Многоствольные пушки. «Многоствольная пушка» испанских ВМС
Скорострельное оружие с вращающимся блоком стволов - обязательный элемент фантастических боевиков и компьютерных игр. В кино часто фигурируют накачанные рэмбо с шестиствольным пулеметом, поливающие злодеев потоком свинца. Благодаря Голливуду за этими «газонокосилками» прочно закрепилась слава супероружия.
Вместе с тем пушки и пулеметы, работающие по схеме американского изобретателя Ричарда Гатлинга, уже давно стоят на вооружении ряда стран. Разрушительная мощь многоствольников действительно поражает воображение. РИА Новости публикует подборку самого грозного оружия с вращающимся блоком стволов.
Артиллерийская стрельба установки АК-630 © РИА Новости / Ильдус Гилязутдинов
Самый известный
Американский скорострельный пулемет M134 Minigun, пожалуй, самый известный обывателю «гатлинг» из существующих. Боевики про бравых морпехов США или кадры военной хроники с Ближнего Востока редко обходятся без этой шестиствольной махины калибра 7,62 миллиметра. Американские оружейники с 1960-х годов умудрились внедрить его везде, где только можно. M134 устанавливаются в люках армейских «Хаммеров», на караульных вышках, патрульных катерах, вертолетах, бронетранспортерах, фортификационных сооружениях. Все-таки шесть тысяч выстрелов в минуту - серьезный аргумент в любой критической ситуации.
Многоствольный пулемет M134 Minigun © Фото: Lance Cpl. Randall A. Clinton
Вопреки стереотипам, в оружии схемы Гатлинга стреляют не все стволы одновременно. В М134 патрон досылается в нижний, остывший ствол, выстрел производится сверху, выброс гильзы - справа. Таким образом, стволы стреляют по очереди, успевают перезарядиться и остыть, пока «работают» оставшиеся пять. Подобная схема нивелирует главное препятствие на пути сверхвысокой скорострельности - перегрев оружия. Подобным образом работает большинство других пулеметов с вращающимся блоком стволов.
«Старшим братом» M134 является 20-миллиметровая шестиствольная авиационная пушка M61 Vulcan. Почти 60 лет ее ставят на американские боевые самолеты, ударные вертолеты и сухопутное шасси. Эта система способна достаточно эффективно бить и по воздушным, и по наземным целям. Но, как и M134, на сегодняшний день она считается морально устаревающей.
Самая скорострельная
Российские установки АК-630 М-2 «Дуэт» являются современной модификацией советских шестиствольных корабельных комплексов АК-630. От предшественника новая система отличается в первую очередь наличием двух орудий и сложной электронной «начинкой», позволяющей во многом автоматизировать процесс наведения и сопровождения целей. Один «Дуэт» способен обрушить на противника рекордные десять тысяч 30-миллиметровых снарядов в минуту. Этого с запасом хватит, чтобы уничтожить любую воздушную цель на удалении до четырех километров и на высотах до пяти километров - будь то сверхзвуковой самолет, беспилотник или крылатая ракета. А на ближних дистанциях флотские «шестиствольники» способны сильно повредить или даже разрушить небольшой боевой корабль. Комплексы семейства АК-630 являются последней и самой прочной линией обороны военно-морской эскадры.
Автоматическая корабельная артиллерийская установка АК-630 на гвардейском ракетном крейсере «Москва», который прибыл к побережью Латакии для противовоздушной обороны района © РИА Новости / Пресс-служба Минобороны РФ
На сегодняшний день АК-630 М-2 установлены в корме пяти малых ракетных кораблей проекта «Буян-М», а также на большом десантном корабле «Иван Грен», который должен вступить в боевой состав Северного флота в ноябре этого года. Кроме того, Минобороны планирует перевооружить на «Дуэты» ряд других кораблей, несущих более старые АК-630.
Самая бронебойная
Вершиной развития оружия с вращающимся блоком стволов, пожалуй, можно назвать американскую авиационную пушку GAU-8 Avenger - основное вооружение штурмовиков A-10 Thunderbolt II. Масса всей пушечной установки с системой подачи патронов и полным барабаном 30-миллиметровых снарядов почти две тонны, а заправленный и подготовленный к взлету A-10 весит десять тонн. Самолет фактически построен вокруг этого трехметрового семиствольного чудовища. Собственно, именно пушка является единственной причиной, почему штурмовики Thunderbolt II остаются в строю ВВС США - по своим летно-техническим характеристикам и бортовому оборудованию они значительно уступают машинам того же класса других стран.
Семиствольная автоматическая пушка GAU-8 Avenger на самолете A-10 Thunderbolt II CC BY 3.0 / Mrkoww or Matthew Zalewski
GAU-8 в минуту выпускает по цели до 4200 бронебойно-подкалиберных снарядов с сердечником из обедненного урана. Из-за колоссальной отдачи и опасности попадания пороховых газов в воздухозаборники пилоты обычно дают короткие очереди по две-три секунды. Этого хватает, чтобы целиком накрыть колонну из десятка тяжелых боевых машин. А-10 задумывался как противотанковый самолет, специфика его боевого применения предусматривает атаку цели по верхней полусфере, меньше всего защищенной броней. В Афганистане и Ираке вооруженные GAU-8 штурмовики демонстрировали хорошие результаты. Однако в войне с противником, обладающим развитой ПВО, шансы этих дозвуковых самолетов на выживание стремительно уменьшаются.
Американский штурмовик A-10 Thunderbolt II (A-10 «Тандерболт» II) © Flickr / Samuel King Jr
Самый кучный
Четырехствольный авиационный пулемет ЯкБ калибра 12,7 миллиметра был создан в конце 70-х годов специально для новейших на тот момент ударных вертолетов Ми-24. Боевое крещение крупнокалиберные советские «гатлинги» прошли в Афганистане. Пилоты армейской авиации сразу полюбили новые пулеметы за исключительно высокую плотность огня и прозвали ЯкБ-12,7 «металлорезкой». Свою кличку это оружие оправдывало неоднократно: в августе 1982 года под Кандагаром один вертолет «разрезал» пополам очередью из пулемета шедший во главе каравана душманов автобус. Афганским боевикам еще повезло, что Ми-24 бил поперек колонны, а не вдоль - при максимальном темпе стрельбы 5500 выстрелов в минуту он мог изрешетить весь караван за один заход.
Пулемет ЯкБ-12,7 на Ми-24 в Национальном историческом музее Болгарии CC BY-SA 4.0 / Benjamín Núñez González /
Именно этому пулемету принадлежит уникальный и до сих пор никем не побитый рекорд. Двадцать седьмого октября 1982 года во время воздушного боя иракский Ми-24 смог сбить из ЯкБ-12,7 иранский истребитель F-4 Phantom II. Это единственный в истории мировой авиации задокументированный случай, когда вертолет смог уничтожить сверхзвуковой реактивный самолет с помощью бортового пулемета. Во многом этого удалось добиться благодаря отличной кучности оружия. Впрочем, с надежностью у ЯкБ-12,7 были некоторые проблемы. Опыт Афганистана показал, что пулемет довольно капризный и подвержен загрязнению. Этот недостаток удалось устранить в модификации ЯБКЮ-12,7, принятой на вооружение в 1988 году.
