряды?
— Нет, одежде раньше не придавалось такого значения, как сейчас. Мама специально нарядов не шила, а отцу сшили темный костюм. Обычно же он носил серый костюм (черный цвет был не принят). Когда отцу представили Рокфеллера, он был поражен: «Надо же, выглядит совсем как мы». И даже захотел его потрогать.
— Коль уж мы заговорили об одежде... В 1941-м на первомайской демонстрации в Киеве Хрущев, будучи первым секретарем ЦК Компартии Украины, стоял на трибуне в перелицованном пальто. Приходилось читать и о том, что жена Микояна приносила в ателье костюмы мужа для перелицовки. Такая показательная скромность была в моде?
— Я, конечно, не помню, во что отец тогда одевался: я был слишком мал. Но вполне допускаю, что это так и было. В то время все одевались скромно. Да и мама была очень экономной женщиной. Так что перелицованное пальто меня не удивляет.
— Осмеливались ли вы спорить с Никитой Сергеевичем? Можно ли было его в чем-то переубедить?
— На людях я никогда отцу не возражал. Но дома мог пытаться что-то ему доказать. Иногда спорили отчаянно — например, об академике Лысенко. Я утверждал, что генетика существует, а он поражался, как я, инженер, не понимаю, что этого не может быть. Отец сказал мне тогда: «Убирайся из дома вон!». Но я остался, а за ночь он отошел. Отцу, конечно, было приятно, что я инженер, занимаюсь ракетами. Сам он не доучился ни на рабфаке, ни в Промышленной академии (кстати, в одной группе с ним училась жена Сталина Светлана Аллилуева, она-то и представила Хрущева мужу). Наверное, отцу было со мной интересно. После его отставки мы часто выходили на прогулку, много разговаривали. Сестры даже ревновали его ко мне.
— А кукуруза? Понимали вы, что это перегиб?
— Американцы не понимают, почему на матрешках с обликом Никиты Сергеевича нарисована кукуруза, а не ракета. Для них Хрущев — человек, добившийся от Запада стратегического признания. В США к нему относятся очень серьезно. А кукуруза нужна была для того, чтобы кормить скотину, — фуражное зерно взять было негде. Но Никита Сергеевич искренне считал, что у нас была замечательная жизнь, намного лучше, чем в США. И воевать не собирался — он хотел вкладывать деньги в экономику и в сельское хозяйство. Они хорошо понимали друг друга с тогдашним американским президентом Эйзенхауэром и даже вместе думали, что делать с военными, которые и в СССР, и в США все время просили денег на вооружение. А что касается кукурузы, то с легкой руки Хрущева кукуруза через Германию и Финляндию распространилась по всей Европе.
«НИКТО НЕ ВИДЕЛ, КАК ОТЕЦ СТУЧАЛ БОТИНКОМ»
— А эта история с ботинком в ООН? Вы ведь считаете, что ее раздули журналисты...
— Никто не видел, как он стучал ботинком. Шло обычное совещание, журналисты окружили Никиту Сергеевича, кто-то наступил ему на ногу, и ботинок спал с ноги. Отец был человеком полным и не стал наклоняться. Он поставил ботинок возле себя на стол. Потом вмешался в обсуждение и начал махать ботинком, чтобы привлечь к себе внимание.
— А когда случился скандал в Манеже, вы тоже пытались что-то ему объяснить?
— Тогда не пытался. Знаете, когда человеку что-то настойчиво вдувают в уши, трудно не услышать. В его окружении были люди, которые стали убеждать Никиту Сергеевича в том, что деятели культуры — проводники буржуазной идеологии, что в Манеже выставлены враждебные произведения. Отца просто подставили. И это не только мое мнение... Эрнст Неизвестный тоже считает, что Манеж оказался чистой провокацией.
— И это все о нем... Хрущев мог давить бульдозерами картины, заслушиваться птичьими трелями и даже писать их на магнитную ленту. Кстати, записи птичьих голосов сохранились в вашем семейном архиве?
— Эти записи у нас отобрали вместе с мемуарами Никиты Сергеевича. А я помню, как в 46-м из Германии он привез записывающее устройство и они с охранником писали воробьиные голоса. А потом отец сказал, что нужно записать, как поют соловьи. Пленки он дарил знакомым, так что, может быть, у кого-то они и сохранились.
