Герой советского союза михаил девятаев. Полёт к Солнцу: история подвига Михаила Девятаева

Герой Советского Союза. У Героя рядом с Золотой Звездой - орден Ленина, два ордена Красного Знамени, ордена Отечественной войны I и II степени, многие медали. Михаил Петрович Девятаев - Почетный гражданин Республики Мордовия, городов Казани, Вольгаста и Циновичи (Германия).


Родился 8 июля 1917 года в Мордовии, в рабочем поселке Торбеево. Он был тринадцатым ребенком в семье. Отец, Девятаев Петр Тимофеевич, трудолюбивый, мастеровой человек, работал на помещика. Мать, Акулина Дмитриевна, в основном была занята заботой о детях. К началу войны в живых было шестеро братьев и одна сестра. Все они участвовали в боях за Родину. Четверо братьев погибли на фронте, остальные раньше времени ушли из жизни из-за фронтовых ран и невзгод. Супруга, Фаина Хайрулловна, растила детей, ныне на пенсии. Сыновья: Алексей Михайлович (1946 г. рожд.), врач-анестезиолог глазной клиники, кандидат медицинских наук; Александр Михайлович (1951 г. рожд.), сотрудник Казанского медицинского института, кандидат медицинских наук. Дочь, Нэля Михайловна (1957 г. рожд.), выпускница Казанской консерватории, преподаватель музыки в театральном училище.

В школе Михаил учился успешно, но был не в меру шаловлив. Но однажды его словно подменили. Произошло это после того, как в Торбеево прилетел самолет. Летчик, казавшийся в своей одежде чародеем, быстрокрылая железная птица - все это покорило Михаила. Не сдержавшись, он спросил тогда пилота:

А как летчиком стать?

Нужно хорошо учиться, - последовал ответ. - Заниматься спортом, быть смелым, храбрым.

С того дня Михаил решительно изменился: все отдавал учебе и спорту. После 7-го класса он поехал в Казань, намереваясь поступить в авиационный техникум. Там произошло какое-то недоразумение с документами, и он был вынужден поступить в речной техникум. Но мечта о небе не угасла. Она захватывала его все больше и больше. Оставалось одно - записаться в Казанский аэроклуб.

Михаил так и поступил. Было трудно. Порой до глубокой ночи просиживал в самолетном или моторном классе аэроклуба. А утром уже спешил в речной техникум. Однажды настал день, когда Михаил впервые, правда с инструктором, поднялся в воздух. Возбужденный, сияющий от счастья, он сказал тогда своим друзьям: "Небо - моя жизнь!"

Эта высокая мечта и привела его, выпускника речного техникума, уже осваивавшего волжские просторы, в Оренбургское авиационное училище. Учеба там была счастливейшей порой в жизни Девятаева. Он по крупицам набирался знаний об авиации, много читал, с усердием тренировался. Счастливый, как никогда прежде, взлетал в небо, о котором еще совсем недавно только мечтал.

И вот лето 1939 года. Он - военный летчик. И специальность - самая грозная для противника: истребитель. Сначала проходил службу в Торжке, затем его перевели в Могилев. Там снова повезло: оказался в эскадрилье прославленного летчика Захара Васильевича Плотникова, успевшего повоевать в Испании и на Халхин-Голе. От него набирались боевого опыта Девятаев и его товарищи.

Но грянула война. И в первый же день - боевой вылет. И хотя самому Михаилу Петровичу не удалось сбить "юнкерса", он, маневрируя, вывел его на своего командира Захара Васильевича Плотникова. А тот не упустил воздушного противника, сразил его.

Скоро повезло и Михаилу Петровичу. Однажды в разрыве облачности на глаза ему попал "Юнкерс-87". Девятаев, не теряя ни секунды, устремился за нимени И через мгновение увидел его в перекрестии прицела. Тут же дал две пулеметные очереди. "Юнкерс" вспыхнул и рухнул на землю. Были и еще удачи.

Вскоре отличившихся в боях вызвали из Могилева в Москву. Михаил Девятаев в числе других был награжден орденом Красного Знамени.

Обстановка все более обострялась. Девятаеву и его товарищам уже пришлось оборонять подступы к столице. На новеньких "яках" они перехватывали самолеты, спешившие сбросить смертоносный груз на Москву. Однажды под Тулой Девятаев вместе со своим напарником Яковом Шнейером вступил в схватку с фашистскими бомбардировщиками. Им удалось сбить один "юнкерс". Но и самолет Девятаева пострадал. Все же пилоту удалось приземлиться. И он оказался в госпитале. Не излечившись до конца, бежал оттуда в свой полк, уже находившийся западнее Воронежа.

21 сентября 1941 года Девятаеву поручили доставить важный пакет в штаб окруженных войск Юго-Западного фронта. Он выполнил это поручение, но на обратном пути вступил в неравную схватку с "мессершмиттами". Одного из них сбил. И сам получил ранение. Так он вновь оказался в госпитале.

В новой части его осмотрела врачебная комиссия. Решение было единодушным - в тихоходную авиацию. Так летчик-истребитель оказался в полку ночных бомбардировщиков, а потом в санитарной авиации.