Андрей Коц
Подпишитесь на нас
ГШ - 6 - 23
В ходе создания истребителя-бомбардировщика МиГ-27 пушка штатная для МиГ-23 была заменена более мощной. Мощности и поражающего действия 23-мм снарядов пушки ГШ-23Л, много лет служившей на большинстве боевых самолетов оказалось недостаточно для уверенного поражения многих наземных целей и, особенно бронетехники. На вооружение стран НАТО поступали новые бронемашины, для борьбы с которыми бронепробиваемость снарядов калибра 23-мм была уже слабой. Проблема обострялась также тревожной тенденцией отставания отечественных авиационных артсистем от западных, новейшие образцы которых превосходили их и по скорострельности, и по мощности снаряда.
Военных интересовала возможность вооружения самолета оружием, способным поражать не только новые БТР и БМП потенциального противника, но и перспективный американский основной танк M1 Abrams. Для этого требовался переход на больший калибр и более мощные боеприпасы, для чего было выдано задание на разработку авиационной пушки калибра 45 мм, использовавшей активно-реактивный снаряд повышенной бронепробиваемости. Однако создание нового орудия и боеприпасов к нему требовали времени. В связи с этим было принято решение об установке на самолет новой многоствольной пушки 30 мм калибра, обеспечивающей высокую скорострельность и большой вес секундного залпа. Инициатором перехода на пушечное вооружение калибра 30 мм выступал заместитель Министра Обороны по вооружению генерал армии В.Я. Шабанов, отстаивавший унификацию оружия и боеприпасов для ВВС, ВМФ и Сухопутных войск на основе стандартного снаряда повышенной мощности. Переход с калибра 23 мм на 30 мм обеспечивал двукратное повышение массы снаряда (со 175-185 г до 400 г), причем содержание взрывчатого вещества в нем возрастало почти в три раза, а улучшенная баллистика обеспечивала не только мощную бронепробиваемость и могущество воздействия по различным целям, но и значительно улучшала точность огня и позволяла разработать боеприпасы новых, более эффективных типов.
Новая многоствольная схема позволяла существенно, в 3-4 раза, повысить скорострельность, в относительно короткое время атаки укладывая в цель мощный залп. Каждый из стволов, собранных в единый вращающийся пакет, имел свой затвор, механизмы которого совершали непрерывное движение в ходе работы и производили выстрел с приходом в "боевое" положение.
В СССР конструктор И.И. Слостин в 1954 г. выполнил проект авиационной многоствольной пушки под индексом КБП-810 Первоначально был изготовлен макетный образец калибра 12,7 мм, а затем - опытный образец 23-мм пушки под патрон ВЯ. Однако 23-мм пушка имела ряд принципиальных недостатков - раскпинение досылаемого патрона с экстрагируемой гильзой, неперехват патрона досылателем и т. д Поэтому работы над этой пушкой были вскоре прекращены.
В конце 1955 - начале 1956 г. Слостин создал еще один проект 23-мм пушки с четырьмя стволами в едином блоке. Стрельба велась укороченным патроном от пушки ВЯ. Однако по неясным мотивам работы по ней были прекращены в начале 1958 г.
Новый этап работ над созданием пушки с вращающимся блоком стволов начался в КБП после выхода в свет Постановления Совмина СССР от 15 июня 1963 г. Под руководством Грязева и Шипунова был создан 30-мм шестиствольный автомат АО-18, первоначально предназначенный для корабельной установки АК-630.
Заводские испытания автомата были проведены в 1964-1966 гг. В серию он пошел в 1974 г., а официально установка АК-630 с этим автоматом была принята на вооружение приказом министра обороны от 6 января 1976 г. На базе АО-18 была создана авиационная пушка ГШ-6-30 (9-А-621), автомат которой (АО-18А) был значительно облегчен за счет отказа от громоздкой жидкостной системы принудительного охлаждения стволов и замены ее воздушным охлаждением. Технический проект АО-18А был рассмотрен и одобрен в Министерстве обороны СССР в марте 1971 г. Первоначально пушка имела заводской индекс ТКБ-635.
Работа автоматики пушки ГШ-6-30 (ТКБ-635) основана на принципе использования энергии пороховых газов. отводимых поочередно из каждого ствола. Предварительный разгон блока стволов в начале каждой очереди осуществляется сжатым воздухом (пневмостартер).
Попытка увеличить темп с 5000 выстрелов, как в АК-630, до 6000 выстрелов успехом не увенчалась, и у серийной пушки темп стрельбы остался прежним.
По техническому заданию заказанная пушка ГШ-6-30 должна была выпускать весь боекомплект в 300 патронов одной очередью без выхода из строя пушки. Пушки первых серий могли делать лишь 150 выстрелов, а дострел остальных производился лишь после охлаждения пушки до температуры окружающей среды, т. е. не менее чем через 15 мин. Лишь после модернизации газового двигателя длину непрерывной очереди удалось довести до 300 выстрелов.
Пушки первых серий имели и ряд других дефектов, например заклинивание или утыкание патрона в казенник. После отпускания кнопки «огонь» вместо положенных по техническим условиям 8-11 выстрелов происходило 22-23 выстрела, и вдобавок пушка оставалась заряженной.
В процессе серийного производства ГШ-6-30 на Тульском машиностроительном заводе его инженерам удалось со временем устранить большую часть конструктивных недоработок автомата. На вооружение пушка ГШ-6-30 принята в 1974 г. и получила индекс 9-А-621. Пушкой ГШ-6-30 вооружены самолеты Су-24МК (одна, боекомплект 500 патронов), МиГ-27.
Артсистема ГШ-6-30А обладала внушительными характеристиками, демонстрируя абсолютное превосходство над большинством западных образцов. Американские боевые самолеты использовали пушки калибра 20 мм со стограммовыми снарядами, а принятые на вооружение самолетов НАТО пушки ADEN и DEFA 552/553 калибра 30 мм вели огонь снарядами массой 270 г при начальной скорости 600-650 м/с (что дало известному конструктору авиационного вооружения A.Э. Нудельману охарактеризовать их как "пушки с пониженными характеристиками"). Только со временем в ВВС западных стран появились более мощные орудия: 27-мм пушка Bk27 западногерманской фирмы Mauser, созданная для самолета Tornado, и американская 30-мм GAU-8A, специально разработанная для штурмовика А-10.
Основные конструктивные проблемы "шестистволки" были решены еще при отработке корабельного варианта, однако ее установка на самолете имела свою специфику. Новое изделие потребовало ряда доработок: автоматы первых серий не могли выпускать требуемую по техническому заданию одну непрерывную очередь с расходом полного боекомплекта. После первых 150 выстрелов из-за перегрева требовалось охлаждение блока стволов и лишь затем можно было продолжать стрельбу. Был ряд и других серьезных дефектов, связанных с надежностью системы в целом (работы кинематики, подачи патронов и прочности узлов).