— Романтик! Полет Гагарина стал праздником, наверное, не только потому, что это было выдающееся техническое достижение...
— Да, Никите Сергеевичу хотелось, чтобы этот день стал всеобщим праздником. Он попал в точку. Когда встречали Гагарина и они ехали вместе на машине, вся Москва вышла. Была такая солнечная погода, люди висели в окнах, кричали: «Даешь Луну! Мы в космосе!». Такое ликование было впервые после Дня Победы.
— Судьбоносный для страны доклад «О культе личности» не мог родиться за один день. Наверняка Никита Сергеевич долго продумывал, настраивался. Не может быть, чтобы в семье ничего об этом не знали.
— Это оказалось потрясением. Сталин для меня, как и для всех, был вождем народов. К этому докладу, конечно, люди относились по-разному, но в моем присутствии это никто не обсуждал. Когда Сталин был жив, говорить о нем было просто опасно, но и после смерти вождя в доме не велось никаких разговоров, даже когда готовился доклад «О культе личности». Так что он стал для меня полной неожиданностью.
— Из каждой поездки за границу Никита Сергеевич привозил какие-то идеи. Однажды, говорят, увидел где-то фонари, направленные не вверх, как это было в СССР, а вниз, освещающие тротуар и дорогу.
— Да, эти фонари он присмотрел в Скандинавии. Приехал и отругал первого секретаря московского горкома партии Николая Егорычева за то, что до сих пор не додумались до такой простой вещи. В США он обратил внимание на магазины самообслуживания, прообразы супермаркетов. Вскоре и в Москве на Суворовском бульваре появился первый универсам.
В США Никиту Сергеевича принимал президент компании IBM Уотсон-старший и показал ему кафетерий с системой самообслуживания. Спустя время такие же появились и у нас в СССР. А с Уотсоном-старшим судьба меня свела позже еще раз — я работаю в Университете имени Брауна, который он основал. Отец еще тогда утверждал, что наши ЭВМ лучше американских, но Уотсон вежливо с ним не согласился.
— Сергей Никитович, в стране, с которой СССР при Хрущеве находился в состоянии «холодной войны», вас приняли тепло и надолго?
— В США я оставаться навсегда не собирался. Меня пригласил Уотсон-младший — вести проект, связанный с уроками Карибского кризиса. Контракт был рассчитан на три года, и этот срок казался мне ужасно долгим. Английский я знал плохо, помнил только мамины уроки да еще кое-что засело в памяти из детства. Когда я приехал в Америку, меня послали читать лекцию в Сиэтле о том, что происходило в России после путча. Я спросил: «А кто будет переводить?». Мне ответили: «В Америке никто не переводит. Это страна иностранцев. Никакой акцент нас не волнует». Так из ракетчика я стал политологом.
— И в США помог вам обосноваться Ричард Никсон...
— Это громко сказано — обосноваться. Для оформления «зеленой карты» нужны были рекомендации уважаемых в США людей. Мне дали их Никсон, бывший министр обороны США Макнамарра, Уотсон-младший и профессор Таубмен, с которым мы до того путешествовали по местам Никиты Сергеевича (были и в Донецке, кстати), когда Билл писал о нем книгу. Я принял американское гражданство, и поднялся шум. Но почему? Если сын Тэтчер живет в Техасе, это никого не удивляет. Непонятно, почему сын Хрущева не может жить в другой стране. Я гражданин России и США, у меня два паспорта... И вот какой интересный факт: несмотря на гражданство, из всей американской делегации, которая ехала в Гавану на конференцию по Карибскому кризису, Фидель Кастро, когда-то так друживший с отцом, кубинскую визу не дал только мне.
«В ШТАТЕ СЕВЕРНАЯ КАРОЛИНА КО МНЕ ПОДОШЛА СМОРЩЕННАЯ СТАРУШКА И СКАЗАЛА, ЧТО БЫЛА УЧИТЕЛЬНИЦЕЙ НИКИТЫ ХРУЩЕВА»
— Кто-то из семьи Хрущева еще живет в США?
— Правнучка Нина, внучка погибшего Леонида, — она преподает вопросы международных отношений в Новой школе Нью-Йорка. Остальные живут в Москве. У сестер Юлии и Елены детей не было, у Рады — трое, и у меня тоже. Недавно скончался один из моих сыновей — полный тезка Никиты Сергеевича Хрущева.