Лишь после встречи с Александром Ивановичем Покрышкиным ему удалось вновь стать летчиком-истребителем. Было это уже в мае 1944 года, когда Девятаев отыскал "хозяйство Покрышкина". Новые сослуживцы встретили его сердечно. Среди них был и Владимир Бобров, осенью 41-го давший кровь раненому Михаилу Петровичу.

Не раз поднимал Девятаев свой самолет в воздух. Неоднократно вместе с другими летчиками дивизии А. И. Покрышкина вступал в схватки с фашистскими стервятниками.

Но вот наступило роковое 13 июля 1944 года. В воздушном бою над Львовом он получил ранение, а его самолет загорелся. По команде своего ведущего Владимира Боброва Девятаев выбросился из объятого пламенем самолета... и оказался в плену. Допрос за допросом. Потом переброска в разведотдел абвера. Оттуда - в Лодзинский лагерь военнопленных. А там опять - голод, пытки, издевательства. Вслед за этим - концлагерь Заксенхаузен. И наконец - таинственный остров Узедон, где готовилось сверхмощное оружие, перед которым, по мнению его творцов, никому не устоять. Узники Узедона - это фактически приговоренные к смерти.

И все это время у пленных зрела одна мысль - бежать, бежать во что бы то ни стало. Лишь на острове Узедон это решение приобрело реальность. Рядом, на аэродроме Пенемюнде, были самолеты. И был летчик Михаил Петрович Девятаев, человек мужественный, бесстрашный, способный осуществить намеченное. И он осуществил, несмотря на невероятные трудности. 8 февраля 1945 года "хейнкель" с 10 узниками приземлился на нашей земле. Девятаев доставил командованию стратегически важные сведения о засекреченном Узедоне, где производилось и испытывалось ракетное оружие фашистского рейха. Еще оставалось два дня до намеченной фашистами расправы над Девятаевым. Его спасло небо, в которое он был бесконечно влюблен с детства.

Клеймо военнопленного сказывалось долго. Ни доверия, ни стоящей работы... Это угнетало, порождало безнадежность. Лишь после вмешательства уже получившего широкую известность генерального конструктора космических кораблей Сергея Павловича Королева дело сдвинулось с мертвой точки. 15 августа 1957 года подвиг Девятаева и его товарищей получил достойную оценку. Михаилу Петровичу было присвоено звание Героя Советского Союза, а участники перелета награждены орденами.

Михаил Петрович окончательно возвратился в Казань. В речном порту вернулся к своей первой профессии - речника. Ему доверили испытание первого быстроходного катера "Ракета". Он стал и первым его капитаном. Спустя несколько лет уже водил по Волге быстроходные "Метеоры".

И ныне ветерану войны покой лишь только снится. Он активно участвует в ветеранском движении, создал Фонд Девятаева и оказывает помощь тем, кто в этом особо нуждается. Не забывает ветеран и о молодежи, часто встречается со школьниками и воинами гарнизона.

У Героя рядом с Золотой Звездой - орден Ленина, два ордена Красного Знамени, ордена Отечественной войны I и II степени, многие медали. Михаил Петрович Девятаев - Почетный гражданин Республики Мордовия, городов Казани, Вольгаста и Циновичи (Германия).

Как и в юные годы, он увлекается литературой об авиации, о подвигах наших летчиков.

То, что произошло 8 февраля 1945 года можно смело назвать удивительным чудом и примером невероятного многократного везения. Судите сами.

Лётчик-истребитель Михаил Девятаев смог разобраться с управлением совершенно незнакомого ему вражеского бомбардировщика, за штурвалом которого он до этого никогда не сидел.

Угнать сверхсекретный самолёт могла бы помешать охрана аэродрома, но у неё это не вышло.

Взлётную полосу немцы могли просто перегородить, но не успели этого сделать.

Огонь зениток ПВО, прикрывающих военную базу и аэродром, мог пресечь попытку побега мгновенно, но этого не произошло.

Летящую на восток крылатую машину могли перехватить немецкие истребители, но им это сделать тоже не удалось.

И в завершении героического перелёта Хейнкель-111 с германскими крестами на крыльях могли сбить советские зенитчики - они стреляли по нему и даже подожгли, но удача в тот день была на стороне отважных беглецов.

О том, КАК ЭТО БЫЛО сейчас расскажу подробнее.

После войны Михаил Девятаев в своей книге «Побег из ада» вспоминал об этом так: «Как выжил, не знаю. В бараке — 900 человек, нары в три этажа, 200 гр. хлеба, кружка баланды и 3 картофелины - вся еда на день и изнурительная по тяжести работа».

И он бы сгинул в этом страшном месте, если бы не первый случай судьбоносного везения - лагерный парикмахер из числа заключённых заменил Михаилу Девятаеву его нашивку смертника на лагерной робе. Накануне в нацистских застенках умер узник по имени Григорий Никитенко. В мирной жизни он был школьным учителем в киевской Дарнице. Его нашивной номер, срезанный парикмахером, не просто спас жизнь Девятаеву, но и стал его пропуском в другой лагерь с более «лёгким» режимом - у городка Пенемюнде, который был расположен на острове Узедом в Балтийском море.