В ходе серийного производства на Тульском машиностроительном заводе удалось со временем устранить большую часть конструктивных недоработок и обеспечить приемлемую надежность изделия. Доработанная пушка позволяла выпускать одной очередью до 300 снарядов. Серьезной задачей оказалось крепление пушки на самолете: в авиационном варианте с пониженной баллистикой ГШ-6-30А имела отдачу в 5500 кгс. Ударные нагрузки при стрельбе были очень мощными для конструкции самолета (все же его планер являлся переделкой довольно легкого истребителя). Установка отрабатывалась на деревянном макете, на котором увязывались узлы и агрегаты. При первой же пробной стрельбе из "шестистволки" макет попросту развалился.
В первое время с отладкой орудия на самолете возникло множество проблем. В результате первых испытаний в воздухе выяснилось, что ударные и частотные характеристики, полученные при стрельбе из ГШ-6-30А на земле, не соответствуют тому, что имеет место в воздухе. Первый же отстрел, выполненный в полете, закончился тем, что после очереди из 25 снарядов все приборы в кабине отказали. В дальнейших испытательных полетах бывали случаи деформации и даже срыва щитков передней опоры шасси, из-за сильных вибраций буквально рассыпался патронный рукав и отказывало РЭО в закабинном отсеке.
Чтобы уменьшить влияние пушечной трассы на конструкцию, ось пушки наклонили вниз на 1╟13". Доводкой артсистемы занималось Тульское ЦКБ и группа вооружения "Зенита" с привлечением специалистов НИИ авиационных систем, ведавшее "огневыми" вопросами и проводившего на полигоне в подмосковном Фаустово контрольные отстрелы и эксперименты. На вооружение артсистема была принята в 1975 году.
Возможности орудия и сила огня мало кого оставляли равнодушными. Даже при наземных отработках "шестистволки" при стрельбе у присутствующих ощущалось желание присесть и закрыть уши руками, настолько впечатляющим было ее действие. Стрельба из нее даже на слух не была похожа на обычную очередь - ощущался лишь один оглушающий раскатистый удар, за пару секунд выбрасывавший в цель стокилограммовый залп.
Летчик-испытатель В.Н.Кондауров так вспоминал свою первую стрельбу из ГШ-6-30А: "Стоило мне, наложив центральную марку на воздушную цель, нажать гашеткой на кнопку стрельбы, как раздалось такое "ТР-Р-Р-Р-ЫК", что я невольно отдернул руку. От стрельбы самолет весь затрясся и чуть ли не остановился от сильной отдачи пушечной установки. Беспилотная мишень, только что выполнявшая впереди меня вираж, буквально разлетелась на куски. Я едва пришел в себя от неожиданности и восхищения: "Вот это калибр! Хороша зверюга! Коль попадешь - мало не будет".
В сочетании с прицельной системой ГШ-6-30А имела высокую точность стрельбы. Заводской летчик-испытатель М. Туркин на спор предлагал попасть в закрепленную на мишени и хорошо видную белую майку и даже сснести положенную сверху фуражку. Сделав пару заходов, он уложил в цель очередь. Определить, кто победил в споре, не удалось очередь разметала бревенчатую мишень так, что не осталось даже обрывков.
В строевых частях стрельбы из пушки были достаточно частыми в упражнениях КБП, но всегда впечатляющими для самих летчиков - раскатистый громовой удар очереди, в секунду выбрасывающей сотню снарядов и пронизывающая машину дрожь отдачи вызывали ни с чем не сравнимое чувство находящейся в руках мощи и силы. Не меньше впечатлял и вид работы "шестистволки" со стороны: ведущий огонь самолет на несколько мгновений окутывался облаком пламени, из которого к земле тянулся огненный ливень. Обычно в лентах чередовались по два снаряда ОФЗ через один БР, но на показательных стрельбах каждый четвертый-пятый снаряд шел с трассером. Огонь можно было вести в ручном режиме, с прицеливанием по неподвижной сетке прицела "на глаз" (такая стрельба носила название "сопроводительно-заградительной"). В автоматическом режиме использовался прицельно-навигационный комплекс ПрНК-23. Он выдавал на прицел необходимые поправки и упреждения, а прицеливание осуществлялось наложением на цель подвижной прицельной марки С-17ВГ, на которой высвечивалась текущая дальность до объекта атаки и сектор эффективной дальности (начала и окончания) стрельбы. В отличие от других машин, на ручке управления МиГ-27 была смонтирована вторая боевая кнопка, специально для пушки. Самими летчиками стрельба из пушки считалась более привлекательной, чем бомбометание или пуск НАР, разрывы которых ложились уже за самолетом, на выходе из атаки, и сверху затем наблюдались, в лучшем случае, как пыльные облачка. Пушка давала результат ощутимый и зримый: сразу за "всплыванием" прицельной марки снаряды ложились практически туда, куда была наложена метка. Благодаря мощной баллистике и высокой скорострельности можно было видеть, как первые снаряды очереди впиваются в мишень. Затем приходилось брать ручку на себя, и основная масса залпа ложилась в цель, на долю секунды отставая от выходящего из пикирования самолета. Вывод обычно выполнялся с отворотом в сторону, уходя от осколков и рикошета собственных снарядов. Осколки от них поднимались до высоты 200 м и представляли серьезную опасность для самолета.
Короткой 40-патронной очередью пушка в десятые доли секунды посылала в цель 16 килограммовый залп. Внизу оставались взрытые очередями в земле траншеи, иссеченные доски построек и смятые "коробочки" зияющих дырами мишеней - БТР и БМП, броню которых снаряды прошивали насквозь. Списанные грузовики и самолеты служили мишенями реже - мощные снаряды просто рвали их в клочья, и тех хватало едва на несколько атак.
При подготовке ГШ-6-30А отмечали удобство заряжания: если на МиГ-21 и МиГ-23 техникам приходилось лебедкой опускать лафет с пушкой и патронным ящиком и, стоя под самолетом на коленях, втискивать туда ленту, а на Су-7 и Су-17 протаскивать ее через опоясывающие фюзеляж рукава, то на МиГ-27 патронную ленту достаточно было подать в загрузочное окно наверху и через "трещотку" направлять ее в патронный отсек. Впрочем, затащить на самолет ленту весом в четверть тонны само по себе было задачей не из легких и для этого требовался специальный погрузочный лоток с лебедкой. Чаще обходились куском ленты на 30-40 патронов, достаточных для отработки навыков стрельбы, подавая ее вручную. Массивную "играющую" ленту проволакивали прямо по борту и центроплану, из-за чего эти места обычно выделялись ободранной краской.
Следствием высочайшего темпа стрельбы была чрезмерная скорость подачи и рывки ленты: случались ее порывы, "вело" звеньеотвод и патронный рукав, а сами звенья, прошедшие "мясорубку" пушки, к повторному использованию не годились. В 911-м апиб в апреле 1988 года, менее чем за месяц, произошли подряд несколько отказов стрельбы из-за лопнувших звеньев. Узлы пушки, особенно газопороховой двигатель и блок кинематики, подвергались интенсивным термическим и механическим нагрузкам, работая практически на пределе. Коррозия при этом становилась особенно грозной и развивалась мгновенно, требуя чистить орудие немедленно после стрельбы, всякого полета и даже каждые 15-20 дней стоянки.