— Ему ведь не было, кажется, и 50-ти. Он тяжело болел?
— У него были предпосылки для нездоровья — лишний вес и другие проблемы. Никита проработал в редакции «Московских новостей» 16 лет, но в этом году контракт с ним не продлили. Он тяжело это переживал. Внуков Никита мне не оставил, даже не был женат никогда, жил с мамой.
— Вы скучаете по России?
— Больше нет, чем да. Это уже другая страна.
— А вы считаете, Никита Сергеевич смог бы управлять сегодняшней страной?
— Я думаю, если бы он был вечным и довел бы свои реформы до сегодняшнего дня, все мы жили бы счастливо и получше, чем американцы.
— А Путин — у него хватило бы смелости, как у Хрущева, развенчать культ Сталина?
— Конечно, нет. Думаю, Путин в душе сталинист, и это неудивительно, потому что он — человек из органов. Ничего не сделаешь — у каждого времени свой «овощ».
— Вам комфортно в Америке?
— Я просто живу — преподаю, читаю лекции, пишу книги об отце и о том времени. Изданы «Пенсионер союзного значения», «Никита Хрущев и создание супердержавы», сейчас работаю над книгой «Реформатор». Это будет трилогия об отце. Пишу с удовольствием, но очень медленно — старый стал. Раньше мог написать 30 страниц в день, а сейчас — намного меньше.
— Ваш телефон нетрудно найти в телефонной справке. Наверное, и адрес тоже. Вам звонят, пишут люди из бывшего СССР?
— Очень редко. Но кое-что получаю. Как-то из Донецка один человек прислал жетон Никиты Сергеевича, по которому он шел через заводскую проходную. Реликвия хранилась в Музее Хрущева, который был в его доме. Но когда при Брежневе музей ликвидировали, этот человек жетон спас. Еще один донетчанин — Виктор Лаппо — написал, что заведовал клубом, где висел портрет Никиты Сергеевича, и он тоже его сохранил и хочет мне передать. Но мы его пока еще не забрали, потому что, как оказалось, вывезти картину из Украины в Россию — большая проблема. А однажды, когда я выступал в штате Северная Каролина, ко мне подошла сморщенная старушка и сказала, что была учительницей Никиты Сергеевича. Так что мир тесен.
Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter
Никита Сергеевич Хрущев молодым человеком женился на девушке из семьи, где он «столовался». Фрося умерла от тифа очень молодой, оставила двоих детей - Юлю и Леонида.
Вторая жена Хрущева, с которой Никита Сергеевич расписался только после своего свержения (что не мешало ей ранее присутствовать на официальных мероприятиях), приняла их в дом. Дочь Рада родилась в 1929-м году. Потом появились Сергей и Елена. В семье также воспитывалась внучка Юля, дочь погибшего на войне Леонида (его жену арестовали). Она - вплоть до поступления в университет - считала родителями бабушку с дедушкой.
В детстве Рада была недовольна своим именем. В младших классах ее дразнили: по-украински «рада» значит совет. А назвали ее так потому, что просто родители были очень рады, когда родилась дочь.
Воспитывали детей сурово, как принято в крестьянских патриархальных семьях: в уважении к главе семьи, даже почитании. Когда отец приходил с работы, дети не смели ему мешать.
Тогда у детей высокопоставленных родителей не было охранников. Исключение составлял Серго Микоян, с которым ходил прикрепленный охранник, это его нервировало. В период расцвета карьеры главы семейства Хрущевы жили в особняке на Ленинских горах большой семьей.
Муж Рады - Алексей Аджубей - журналист, работал в «Комсомольской правде». Когда глава семьи стал заместителем главного редактора «Комсомолки», супруги купили «Москвич». Венцом карьеры зятя Первого секретаря ЦК КПСС была должность главного редактора «Известий», с которой он был уволен сразу же после снятия высокого покровителя. Вплоть до перестройки ему было запрещено печататься под своей фамилией. Как он шутил, «долгие двадцать лет просидел за решеткой в журнале «Советский Союз», где однако же занимал далеко не последнюю должность.