Так пленный лётчик старший лейтенант Михаил Девятаев превратился в бывшего учителя Григория Никитенко.

Разработкой германских ракет Фау руководил талантливый инженер Вернер фон Браун , ставший впоследствии отцом американской космонавтики.

Военную базу Пенемюнде, расположенную на западной оконечности острова Узедом немцы называли "Заповедником Геринга" . А вот у заключённых было другое название для этой местности - «Остров дьявола» . Каждое утро узники этого дьявольского острова получали наряды на работу. Тяжелее всех приходилось аэродромной бригаде: военнопленные таскали цемент и песок, замешивали раствор и заливали им воронки от налётов британской авиации. Но именно в эту бригаду рвался «учитель из Дарницы Никитенко». Он хотел быть поближе к самолётам!

В своей книге он вспоминал об этом так: «Рёв самолётов, их вид, их близость с громадной силой всколыхнули мысль о побеге».

И Михаил начал готовить побег.

На свалке подбитых и неисправных самолётов Девятаев изучал их фрагменты, пытался вникнуть в конструкцию незнакомых бомбардировщиков, внимательно осматривал приборные панели кабин. Михаил старался понять - как запускаются двигатели и в какой именно последовательности надо включать оборудование - ведь счёт времени при захвате пойдёт на секунды.

И вот тут Девятаеву в очередной раз повезло. Причём подфартило весьма курьёзно : благородный немецкий пилот, пребывая в добром расположении духа и в хорошем настроении, САМ показал дикому варвару и недочеловеку КАК арийские небожители запускают моторы у летающей машины.

Было это так, цитирую воспоминания Михаила Петровича: «Случай помог проследить операции запуска. Однажды мы расчищали снег у капонира, где стоял "Хейнкель". С вала я видел в кабине пилота. И он заметил моё любопытство. С усмешкою на лице - смотри, мол, русский зевака, как легко настоящие люди справляются с этой машиной, - пилот демонстративно стал показывать запуск: подвезли, подключили тележку с аккумуляторами, пилот показал палец и отпустил его прямо перед собой, потом пилот для меня специально поднял ногу на уровень плеч и опустил - заработал один мотор. Следом - второй. Пилот в кабине захохотал. Я тоже еле сдерживал ликование — все фазы запуска "Хейнкеля" были ясны»…

Работая на аэродроме, узники стали примечать все подробности его жизни и распорядка: когда и как заправляют самолёты, как и в котором часу меняется охрана, когда экипажи и обслуга идут обедать, какой самолет удобнее всего для захвата.

После всех наблюдений Михаил остановил свой выбор на Хейнкеле-111 с именным вензелем на борту «Г.А.» , что означало «Густав-Антон» . Этот «Густав-Антон» чаще других взлетал на задания. И что ещё было хорошо в нём - после приземления его сразу же заправляли снова. Этот самолёт узники стали называть не иначе как "наш "Хейнкель" .

7 февраля 1945 года команда Девятаева решилась на побег. Пленники мечтали: "Завтра в обед хлебаем баланду, а ужинаем уже дома, среди своих".

На следующий день, после полудня, когда техники и обслуга потянулись на обед, наши начали действовать. Иван Кривоногов ударом стального прута обезвредил охранника. Пётр Кутергин снял с бездыханного часового шинель с фуражкой и одел их на себя. С винтовкой наперевес этот переодетый вахтман повёл "пленных" в направлении самолета. Это чтобы охрана на сторожевых вышках ничего не заподозрила.

Пленники вскрыли люк и проникли в самолёт. Внутренность Хейнкеля Девятаеву, привыкшему к тесной кабине истребителя, показалась огромным ангаром. Тем временем, Владимир Соколов и Иван Кривоногов расчехлили моторы и сняли с закрылков струбцинки. Ключ зажигания был на месте…

Вот как этот тревожный момент описывал Михаил Девятаев: «Нажал на все кнопки сразу. Приборы не зажглись… аккумуляторов нет!... «Неудача!» - резануло по сердцу. Перед глазами проплыла виселица и болтающиеся на ней 10 трупов»…

Но к счастью, парни быстро раздобыли аккумуляторы, подтащили их на тележке к самолёту, и подключили кабель. Стрелки приборов сразу качнулись. Поворот ключа, движение ноги - и один мотор ожил. Еще минута - и закрутились винты другого движка. Оба мотора ревели, но никакой заметной тревоги на лётном поле пока не было видно - потому как все привыкли: "Густав-Антон" летает много и часто. Самолёт стал набирать скорость и, разгоняясь, начал стремительно приближаться к краю взлётной полосы. Но удивительное дело - он почему-то не мог оторваться от земли!... И чуть было не рухнул с обрыва в море. За спиной у пилота возникла паника - крики и удары в спину: "Мишка, почему не взлетаем!?"