Постоянно давала себя знать отдача, удары которой, при всей секундности воздействия, ломали планер и "выбивали" оборудование. Ощущались также акустические нагрузки от дульных газов и высокочастотные вибрации, буквально расшатывавший конструкцию, добавляя усталостных трещин баку отсеку ╧2 и задней стенке бака ╧1А, к которой крепилась пушка. Случилось коробление створок передней стойки шасси, грозившее ее заклиниванием. Из-за обрывов цепи питания отказывал топливный насос. Много неприятностеи доставляли случаи разрушения звеньеотвода, направлявшего отстрелянные звенья обратно в патронный отсек; его направляющие служили частью конструкции фюзеляжа и повреждения требовали сложного ремонта силами заводской бригады. В качестве одной из мер была проведена доработка по снижению скорострельности, ограниченной 4000 выст/мин.
Несмотря на доработки и усиления конструкции, влияние пушки как "фактора риска" приходилось учитывать в эксплуатации. В полках утвердилось мнение: если "легкий" залп в 30-40 снарядов переносится машиной без особых последствий, то затяжная очередь в 2,5-3 сек чревата "хрустом и треском". Помимо прочего, стрельба короткими очередями экономила ресурс орудия, ограниченный 6000 выстрелов. Если же в спешке "пропуск" в ленте делать забывали и стрельба шла до полного израсходования боезапаса, то это вело не только к интенсивному "расстрелу" стволов (260-300 выстрелов подряд для пушки были предельными и требовали охлаждения оружия), но и могло сказаться на самолетных системах, особенно чувствительным к сотрясениям и вибрациям оборудовании и электронике.
Для техников это нередко оборачивалось ремонтом той или иной сложности, для летчика - предпосылкой, а то и настоящими неприятностями. В августе 1980 года при командировке одной из эскадрилий 722-го апиб в НИИ ВВС на возвращавшемся с полигона самолете штурмана полка майора Швырева после стрельбы из пушки деформировались створки передней стойки шасси и выпустить ее не удавалось. Летчику, впервые в ходе эксплуатации МиГ-27, пришлось сажать машину на два основных колеса. Самолет после посадки остался практически цел, нивелировка показала, что обошлось без деформаций планера и вскоре он снова летал.
8 августа 1988 года в 19-м гв. апиб в ГСВГ после стрельбы на МиГ-27Д лейтенанта М.В.Полуэктова не выпустилась передняя стойка из-за того, что "повело" фюзеляж и заклинило створки. Как отмечалось в донесении, "летчик обладал высокой морально-политической подготовкой" и смог посадить самолет на основные колеса, погасил скорость и коснулся носовой частью бетонки с минимальными повреждениями. В 599-м апиб 15 мая 1990 года произошел сходный случай с более тяжелыми последствиями: очередью сорвало локализатор с пушки, в него уперлись створки, стойка не вышла и МиГ-27К пропахал носом ВПП, после чего машину пришлось списать. Случались "выбивания" АЗС, отключавшие оборудование, отказывала связь и системы. Некоторые из случаев, при всей серьезности положения, граничили с курьезом. В 24-й авиадивизии 18 апреля 1988 года МиГ-27 пришел на аэродром, не только "оглохнув", но и оставшись без ПрНК - пушечная очередь разом "вырубила" все радиооборудование и гироскопы. В ГСВГ 2 сентября 1989 года залп пушки МиГ-27 привел к полной потере радиосвязи - у радиостанции отлетели контакты и потрескались печатные платы. В 23-й ВА в январе 1989 года пушечные стрельбы привели сразу к двум происшествиям: в 58-м апиб разлетевшийся предохранитель вызвал почти полное обесточивание "борта" с отказом управления стабилизатором, закрылками, шасси и МРК, а неделей раньше в соседнем 266-м апиб МиГ-27К вернулся из полета без крышки фонаря, сорванной при стрельбе (сами раскрылись аварийные замки, отпустив фонарь в "свободный полет").
Даже на этом фоне уникальным выглядел случай, произошедший в 24-й дивизии 29 марта 1989 года: на выходе из пикирования после стрельбы на ноги летчику свалилась панель приборной доски, крепление которой перебило отдачей. Придерживая рукой висящую на жгутах панель, летчик долетел до аэродрома. Не раз бывало, что от ударов очереди лопался и рассыпался отражатель прицела. Посадочные фары раскалывались настолько часто, что перед вылетом на стрельбу их снимали и заменяли заглушками. Введение защитных щитков-дефлекторов не спасло полностью положение, что потребовало внести уточнения в Инструкцию летчику: после ночной стрельбы посадка разрешалась только на освещенную прожекторами ВПП.
| Длина, мм | 2040 |
| Калибр, мм | 30 |
| Скорострельность, выст/мин | 4600-5100 |
| Вес, кг | 149-160 |
| Начальная скорость, м/с | 876-900 |
| Охлаждение | воздушное |
Продолжительная очередь была рискованной по перегреву орудия, что грозило взрывом капсюлей и патронов, а то и разрывом снарядов. Каждый такой случай рассматривался как чрезвычайный и брался на контроль как ОКБ, так и тульским ЦКБ. В 16-й ВА такое происшествие 22 января 1990 года привело к потере МиГ-27К: разрыв снаряда в стволе ГШ-6-30А разнес пушку, осколками повредило топливный бак, электрожгуты и гидросистему, а взрыв кислородного баллона мгновенно "раздул" пожар. Недотянув до аэродрома, летчик катапультировался из горящего и теряющего управление самолета. Подобный случай произошел тремя месяцами спустя на полигоне в Лунинце с МиГ-27К из 39-й дивизии. Несколько снарядов разорвались под носом, но самолет с пробоинами, сорванными люками, разбитым остеклением "Кайры" и забоинами на лопатках компрессора дотянул до аэродрома.
"Самострелы" случались даже на земле, обычно по оплошности техников. Защитной мерой служила блокировка "земля-воздух", концевой выключатель которой при обжатом шасси размыкал цепь управления огнем и не допускал стрельбы при рулении и на стоянке. При подготовке блокировку иногда отключали или забывали о ней, вывешивая самолет на подъемниках, когда амортизаторы разжимались и пушка была "готова к бою". Достаточно было недосмотреть при совпадении этих случаев с проверками управления огнем, чтобы стрельба открывалась прямо на стоянке. В чортковском 236-м апиб в 1983 году снесло переднюю стойку шасси, аналогичный случай имел место в 88-м апиб в Сууркюл. В Липецке в 2 сентября 1986 года в пушке МиГ-27Д после полета оставался всего один патрон - он и выстрелил, попав в стойку и вызвав пожар выбитого под давлением АМГ-10.
Параллельно с ГШ-6-30 КБП работало над 23-мм автоматом АО-19 для пушки ГШ-6-23 (ТКБ-613), созданным по схеме АО-18. В конце 1965 г. прошли наземные испытания АО-19. Планировалось получить темп стрельбы 10000 выстрелов, но серийные пушки делали до 9000 выстрелов. В АО-19 пневматический стартер был замен кассетным пиростартером (на 10 пиропатронов). ГШ-23 и ГШ-6-23 имели одинаковый боекомплект.