Брежнев обещал Хрущеву, что с его детьми ничего не случится, и их действительно не тронули. Рада Никитична осталась работать в журнале «Наука и жизнь», пользуясь неизменным авторитетом и уважением как у авторов, так и у коллег.
Рада Аджубей не осуждает брата Сергея, уехавшего в США, хотя тот сменил не только страну, но и семью, и профессию. Однако сама бы она никуда не уехала. «У меня здесь - все. И есть такое понятие, как Родина...»
Сергей Никитич Хрущев получил гражданство США в 2000 году. Вместе с ним в Америке живет его супруга Валентина Голенко.
Эмигрант так объяснил свой поступок: «Я думал об этом решении, и я свободен в принятии этого решения. Я живу здесь семь лет, работаю в университете Брауна и планирую жить здесь и дальше. Если я живу в этой стране, то, я думаю, что обязан быть ее гражданином, а не иностранцем, который приехал для временного проживания. Но я не перебежчик. Наши страны больше не являются врагами, мы теперь - на одной стороне».
Сергей Хрущев, доктор технических наук, профессор МВТУ им. Баумана, приехал в США осенью 1991 года в рамках программы обмена учеными между СССР и США для чтения лекций в Брауновском университете. В следующем же году он обратился к властям за разрешением на постоянное проживание в стране, которое и получил в 1993 году благодаря поддержке бывших президентов США Ричарда Никсона и Джорджа Буша.
По словам адвоката Хрущева Дэна Данилова, подавая прошение о предоставлении гражданства США, Сергей Хрущев очень переживал по поводу того, как к этому отнесся бы его отец. «Папа об этом никогда не узнает», - успокоил будущего американца адвокат.
Хрущев читает лекции в образовательных учреждениях США на темы политических и экономических реформ, проводимых в России, советско-американских отношений в период 1950 - 1964 годов, а также о значении реформ Никиты Хрущева в области экономики, политики и международной безопасности.
Никита Сергеевич Хрущев, внук и полный тезка Первого секретаря, журналист в «Московских новостях», решил остаться в России. Отца он не осуждает: «Думаю, просто у граждан США есть какие-то льготы в виде медицинской и другой помощи, которые ему необходимы перед пенсией. Других причин я не знаю».
Судьба старшего сына Хрущева, Леонида, окутана завесой тайны.
Эту историю исследует Н. Зенькович в книге «Тайны уходящего века: Власть. Распри. Подоплека. (ОЛМА-ПРЕСС, 1998). Существует легенда, что подлинной причиной нападок Хрущева на Сталина послужила месть за расстрелянного сына. Сталин якобы не уважил просьбу Никиты Сергеевича, буквально на коленях умолявшего пощадить Леонида.
Ленин отомстил царской семье за брата, а я за сына и мертвому Сталину не прощу, - якобы заявил в кругу близких обезумевший от горя Никита Сергеевич.
По одной из версий, Леонид был обвинен в том, что находясь в состоянии сильного алкогольного опьянения, застрелил армейского майора. Сталину доложили, что это не первый случай, когда Леонид, будучи сильно пьяным, выхватывал пистолет. Прежде до смертельного исхода не доходило.
Леонид жил в Киеве, работал в школе пилотов. Во время войны участвовал в массированных налетах на Германию. Получил тяжелое ранение, лежал в госпитале, в Куйбышеве, где была в эвакуации вся семья Хрущевых. Как рассказывала Рада Аджубей, «Леонид долго лежал в госпитале, в одной палате с Рубеном Ибаррури. Они дружили. Брат долго выздоравливал. Пили в госпитале, и брат, пьяный, застрелил человека, попал под трибунал. Его послали на передовую».
Сын А. Микояна Степан встречался в Куйбышеве с выздоравливавшим Леонидом Хрущевым: «Мы с ним провели, встречаясь почти ежедневно, более двух месяцев, - вспоминает Степан Анастасович. - К сожалению, он привык выпивать. В Куйбышеве в гостинице жил в то время командированный его товарищ, имевший блат на ликероводочном заводе. Они получали там напитки в расчете на неделю и распивали почти каждый вечер в гостиничном номере. Я, хотя почти не пил, часто бывал там. Приходили и другие гости, в том числе и девушки. Мы с ним познакомились и подружились тогда с двумя молодыми танцовщицами из Большого театра, который был там в эвакуации. Леонид, даже изрядно выпив, оставался добродушным и скоро засыпал.