А Мишка-то и сам не знал почему. Догадался только спустя несколько минут, когда развернулся и пошёл на вторую попытку взлёта. Виной всему был триммеры! Триммер - это подвижная, с ладонь шириною плоскость на рулях высоты. Её немецкий лётчик оставил в положении "посадка". Но как за несколько секунд в незнакомой машине найти механизм управления этими триммерами!?

А в это время ожил аэродром, на нём началась суета и беготня. Лётчики и механики выбежали из столовой. Все, кто был на поле, ринулись к самолёту. Ещё немного - и начнётся стрельба! И тогда Михаил Девятаев закричал друзьям: «Помогайте!» . Втроём, вместе с Соколовым и Кривоноговым, они навалились на штурвал…

… и у самой кромки балтийской воды Хейнкель таки оторвал хвост от земли!

Вот оно - очередное счастливое везение отчаянных парней - истощённые узники-доходяги подняли в воздух тяжёлую многотонную машину! Кстати, управление триммером Михаил таки отыскал, но только чуть позже - когда самолет нырнул в облака и стал набирать высоту. И сразу же машина стала послушной и лёгкой.

С момента удара по голове рыжего охранника до ухода в облака прошла всего 21 минута…

Двадцать одна минута натянутых нервов.

Двадцать одна минута борьбы со страхом.

Двадцать одна минута риска и отваги.

Конечно же, за ними послали погоню и подняли в воздух истребители. На перехват, в том числе, взлетел истребитель, пилотируемый известным воздушным асом - обер-лейтенантом Гюнтером Хобомом , обладателем двух «Железных крестов» и «Немецкого креста в золоте» . Но, без знания курса удравшего Хейнкеля обнаружить его можно было только лишь случайно, и Гюнтер Хобом беглецов не нашёл.

Остальные воздушные охотники так же вернулись на свои аэродромы ни с чем. В первые часы после угона немцы были уверены, что секретный самолёт угнали британские военнопленные, и поэтому основные силы перехватчиков бросили в северо-западном направлении - в сторону Великобритании. Так что Судьба в очередной раз благоволила Девятаеву и его товарищам.

Интересная и весьма опасная встреча произошла над Балтикой. Угнанный Хейнкель шёл над морем на юго-восток - к линии фронта, в сторону советских войск. Внизу двигался караван кораблей. А его сверху сопровождали истребители. Один Мессершмитт из охранения покинул строй, подлетел к бомберу и сделал возле него красивую петлю. Девятаев даже смог заметить недоумённый взгляд немецкого летчика - тот удивился тому, что Хейнкель летел с выпущенными шасси. Михаил к тому времени ещё не разобрался - как их убирать. Да и опасался, что при посадке могут возникнуть проблемы с их выпуском. «Мессер» не стал сбивать странный бомбардировщик либо из-за неимения на это приказа, либо из-за отсутствия связи с главным командованием. Так что, это было очередное в тот день благоприятное стечение обстоятельств для экипажа Михаила Девятаева.

О том, что самолёт перелетел линию фронта, беглецы догадались по трём важным наблюдениям.

Во-первых, внизу на земле потянулись бесконечные обозы, колонны советских машин и танков.

Во-вторых, пехота на дорогах, завидев немецкий бомбардировщик, разбегалась и прыгала в кювет.

И в-третьих, по Хейнкелю ударили наши зенитки. И ударили весьма точно: среди экипажа появились раненые, а правый двигатель самолёта загорелся. Горящую машину, своих товарищей и себя заодно спас Михаил Девятаев - он резко бросил самолет в боковое скольжение и тем самым сбил пламя . Дым исчез, но двигатель был повреждён. Нужно было срочно садиться.

Беглецы-из-Ада приземлились на весеннее поле в расположении одного из артиллерийских дивизионов 61-й армии. Самолет днищем пропахал большую часть поля, но всё-таки приземлился удачно. И в этом удачном приземлении на тающее февральское поле на неосвоенной ещё до конца машине с одним только исправным двигателем есть очень большая заслуга… ангела-хранителя Михаила Девятаева. Без Высших Сил тут явно не обошлось!

Вскоре бывшие узники услышали: «Фрицы! Хенде хох! Сдавайтесь, иначе пальнём из пушки!». Но для них это были очень дорогие и милые сердцу русские слова. Они ответили: «Мы не фрицы! Мы свои! Из плена мы... Свои мы…».

Наши солдаты с автоматами, в полушубках, подбежав к самолету, были ошеломлены. К ним вышли десять скелетов в полосатой одежде, обутые в деревянные башмаки, забрызганные кровью и грязью. Страшно худые люди плакали и постоянно повторяли одно только слово: «Братцы, братцы…»…

В расположение своей части артиллеристы понесли их на руках, как детей, ведь беглецы весили по 40 килограммов...

Вы можете себе представить, что именно творилось на дьявольском острове Узедом после дерзкого побега! В эти минуты на ракетной базе в Пенемюнде царил страшный переполох. Герман Геринг, узнав о ЧП в своём секретном «Заповеднике», топал ногами и орал: "Виновных повесить!".