В 1974 г. пушка ГШ-6-23 была принята на вооружение. Различные ее модификации имели индексы 9А-620 и 9А-768. Интересно отметить, что пушки 9А-768 выпускаются в вариантах со звеньевым и беззвеньевым питанием патронами. Пушки ГШ-6-23 поступили на вооружение самолетов МиГ-31, Су-24 и др.
На базе ГШ-6-23 создан модифицированный вариант ГШ-6-23М (9А-768). Пушка предназначена для вооружения самолетов. Устанавливается на самолете СУ-24М. Выполнена по многоствольной схеме автоматики с вращающимся блоком стволов.
Разгон блока стволов для стрельбы из пушки осуществляется пиростартером газопоршневого типа с использованием штатных пиропатронов ППЛ. Работа автоматики пушки основана на использовании энергии пороховых газов, отводимых из стволов через газоотводные отверстия в газовый двигатель. Управление стрельбой - дистанционное от источника постоянного тока напряжением 27 В. Пушка может изготовляться в 2-х вариантах: со звеньевым питанием или беззвеньевым.
| ГШ-6-30 | Авиационная пушка. Принята на вооружение в 1974 году. Устанавливалась на самолтах МиГ-27, Су-24МК (с боекомплектом 500 патронов), Су-25. |
| ГШ-6-30К | С локализаторами, которые служат для направленного отвода пороховых газов и уменьшения усилия отдачи. Длина увеличена до 1537 мм. |
| ГШ-23В | C водяным олаждением. |
| ГШ-23М | Проект АО-18. Корабельный зенитный автомат. Отличается жидкостной системой охлаждения стволов. Входит в состав артиллерийской установки АК-630. Принят на вооружение в 1976 году. |
ГШ-6-23 (АО-19, ТКБ-613, Индекс УВ ВВС - 9-А-620) - шестиствольная авиационная 23-мм автоматическая пушка схемы Гатлинга.
В СССР работы по созданию многоствольных авиационных пушек шли еще до Великой Отечественной войны. Правда, закончились безрезультатно. К идее системы со стволами, сведенными в один блок, который бы вращался электродвигателем, советские оружейники пришли одновременно с американскими конструкторами, но тут нас постигла неудача.
В 1959 году к работам подключились Аркадий Шипунов и Василий Грязев, работавшие в Климовском НИИ-61. Как оказалось, работы надо было начинать фактически с нуля. Конструкторы обладали информацией о том, что в США создается «Вулкан», но при этом не только применяемые американцами технические решения, а и тактико-технические характеристики новой западной системы оставались секретными.
Правда, сам Аркадий Шипунов позже признался, что даже если бы ему и Василию Грязеву стали бы тогда известны американские технические решения, применить их в СССР все равно вряд ли удалось бы. Как уже было сказано, конструкторы «Дженерал электрик» подключали к «Вулкану» внешний электрический привод мощностью 26 кВт, в то время как советские авиастроители могли предложить всего лишь, как выразился сам Василий Грязев, «24 вольта и ни грамма больше». Поэтому надо было создавать систему, работающую не от внешнего источника, а с использованием внутренней энергетики выстрела.
Примечательно, что схожие схемы были предложены в свое время другими американскими фирмами – участницами конкурса по созданию перспективной авиационной пушки. Правда, западные конструкторы реализовать такое решение не смогли. В отличие от них Аркадий Шипунов и Василий Грязев создали так называемый газоотводный двигатель, который, по словам второго участника тандема, работал наподобие двигателя внутреннего сгорания – отбирал часть порохового газа из стволов при выстреле.
Но, несмотря на изящное решение, возникла другая проблема: как сделать первый выстрел, ведь газоотводный двигатель, а значит, и сам механизм пушки еще не работает. Для начального импульса требовался стартер, после использования которого с первого выстрела пушка работала бы на собственном газе. В дальнейшем были предложены два варианта стартера: пневматический и пиротехнический (со специальным пиропатроном).
В своих мемуарах Аркадий Шипунов вспоминает, что еще в начале работ над новой авиационной пушкой он смог увидеть одну из немногих фотографий готовящегося к испытаниям американского «Вулкана», где его поразило то, что снаряженная боеприпасами лента стелилась по полу, потолку и стенкам отсека, но не была сведена в единый патронный ящик.
Позже стало понятно, что при скорострельности в 6000 выстр/мин в патронном ящике в считанные секунды образуется пустота и лента начинает «гулять». При этом боеприпасы выпадают, а сама лента разрывается. Шипунов и Грязев разработали специальный пневматический лентоподтяг, не позволяющий смещаться ленте. В отличие от американского решения, эта идея обеспечивала гораздо более компактное размещение пушки и боекомплекта, что особенно важно для авиационной техники, где конструкторы сражаются за каждый сантиметр.
Несмотря на то, что изделие, получившее индекс АО-19, практически было готово, в советских Военно-воздушных силах ему места не нашлось, так как сами военные считали: стрелковое оружие – пережиток прошлого, а будущее за ракетами. Незадолго до отказа ВВС от новой пушки Василий Грязев был переведен на другое предприятие. Казалось бы, АО-19, несмотря на все уникальные технические решения, так и останется невостребованным.
Но в 1966 году после обобщения опыта действий северовьетнамских и американских ВВС в СССР было принято решение возобновить работы по созданию перспективных авиационных пушек. Правда, к тому времени почти все предприятия и конструкторские бюро, ранее работавшие по данной тематике, уже переориентировались на другие направления. Более того, желающих возвращаться к этому направлению работ в военно-промышленной отрасли не находилось!
Как ни удивительно, несмотря на все сложности Аркадий Шипунов, возглавивший к этому времени ЦКБ-14, решил возродить на своем предприятии пушечную тематику. После утверждения Военно-промышленной комиссией этого решения ее руководство согласилось вернуть на тульское предприятие Василия Грязева, а также нескольких других специалистов, принимавших участие в работе над «изделием АО-19».
Как вспоминал Аркадий Шипунов, проблема с возобновлением работ по пушечному авиационному вооружению встала не только в СССР, но и на Западе. Фактически на тот момент из многоствольных пушек в мире была только американская – «Вулкан».
Стоит отметить, что, несмотря на отказ от «объекта АО-19» Военно-воздушных сил, изделие заинтересовало Военно-морской флот, для которого были разработаны несколько пушечных комплексов.
К началу 70-х годов КБП предложило две шестиствольные пушки: 30-мм АО-18, использовавшую патрон АО-18, и АО-19 под 23-мм боеприпас АМ-23. Примечательно, что изделия различались не только применяемыми снарядами, но и стартерами для предварительного разгона блока стволов. На АО-18 стоял пневматический, а на АО-19 – пиротехнический с 10 пиропатронами.