Когда я уехал в Москву, произошла трагедия, о которой я узнал позже от одного приятеля Леонида. Однажды в компании оказался какой-то моряк с фронта. Когда все были сильно «под градусом», в разговоре кто-то сказал, что Леонид очень меткий стрелок. На спор моряк предложил Леониду сбить выстрелом из пистолета бутылку с его головы. Леонид, как рассказывал этот приятель, долго отказывался, но потом все-таки выстрелил и отбил у бутылки горлышко. Моряк счел это недостаточным, сказал, что надо попасть в саму бутылку. Леонид снова выстрелил и попал моряку в лоб»...
Есть еще одна версия, которую излагает Серго Берия: сын Первого секретаря ЦК компартии Украины Н. С. Хрущева оказался вовлеченным в сомнительную компанию. Его друзьями оказались преступники, промышлявшие грабежами и убийствами. Большинство участников преступной группы приговорили к высшей мере наказания и расстреляли. Сын Никиты Сергеевича отделался десятью годами лишения свободы.
Когда началась война, Леониду подсказали, чтобы попросился на фронт. Он так и поступил. Просьбу сына Хрущева удовлетворили, но направили не на фронт рядовым бойцом, а в авиационное училище. Став летчиком, Леонид мужественно сражался с врагом и погиб в бою. Серго Берия указывает время, когда это случилось: весной сорок третьего года.
В личном деле старшего лейтенанта Л. Н. Хрушева, хранящемся в архиве Министерства обороны, нет никаких свидетельств о судах - ни о довоенном, ни о том, который якобы состоялся в сорок третьем году.
Родился Леонид в Донбассе (г. Сталино) 10 ноября 1917 года. Жена работала штурманом-летчиком эскадрильи аэроклуба в Москве. Он начинал с гражданской авиации. Четыре года проучился в Балашовской школе, после чего месяц числился инструктором Центральных авиационных курсов гражданского воздушного флота в Москве, потом уехал в Киев, к отцу. Никаких следов относительно десяти лет лишения свободы, о которых упоминает сын Лаврентия Павловича, в документах Минобороны нет.
Авиашколу в городе Энгельсе он окончил в мае 1940 года с отличным аттестатом. С началом войны летчик Хрущев на фронте. Его характеризовали как мужественного, бесстрашного летчика.
Однажды во время вылета, уже после бомбардировки, при уходе от цели наши экипажи были атакованы «мессершмиттами». Немцы сбили четыре самолета, в том числе и Леонида Хрущева. Ему все же удалось посадить поврежденную машину. Сам летчик не уберегся - сломал ногу, и ему пришлось лечь на госпитальную койку.
На излечении он пробыл до 1 марта 1942 года. Потом почему-то оказался в истребительной авиации. Переучившись на самолет «Як-7», Хрущев в декабре 1942 года поступает в распоряжение командующего 1-й воздушной армии. Далее уже старший лейтенант Хрущев получил назначение в 18-й гвардейский истребительный полк, который базировался на аэродроме близ города Козельска Калужской области.
Последний его вылет пришелся на 11 марта 1943 года. Хрущев из этого боя не вернулся. Его боевой товарищ считает, что сбить его не могли, так как снаряды рвались далеко в хвосте. Скорее всего, перетянул ручку и сорвался в штопор. Организованные поиски с воздуха и через партизан (не попал ли советский летчик в немецкий плен?) результатов не дали. Леонид Хрущев словно сквозь землю провалился - ни обломков самолета, ни останков пилота обнаружить не удалось по сей день.
По предположениям, Леонид попал в плен. Сталин дал согласие на его обмен на немецкого военнопленного. Обмен состоялся, но, как установили работники КГБ, когда Леонид Хрущев находился в фильтрационном лагере для бывших военнослужащих, в плену он вел себя плохо, работал в интересах гитлеровской Германии. По совокупности совершенных преступлений Л. Н. Хрущев военным трибуналом был осужден и приговорен к расстрелу. Эта версия представляется наиболее вероятной, она не отрицает того факта, что Хрущев затаил на Сталина обиду за гибель сына. Никаких документов, подтверждающих то, что Леонид застрелил моряка и отбывал срок за грабеж, нет.