Головы виновных и причастных уцелели только благодаря спасительной лжи начальника подразделения по испытаниям новейшей техники Карла Хайнца Грауденца. Он заявил прибывшему с инспекцией Герингу: "Самолет догнали над морем и сбили".

Ещё раз повторю - первое время немцы полагали, что Хейнкель-111 угнали британские военнопленные. Но правда вскрылась после срочного построения в лагере и тщательной поверки: не хватало 10 русских заключённых. И только через день после побега служба SS выяснила: один из бежавших вовсе не школьный учитель Григорий Никитенко, а лётчик Михаил Девятаев из дивизии Александра Покрышкина.

За угон секретного самолёта Heinkel-111 с радиоаппаратурой для полигонных испытаний баллистических ракет Фау-2 Адольф Гитлер объявил Михаила Девятаева своим личным врагом.


Британцы два года, начиная с 1943-го, бомбили остров Узедом и его объекты, но всё дело в том, что чаще всего они «воевали» с ложным аэродромом и бутафорскими самолётами. Немцы перехитрили наших союзников - они искусно маскировали настоящий аэродром и ракетные установки передвижными колёсными платформами с деревьями. Благодаря фальшивым рощам секретные объекты базы Пенемюнде сверху выглядели как перелески.

Последняя ракета Фау-2 с заводским номером 4299 взлетела со стартовой площадки №7 14 февраля 1945 года.

Больше германские ракеты с базы Пенемюнде в воздух не поднимались.

Главная заслуга Михаила Петровича Девятаева перед нашей Родиной заключается в том, что он внёс большой вклад в развитие советского ракетостроения.

Во-первых, (как вы уже знаете) угнанный им самолет Хейнкель-111 имел уникальную аппаратуру контроля полётов ракет Фау-2.

И во-вторых, он несколько раз показывал базу Пенемюнде самому Сергею Павловичу Королёву - будущему генеральному конструктору советских ракет. Они вместе ходили по острову Узедом и осматривали его былые секреты: пусковые установки Фау-1, стартовые площадки Фау-2, подземные цеха и лаборатории, брошенное немцами оборудование, остатки ракет и их узлы.

В 50-е годы прошлого века Михаил Девятаев испытывал на Волге речные суда на подводных крыльях. В 1957 году он одним из первых в Советском Союзе стал капитаном пассажирского судна типа "Ракета" . Позже водил по Волге "Метеоры" , был капитаном-наставником. Уйдя на пенсию, активно участвовал в ветеранском движении, часто выступал перед школьниками, студентами и рабочей молодёжью, создал свой Фонд Девятаева, и оказывал помощь тем, кто в ней особо нуждался.

P.S.

Герой Советского Союза. У Героя рядом с Золотой Звездой - орден Ленина, два ордена Красного Знамени, ордена Отечественной войны I и II степени, многие медали. Михаил Петрович Девятаев - Почетный гражданин Республики Мордовия, городов Казани, Вольгаста и Циновичи (Германия).


Родился 8 июля 1917 года в Мордовии, в рабочем поселке Торбеево. Он был тринадцатым ребенком в семье. Отец, Девятаев Петр Тимофеевич, трудолюбивый, мастеровой человек, работал на помещика. Мать, Акулина Дмитриевна, в основном была занята заботой о детях. К началу войны в живых было шестеро братьев и одна сестра. Все они участвовали в боях за Родину. Четверо братьев погибли на фронте, остальные раньше времени ушли из жизни из-за фронтовых ран и невзгод. Супруга, Фаина Хайрулловна, растила детей, ныне на пенсии. Сыновья: Алексей Михайлович (1946 г. рожд.), врач-анестезиолог глазной клиники, кандидат медицинских наук; Александр Михайлович (1951 г. рожд.), сотрудник Казанского медицинского института, кандидат медицинских наук. Дочь, Нэля Михайловна (1957 г. рожд.), выпускница Казанской консерватории, преподаватель музыки в театральном училище.

В школе Михаил учился успешно, но был не в меру шаловлив. Но однажды его словно подменили. Произошло это после того, как в Торбеево прилетел самолет. Летчик, казавшийся в своей одежде чародеем, быстрокрылая железная птица - все это покорило Михаила. Не сдержавшись, он спросил тогда пилота:

А как летчиком стать?

Нужно хорошо учиться, - последовал ответ. - Заниматься спортом, быть смелым, храбрым.

С того дня Михаил решительно изменился: все отдавал учебе и спорту. После 7-го класса он поехал в Казань, намереваясь поступить в авиационный техникум. Там произошло какое-то недоразумение с документами, и он был вынужден поступить в речной техникум. Но мечта о небе не угасла. Она захватывала его все больше и больше. Оставалось одно - записаться в Казанский аэроклуб.

Михаил так и поступил. Было трудно. Порой до глубокой ночи просиживал в самолетном или моторном классе аэроклуба. А утром уже спешил в речной техникум. Однажды настал день, когда Михаил впервые, правда с инструктором, поднялся в воздух. Возбужденный, сияющий от счастья, он сказал тогда своим друзьям: "Небо - моя жизнь!"