Изначально к АО-19 представители ВВС, рассматривавшие новую пушку как вооружение перспективных истребителей и истребителей-бомбардировщиков, предъявляли повышенные требования по отстрелу боеприпасов – не менее 500 снарядов одной очередью. Пришлось серьезно поработать над живучестью пушки. Наиболее нагруженную деталь, газовый шток, сделали из особых термостойких материалов. Изменили конструкцию. Подвергся доработке газовый двигатель, куда были установлены так называемые плавающие поршни.
Проведенные предварительные испытания показали, что доработанная АО-19 может показать гораздо лучшие характеристики, чем заявлялось изначально. В результате проведенных в КБП работ 23-мм пушка смогла вести огонь с темпом стрельбы 10–12 тысяч выстрелов в минуту. А масса АО-19 после всех доводок составила чуть более 70 кг.
Для сравнения: доработанный к этому времени американский «Вулкан», получивший индекс М61А1, весил 136 кг, делал 6000 выстрелов в минуту, залп был почти в 2,5 раза меньше чем у АО-19, при этом американским авиаконструкторам требовалось также разместить на борту самолета еще и 25-киловаттный внешний электропривод.
И даже на М61А2, стоящей на борту истребителя пятого поколения F-22, американские конструкторы при меньших калибре и скорострельности их пушки так и не смогли добиться тех уникальных показателей по массе и компактности, как у пушки, разработанной Василием Грязевым и Аркадием Шипуновым.
Первым заказчиком новой пушки АО-19 стало Опытное конструкторское бюро Сухого, которое в то время возглавлял сам Павел Осипович. «Сухие» планировали, что новая пушка станет вооружением для разрабатываемого ими тогда перспективного фронтового бомбардировщика с изменяемой геометрией крыла Т-6, позже ставшего легендарным Су-24.
Сроки работ по новой машине были достаточно сжатые: совершивший первый полет 17 января 1970 года летом 1973-го Т-6 уже был готов к передаче военным испытателям. При доводке АО-19 под требования авиастроителей возникли определенные трудности. Хорошо стрелявшая на стенде, пушка не могла дать очередь более 150 выстрелов – стволы перегревались, их требовалось охлаждать, на что зачастую уходило порядка 10–15 минут, в зависимости от температуры окружающей среды.
Еще одной проблемой стало то, что пушка не хотела, как шутили конструкторы Тульского КБ приборостроения, «прекращать стрелять». Уже после отпускания кнопки пуска АО-19 ухитрялась самопроизвольно выпустить три-четыре снаряда. Но за отведенные сроки все недостатки и технические проблемы были устранены, и в ГЛИЦ ВВС на испытания Т-6 был представлен с полностью интегрированной в новый фронтовой бомбардировщик пушкой.
В ходе начавшихся в Ахтубинске испытаний проводился отстрел изделия, получившего к тому времени индекс ГШ (Грязев – Шипунов)-6-23, по различным мишеням. При контрольном применении новейшей системы менее чем за одну секунду пилот смог полностью накрыть все мишени, выпустив около 200 снарядов!
Павел Сухой был настолько удовлетворен ГШ-6-23, что наряду со штатно установленной в боекомплект Су-24 были включены так называемые подвесные пушечные контейнеры СППУ-6 с подвижными пушечными установками ГШ-6-23М, способными отклоняться по горизонтали и вертикали на 45 градусов. Предполагалось, что с таким вооружением, а всего на фронтовом бомбардировщике планировалось размещать две такие установки, он сможет за один заход полностью вывести из строя взлетно-посадочную полосу, а также уничтожить колонну мотопехоты в боевых машинах протяженностью до одного километра.
Разработанная на заводе «Дзержинец» СППУ-6 стала одной из самых больших подвижных пушечных установок. Ее длина превышала пять метров, а масса с боекомплектом из 400 снарядов – 525 кг. Проведенные испытания показали, что при ведении огня новой установкой на каждый погонный метр приходилось минимум одно попадание снаряда.
Примечательно, что сразу после «Сухого» пушкой заинтересовались в ОКБ имени Микояна, предполагавшем использовать ГШ-6-23 на новейшем сверхзвуковом перехватчике МиГ-31. Несмотря на его большие размеры, авиастроителям требовалась достаточно малогабаритная пушка с высокой скорострельностью, так как МиГ-31 должен был уничтожать сверхзвуковые цели. В КБП помогли «Микояну», разработав уникальную легкую бесконвейерную систему беззвеньевого питания, благодаря чему массу пушки удалось уменьшить еще на несколько килограммов и выиграть дополнительные сантиметры пространства на борту перехватчика.
Разработанная выдающимися оружейниками Аркадием Шипуновым и Василием Грязевым автоматическая авиационная пушка ГШ-6-23 до сих пор остается на вооружении отечественных ВВС. Более того, во многом ее характеристики, несмотря на более чем 40-летний срок службы, остаются уникальными.
В режиме пулемета
С появлением и постоянной модернизацией авиационных средств поражения, в том числе ракет, часть номенклатуры которых относится сегодня уже к полноценному классу высокоточного оружия, не отпала потребность и в традиционном стрелково-пушечном вооружении летательных аппаратов. Тем более, что это оружие имеет и свои преимущества. В их числе – способность применения с воздуха по всем видам целей, постоянная готовность к ведению огня, невосприимчивость к средствам радиоэлектронного противодействия.Современные виды авиационных пушек – это фактически пулеметы по скорострельности и одновременно артиллерийские орудия по калибру. С пулеметом авиапушку роднит и принцип автоматической стрельбы. При этом скорострельность у некоторых образцов отечественного авиационного вооружения является рекордной даже для пулеметов.Скажем, разработанная в ЦКБ-14 (предшественнике Тульского Конструкторского бюро приборостроения) авиационная пушка ГШ-6-23М по сию пору считается самым скорострельным оружием в военной авиации. Эта шестиствольная пушка обладает темпом стрельбы в 10 тысяч выстрелов в минуту!Рассказывают, что во время сравнительных испытаний ГШ-6-23 и американской М-61 «Вулкан» отечественная пушка, не требуя для своей работы мощного внешнего источника энергии, показала практически вдвое больший темп стрельбы, имея при этом вдвое меньшую собственную массу. К слову, в шестиствольной пушке ГШ-6-23 был впервые применен и автономный газоотводный привод автоматики, что давало возможность использования этого оружия не только на самолете, но и, к примеру, на наземных огневых установках.Модернизированным вариантом ГШ-23-6 с боекомплектом в 500 выстрелов по сию пору оснащаются фронтовые бомбардировщики Су-24: это оружие установлено здесь в подвесном подвижном пушечном контейнере. Кроме того, пушкой ГШ-23-6М вооружен сверхзвуковой всепогодный истребитель-перехватчик дальнего радиуса действия МиГ-31. Шестиствольный вариант пушки ГШ использован и для пушечного вооружения истребителя-бомбардировщика МиГ-27. Правда, здесь установлена уже 30-миллиметровая пушка, и для оружия этого калибра она тоже считается самой скорострельной в мире – шесть тысяч выстрелов в минуту.Шквал огня с неба