Эта высокая мечта и привела его, выпускника речного техникума, уже осваивавшего волжские просторы, в Оренбургское авиационное училище. Учеба там была счастливейшей порой в жизни Девятаева. Он по крупицам набирался знаний об авиации, много читал, с усердием тренировался. Счастливый, как никогда прежде, взлетал в небо, о котором еще совсем недавно только мечтал.

И вот лето 1939 года. Он - военный летчик. И специальность - самая грозная для противника: истребитель. Сначала проходил службу в Торжке, затем его перевели в Могилев. Там снова повезло: оказался в эскадрилье прославленного летчика Захара Васильевича Плотникова, успевшего повоевать в Испании и на Халхин-Голе. От него набирались боевого опыта Девятаев и его товарищи.

Но грянула война. И в первый же день - боевой вылет. И хотя самому Михаилу Петровичу не удалось сбить "юнкерса", он, маневрируя, вывел его на своего командира Захара Васильевича Плотникова. А тот не упустил воздушного противника, сразил его.

Скоро повезло и Михаилу Петровичу. Однажды в разрыве облачности на глаза ему попал "Юнкерс-87". Девятаев, не теряя ни секунды, устремился за нимени И через мгновение увидел его в перекрестии прицела. Тут же дал две пулеметные очереди. "Юнкерс" вспыхнул и рухнул на землю. Были и еще удачи.

Вскоре отличившихся в боях вызвали из Могилева в Москву. Михаил Девятаев в числе других был награжден орденом Красного Знамени.

Обстановка все более обострялась. Девятаеву и его товарищам уже пришлось оборонять подступы к столице. На новеньких "яках" они перехватывали самолеты, спешившие сбросить смертоносный груз на Москву. Однажды под Тулой Девятаев вместе со своим напарником Яковом Шнейером вступил в схватку с фашистскими бомбардировщиками. Им удалось сбить один "юнкерс". Но и самолет Девятаева пострадал. Все же пилоту удалось приземлиться. И он оказался в госпитале. Не излечившись до конца, бежал оттуда в свой полк, уже находившийся западнее Воронежа.

21 сентября 1941 года Девятаеву поручили доставить важный пакет в штаб окруженных войск Юго-Западного фронта. Он выполнил это поручение, но на обратном пути вступил в неравную схватку с "мессершмиттами". Одного из них сбил. И сам получил ранение. Так он вновь оказался в госпитале.

В новой части его осмотрела врачебная комиссия. Решение было единодушным - в тихоходную авиацию. Так летчик-истребитель оказался в полку ночных бомбардировщиков, а потом в санитарной авиации.

Лишь после встречи с Александром Ивановичем Покрышкиным ему удалось вновь стать летчиком-истребителем. Было это уже в мае 1944 года, когда Девятаев отыскал "хозяйство Покрышкина". Новые сослуживцы встретили его сердечно. Среди них был и Владимир Бобров , осенью 41-го давший кровь раненому Михаилу Петровичу.

Не раз поднимал Девятаев свой самолет в воздух. Неоднократно вместе с другими летчиками дивизии А. И. Покрышкина вступал в схватки с фашистскими стервятниками.

Но вот наступило роковое 13 июля 1944 года. В воздушном бою над Львовом он получил ранение, а его самолет загорелся. По команде своего ведущего Владимира Боброва Девятаев выбросился из объятого пламенем самолета... и оказался в плену. Допрос за допросом. Потом переброска в разведотдел абвера. Оттуда - в Лодзинский лагерь военнопленных. А там опять - голод, пытки, издевательства. Вслед за этим - концлагерь Заксенхаузен. И наконец - таинственный остров Узедон, где готовилось сверхмощное оружие, перед которым, по мнению его творцов, никому не устоять. Узники Узедона - это фактически приговоренные к смерти.

И все это время у пленных зрела одна мысль - бежать, бежать во что бы то ни стало. Лишь на острове Узедон это решение приобрело реальность. Рядом, на аэродроме Пенемюнде, были самолеты. И был летчик Михаил Петрович Девятаев, человек мужественный, бесстрашный, способный осуществить намеченное. И он осуществил, несмотря на невероятные трудности. 8 февраля 1945 года "хейнкель" с 10 узниками приземлился на нашей земле. Девятаев доставил командованию стратегически важные сведения о засекреченном Узедоне, где производилось и испытывалось ракетное оружие фашистского рейха. Еще оставалось два дня до намеченной фашистами расправы над Девятаевым. Его спасло небо, в которое он был бесконечно влюблен с детства.

Клеймо военнопленного сказывалось долго. Ни доверия, ни стоящей работы... Это угнетало, порождало безнадежность. Лишь после вмешательства уже получившего широкую известность генерального конструктора космических кораблей Сергея Павловича Королева дело сдвинулось с мертвой точки. 15 августа 1957 года подвиг Девятаева и его товарищей получил достойную оценку. Михаилу Петровичу было присвоено звание Героя Советского Союза, а участники перелета награждены орденами.