Не будет преувеличением сказать, что авиационное вооружение с маркой «ГШ» стало, по сути, основой этого вида оружия для отечественной боевой авиации. В одноствольном и многоствольном вариантах с применением инновационных технологий под боеприпасы различного калибра и предназначения – в любом случае пушки Грязева-Шипунова заслужили свое признание у летчиков многих поколений.Развитием авиационного стрелково-пушечного вооружения в нашей стране стали пушки калибра 30 миллиметров. Так, знаменитой ГШ-30 (в двуствольном варианте) оснащаются не менее знаменитые штурмовики Су-25. Это машины, доказавшие свою эффективность во всех войнах и локальных конфликтах, начиная с 70-80-х годов прошлого столетия.Один из самых острых недостатков такого оружия – проблема с «живучестью» стволов – решена здесь за счет распределения между двумя стволами длины очереди и уменьшения темпа стрельбы, приходящегося на один ствол. При этом все основные операции по подготовке стрельбы – подача ленты, досылание патрона, подготовка выстрела – происходят равномерно, что обеспечивает пушке высокую скорострельность: темп стрельбы Су-25 достигает 3500 выстрелов в минуту.Еще один проект тульских авиационных оружейников – орудие ГШ-30-1. Оно признано самой легкой 30-миллиметровой пушкой в мире. Масса оружия – 50 килограммов (для сравнения – «шестисволка» такого же калибра весит в три с лишним раза больше). Уникальная особенность этой пушки заключается в наличии автономной системы водоиспарительного охлаждения ствола. В кожухе здесь находится вода, которая в процессе стрельбы при нагревании ствола превращается в пар. Проходя по винтовой проточке на стволе, он охлаждает его, а затем выходит наружу.Орудием ГШ-30-1 оснащаются самолеты МиГ-29, Су-27, Су-30, Су-33, Су-35. Имеется информация о том, что этот калибр будет основным и для стрелково-пушечного вооружения истребителя пятого поколения Т-50 (ПАК ФА). В частности, как сообщили недавно в пресс-службе КБП, летные испытания модернизированной скорострельной авиационной пушки 9А1-4071 (такое наименование получило это орудие) с отработкой всего боекомплекта в различных режимах проводились на самолете Су-27СМ. После завершения испытаний планируется опытно-конструкторская работа по отработке данной пушки уже на Т-50.«Летающая» БМП
Тульское КБП (ЦКБ-14) стало «Родиной» авиационного вооружения и для отечественных винтокрылых боевых машин. Именно здесь появился вариант пушки ГШ-30 в двуствольном варианте для вертолетов Ми-24. Главная особенность этого оружия – наличие удлиненных стволов, благодаря чему повышена начальная скорость полета снаряда, которая составляет здесь 940 метров в секунду.А вот на новых российских боевых вертолетах – Ми-28 и Ка-52 – применена иная схема пушечного вооружения. Основой стало хорошо зарекомендовавшее себя орудие 2А42 калибра 30 миллиметров, устанавливаемое на боевые машины пехоты. На Ми-28 эта пушка монтируется в несъемную подвижную пушечную установку НППУ-28, благодаря чему существенно повышается маневренность при стрельбе. Снаряды подаются с двух сторон и в двух вариантах – бронебойном и осколочно-фугасном.Легкобронированные цели на земле можно поражать с воздуха на дальности 1500 метров, воздушные цели (вертолеты) – два с половиной километра, а живую силу – четыре километра. Установка НППУ-28 размещается на Ми-28 под фюзеляжем в носовой части вертолета и работает синхронно с прицелом (в том числе нашлемным) у летчика-оператора. Боезапас расположен в двух ящиках на поворотной части турели.30-миллиметровое орудие БМП-2, также помещенное в подвижную пушечную установку, принято на вооружение и на Ка-52. А вот на машинах Ми-35М и Ми-35П, ставших, по сути, продолжением легендарной серии вертолетов Ми-24, вновь вернулись к пушке ГШ и к 23-му калибру. На Ми-35П количество огневых точек может достигать трех. Это происходит, если пушки ГШ размещаются в двух универсальных пушечных контейнерах (ставятся на пилоны по бокам машины), а еще одно орудие устанавливается в несъемную носовую подвижную пушечную установку. Общий боекомплект авиационного пушечного вооружения вертолетов 35-й серии в этом варианте достигает 950 снарядов.Стрельба... с перерывом на обед
Не отказываются от пушечного вооружения и при создании боевых машин на Западе. В том числе – суперсовременных самолетов пятого поколения. Так, на истребителе F-22 устанавливается упомянутая выше 20-миллиметровая M61A2 Vulcan с боекомплектом 480 снарядов. Эта скорострельная шестиствольная пушка с вращающимся блоком стволов отличается от российского орудия более примитивной системой охлаждения – воздушной, а не водяной, а также пневматическим или гидравлическим приводами.Несмотря на все недостатки, среди которых, прежде всего, малый калибр, а также архаичная система звеньевой подачи снарядов и ограниченный боезапас при весьма высокой скорострельности (четыре-шесть тысяч выстрелов в минуту), «Вулкан» с 50-х годов является стандартным вооружением боевых самолетов США. Правда, в американской военной печати проходила информация о том, что в настоящее время с задержками в системе подачи боезапаса удалось справиться: для пушки М61А1 вроде бы разработана беззвеньевая система боепитания.Автоматической пушкой оснащен и AH-64 «Apache» – основной ударный вертолет армии США. Некоторые аналитики называют его самой распространенной винтокрылой машиной своего класса в мире, не приводя, впрочем, никаких статистических данных. На борту у «Apache» находится автоматическая пушка M230 калибра 30 миллиметров и скорострельностью 650 выстрелов в минуту. Существенный недостаток этого оружия – в необходимости охлаждения его ствола после выполнения каждых 300 выстрелов, причем время такого перерыва может составлять 10 минут и более.Для этого оружия вертолет может брать на борт 1200 снарядов, но только если на машине не установлен дополнительный топливный бак. При его наличии объем боекомплекта не превысит тех самых 300 выстрелов, которыми «Apache» можно стрелять без необходимости «перерыва» на обязательное охлаждение ствола.Плюсом этого орудия можно считать разве что наличие в его боекомплекте снарядов с бронебойно-кумулятивным элементом. Заявлено, что с таким боеприпасом «Apache» может поражать наземные объекты, оснащенные 300 мм гомогенной брони.Автор: Дмитрий СергеевФото: Минобороны России/«Вертолеты России"»/
Конструкторское бюро приборостроения им. академика А. Г. Шипунова
Многоствольное оружие (часть 1)
Здравствуйте, уважаемые игроки! Сегодня в рубрике «Эволюция смерти» мы расскажем вам об одной из самых спорных, но от этого не менее интересных идей, направленных на разработку и усовершенствование персонального стрелкового вооружения. Речь пойдет о многоствольном оружии.