Михаил Петрович окончательно возвратился в Казань. В речном порту вернулся к своей первой профессии - речника. Ему доверили испытание первого быстроходного катера "Ракета". Он стал и первым его капитаном. Спустя несколько лет уже водил по Волге быстроходные "Метеоры".

И ныне ветерану войны покой лишь только снится. Он активно участвует в ветеранском движении, создал Фонд Девятаева и оказывает помощь тем, кто в этом особо нуждается. Не забывает ветеран и о молодежи, часто встречается со школьниками и воинами гарнизона.

У Героя рядом с Золотой Звездой - орден Ленина, два ордена Красного Знамени, ордена Отечественной войны I и II степени, многие медали. Михаил Петрович Девятаев - Почетный гражданин Республики Мордовия, городов Казани, Вольгаста и Циновичи (Германия).

Имя: Михаил Девятаев (Mihail Devyataev)

Возраст: 85 лет

Деятельность: летчик-истребитель

Семейное положение: был женат

Михаил Девятаев: биография

Легендарный советский летчик Михаил Девятаев, который участвовал в Великой Отечественной войне, прославился за счет дерзкого побега из-под носа немецких захватчиков.


За прекрасную работу мужчину наградили орденом Героя Советского Союза.

Детство и юность

Михаил родился летом 1917 года в рабочем поселке Торбеево, который на тот момент входил в состав Тамбовской губернии. По национальности он мокшанин. Помимо него, в семье было еще 12 детей. Хотя жизнь была трудной, отец семейства Пётр Тимофеевич всю жизнь трудился, он был мастеровым человеком, работал на помещика. Мать Акулина Дмитриевна вела хозяйство и воспитывала детей.


Хотя в школе Михаил учился хорошо, проблемы возникали с поведением мальчика. Но в один момент его характер поменялся. Это произошло после встречи с летчиком, посетившим поселок на самолете. Увидев его, юноша спросил, как получить такую профессию. На это мужчина ответил, что нужно учиться, быть смелым, спортивным и здоровым.

С того момента Девятаев все время посвящает спорту и учебе, а после 7-го класса отправляется в Казань для поступления в авиационный техникум. Так в биографии юноши появляется история становления будущего летчика. Подавая заявление в училище, Михаил уже представлял, как начнет осваивать азы управления самолетом, однако из-за путаницы с бумагами, по ошибке, его зачисляют в речной техникум, где он и остался. Но мечта парня не угасла, поэтому Девятаев записывается в аэроклуб в Казани.


Иногда ему приходилось до ночи проводить время в моторном или самолетном классе клуба, а утром бежать на занятия в училище. А вскоре случился тот день, когда юноша впервые оказался в небе. Правда, первый полет происходил с инструктором, но это не уменьшило впечатлений Михаила.

Окончив речной техникум, Девятаев поступает в Оренбургское авиационное училище, это время уже повзрослевший мужчина вспоминал как самую счастливую пору жизни. При обучении он не пропускал ни одного занятия, много читал и усердно тренировался. Когда учеба закончилась, детская мечта молодого человека сбылась, он стал военным летчиком-истребителем. В молодости ему приходилось служить сначала в Торжке, а позднее его перевели в Могилев.


К началу войны из 12 детей семьи Девятаевых в живых осталось только 8, и все внесли вклад в защиту Родины. 4 брата Михаила погибли на фронте, остальные дети тоже ушли из жизни, не дожив до преклонных лет.

Военная служба

В июне 1941 года мужчина отправляется на фронт, а через 2 дня открывает боевой счет, сбив пикирующий под Минском бомбардировщик противника. Были у Девятаева и другие удавшиеся вылеты. Летчика, наряду с другими отличившимися, вызывают в Москву для обороны подступов к столице.


В ходе очередной военной операции на самолетах «Як-1» летчики перехватывают противника, который собирался сбросить смертоносный груз на столицу. Однако мужчине не всегда так везло. Однажды он получил военное задание, при возвращении с которого в Москву подвергся атаке фашистских бомбардировщиков. Один «Юнкерс» противника все же был сбит, однако и самолет Девятаева пострадал. Пилоту удалось приземлиться, несмотря на ранение в левую ногу. Так Михаил попадает в госпиталь, где проходит лечение. А позднее единодушным решением врачебной комиссии его определяют в тихоходную авиацию.

Некоторое время Девятаев работает в составе полка ночных бомбардировщиков, затем его переводят в санитарную авиацию. И только в 1944 году, после встречи с А. И. Покрышкиным, мужчина возвращается в отряд истребителей. После он еще не раз поднимал свой самолет в воздух, находясь в звании старшего лейтенанта, в общей сложности Михаил сбил 9 самолетов врага.


В июле 1944 года судьба Девятаева оказывается в руках противника. Совершая очередной вылет, мужчина сбивает немецкий самолет на западе от украинского города Горохова. В этом воздушном бою он получает ранение, а его самолет загорается. Ведущий летчика Владимир Бобров приказывает тому покинуть воздушную машину, выпрыгнув с парашютом. Однако, выполнив команду, мужчина попадает в плен.

Плен и побег

Оказавшись в руках фашистов, Девятаев был отправлен в разведотдел абвера, а позднее в Лодзинский лагерь пленников. Все время там прошло в издевательствах, пытках и голоде, поэтому, объединившись с военнопленными летчиками, мужчины планируют побег, который не состоялся.


После того как их поймали, всю группу объявили смертниками и отправили в лагерь Заксенхаузен. Все, кто оказывается там с этим статусом, идут на верную смерть, однако Михаилу удалось выжить. Подкупив парикмахера лагеря, Девятаев убеждает того подменить на робе номер, таким образом он поменял статус «смертника» и стал обычным «штрафником», которому уже не угрожала смерть.

Вместе с номером у мужчины изменилось и имя, под которым тот отправляется на остров Узедом. В этом месте создавали сверхмощное оружие, которое, по мнению фашистов, должно было помочь им победить в войне, речь идет о баллистических и крылатых ракетах. Люди, попадавшие на этот остров, обратно живыми не возвращались. Поэтому у пленных зреет мысль о новом побеге.


Аэрофотосъемка острова Узедом. Побег оттуда считался невозможным

Группа в составе 10 человек, в том числе Михаил Девятаев, заприметили самолеты на рядом располагавшемся аэродроме Пнемюнде. Советский летчик взял пилотирование на себя.

После угона за пленными был отправлен бомбардировщик, получивший задание сбить одинокий «Хейнкель». И хотя за штурвал сел опытный летчик, уничтожить беглецов не удалось. А подлетая к линии фронта, самолет Девятаева подвергся атаке советских зенитных орудий.


Несмотря на трудности, мужчина посадил самолет на территории польской артиллерийской части. Михаил спас девятерых человек и доставил стратегически важную информацию о засекреченном немецком центре по изготовлению ракетного оружия. Мужчина даже предоставил точные координаты расположенных вдоль берега стартовых установок. Их проверили и подтвердили, а позже с воздуха атаковали остров Узедом.

Как и других пленных фашистской Германии, вернувшихся на территорию Советского Союза, Михаила Девятаева поместили в проверочно-фильтрационный лагерь НКВД, а после завершения проверки отправили на службу в РККА.


Уже позднее знаменитый конструктор ракетно-космической промышленности Советского Союза разыскал Девятаева и вызвал на аэродром, с которого тот совершил угон самолета. На месте Михаил показал ему, где изготовляли узлы ракет и откуда они стартовали. За предоставленную помощь и совершенный подвиг в 1957 году Девятаева наградили званием Героя СССР.

По окончании военных действий Михаил вернулся в Казань и уже там начал развивать карьеру в речном судоходстве в Казанском порту. Уже имея диплом капитана судна, через несколько лет мужчина становится капитаном катера.

Личная жизнь

Несмотря на тяжелые военные и послевоенные годы, личная жизнь мужчины сложилась хорошо. Женой летчика стала Фаина Хайрулловна, которая родила супругу троих детей - двух сыновей и дочь. И хотя брак был крепким, женщина ревновала Михаила. Ведь когда он прославился на весь Советский Союз, ему часто писали женщины. Уже в преклонном возрасте мужчина признавался, что свою жену не променял бы ни на одну другую красавицу.


В 1946 году женщина родила первого ребенка, которого назвали Алексеем. Для изучения он выбрал медицину, работал в глазной клинике врачом-анестезиологом, а позднее стал кандидатом медицинских наук. Через 5 лет родился его брат Александр, который тоже выбрал эту сферу. Мужчина работал в Казанском медицинском институте и также стал кандидатом медицинских наук.

Дочь Девятаевых родилась в 1957 году. Нэля не пошла по стопам братьев, ее талант открылся в другой области. Девушка окончила Казанскую консерваторию и в театральном училище преподавала музыку.


После войны Михаил написал книгу «Побег из ада», в которой описал наиболее яркие события пребывания в немецком лагере смерти, а также рассказал историю самого побега. На обложке книги размещено фото Девятаева, которое пересекает колючая проволока.

Смерть

До последних дней Михаил Девятаев жил в Казани и, несмотря на подорванное на войне здоровье, работал, пока позволяли силы. Летом 2002 года он даже приезжал на тот самый аэродром, с которого когда-то совершил побег. Там снимали документальный фильм о подвиге мужчины.

В ноябре того же года Михаил Петрович умер, точная причина смерти неизвестна, вероятно, возраст (85 лет) и сопутствующие заболевания тому поспособствовали.


В память о герое-летчике еще при жизни и после смерти сняли не один документальный фильм. Среди них «Догнать и уничтожить», «Не факт. Подвиг советского летчика» и другие.

Награды

  • Орден Героя Советского Союза
  • Орден Ленина
  • Орден Красного Знамени
  • Орден Отечественной войны
  • Медаль «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.»
  • Медаль Жукова
  • Медаль «За оборону Москвы»
  • Медаль «Ветеран труда»
  • Орден «За заслуги перед Отечеством»
  • Почетный гражданин Республики Мордовия