Начало начал
С древнейших времен, идея поражать цель с большого расстояния всегда интересовала людей. Первыми шагами человечества в направлении развития вооружения подобного класса стало изобретение разнообразного метательного оружия, такого как: луки, арбалеты, пращи и так далее. Эффективность применения этого вооружения зависела от многочисленных факторов. Например, большинство луков было сделано из древесины, а потому в дождливую погоду стреляло плохо - дерево намокало и теряло свои эластичные свойства. К тому же, управляться с луком мог отнюдь не каждый. Так, сила натяжения длинного английского лука составляла порядка 27 - 45 килограмм, а потому лучники должны были уметь не только метко пускать стрелы в цель, но и иметь превосходную физическую подготовку. Отчасти эту проблему решали арбалеты. Примитивные механизмы облегчали взвод, а металлические рога были более эффективны в дождь, но взмокшая тетива сводила на нет все старания инженеров того времени.
Как бы то ни было, но метательное оружие верой и правдой служило человечеству в течение многих веков и за это время каких-либо концептуальных улучшений в его конструкции не происходило. Открытие пороха фактически ознаменовало новую эру в истории “дистанционного” вооружения”. Впрочем, человечеству понадобилась не одна сотня лет, чтобы понять, как использовать смесь из угля, серы и селитры в военных целях.
Вначале, взрыв и горение пороха в бою использовали в качестве поражающего элемента - это были первые прообразы современных гранат, которые в то время применялись больше для деморализации противника. Затем, путем нехитрых манипуляций, оружейники поняли, что взрыв пороха может запустить на приличное расстояние какой-либо предмет, который в свою очередь кого-то убьет. Доподлинно неизвестно - кто первым догадался вложить снаряд в канал ствола пушки или пищали, но одно мы знаем точно - с первым огнестрельным залпом эпоха лука и стрелы подошла к концу.
Первые модели огнестрельного оружия не отличались высокой скорострельностью и нуждались в соответствующих доработках, направленных на ее повышение. Первоначально эту проблему пытались решить за счет обучения стрелков, которые обслуживали орудие, однако этого было явно недостаточно. И вот, спустя несколько лет после того, как пушки приобрели популярность в армии, пытливые умы средневековых ученых создали многоствольное орудие.
Историки не могут точно установить, когда произошел дебют такого вооружения. Существует мнение, что первым многоствольным оружием является пушка Рибадекин, упоминание о которой датируются 1340 годом. Орудие представляло собой несколько стволов, смонтированных на колёсный лафет, позволявших вести залповый огонь по противнику.
Рибадекин сыграл значимую роль во многих битвах, и послужил основой для будущих разработок многоствольных артиллерийских систем, одной из которых стала 44-ствольная мортирная батарея системы Нартова. Орудие было было изготовлено в 1754 году, но в серию не пошло из-за трудностей, связанных с транспортировкой и обслуживанием, а также недостаточной дальностью стрельбы. Многим игрокам эта пушка может быть знакома по игре «Казаки».
К кону XIX века все большее распространение получало вооружение с нарезными каналами ствола, из которого вести огонь картечью было затруднительно. Армия нуждалась в оружии, способном уничтожать живую силу противника максимально эффективно. Своеобразным решением проблемы, в 1851 году стало появление митральезы - первого многоствольного орудия, позволявшего бойцам вести залповый огонь винтовочными патронами. За все время существования, было создано три вида митральез, среди которых наибольшее распространение получило орудие, сконструированное по системе Реффи. Это была 25-ствольная пушка, позволявшая вести как залповую, так и одиночную стрельбу.
Эра Гатлинга
4 ноября 1862 года Ричард Джордан Гатлинг в очередной раз обратился в патентное бюро для регистрации своего изобретения. По иронии судьбы, доктор, который должен был спасать и лечить людей, пришел запатентовать одну из самых смертоносных оружейных систем тех времен. Оружию, сконструированному по схеме, предложенной инженером, присвоили название “пулемет Гатлинга”, а свое первое боевое крещение оно получило во время гражданской войны в США.
Особенности конструкции пулемета позволяли эффективно использовать его даже неподготовленным стрелкам. Оружие имело от 4 до 10 стволов, которые вращались за счет ручного привода. Во время поворота на 360 градусов, каждый ствол делал выстрел, освобождался от гильзы и автоматически перезаряжался, что положительно сказывалось на охлаждении всего оружия, а потому была возможность вести непрерывный огонь.
Первые модели Гатлинга имели темп стрельбы до 200 выстрелов в минуту. Более поздние варианты - почти в 10 раз больше. Оружие, созданное по схеме доктора Ричарда Джордана Гатлинга, находилось на вооружении армии вплоть до начала ХХ века. После чего его вытеснили более легкие и мобильные пулеметы, выдававшие при этом соизмеримую скорострельность.
Вторую жизнь системе Гатлинга подарила реактивная авиация. Возросшая скорость самолетов привела к тому, что противник задерживался в прицеле буквально на секунду, а потому возникла необходимость нанести за этот период времени как можно больше повреждений врагу. С этой целью, в 1946 году американская компания General Electric получила правительственный заказ на изготовление новой авиационной пушки повышенной скорострельности. Поставив электропривод на старый пулемет Гатлинга, был достигнут темп стрельбы в 4000 выстрелов в минуту, а после незначительных доработок и все 6000. Позже, в 1956 году, оружие поступило на вооружение ВВС США под обозначением М61 “Вулкан”. На его основе были созданы системы ПВО, станковые пулеметы, пушки корабельного базирования и знаменитый “Миниган”, который устанавливался на вертолеты и показал свою эффективность во время Вьетнамской войны. До сих пор большинство тяжелых американских пулеметов основаны на схеме Гатлинга и используются армиями многих стран по всему миру.
Другой путь
Существовала и альтернативная ветвь развития многоствольных систем оружия. Менее популярной, чем схема Гатлинга, но такой же эффективной показала себя так называемая схема Гаста. Впервые она была представлена в начале 1917 года, в ответ на заявленные военной комиссией Германии требования к новому авиационному пулемету повышенной скорострельности. Осенью того же года, сконструированный Карлом Гастом пулемет, был принят на вооружение, после успешного прохождения испытаний, где показал скорострельность в 1600 выстрелов в минуту.
Отличие от схемы Гатлинга состояло в том, что по сути это были два пулемета с взаимосвязанной работой механики затворов. Оружие изначально задумывалось как авиационное, но возросшее присутствие самолетов противника вынудило командование использовать его преимущественно в системах ПВО. Впрочем, несколько экземпляров все же были установлены на самолеты. Этот пулемет хранился в строжайшем секрете и факт его существования был обнаружен только после Первой мировой войны.
Оружие, созданное по схеме Гаста уступало в скорострельности своим аналогам, использующим в своей конструкции схему Гатлинга. Тем не менее, спаренные пулеметы немецкого инженера были компактней и не требовали дополнительного питания привода.
После Второй мировой войны США продолжили совершенствовать оружейные системы на основе разработок Гатлинга, в то время как советские инженеры отдали предпочтение схеме Гаста. Впрочем, практика показала превосходство технологии американца, а потому вскоре и в СССР начали появляться многоствольные пушки и пулеметы, построенные по системе Гатлинга и использовавшиеся преимущественно в авиации.
Огненный ёжик
На протяжении всего периода существования огнестрельного оружия, мир увидел множество различных многоствольных огневых установок, которые представляли собой независимые пулеметы, установленные на общей платформе. В отличии от вышеперечисленных оружейных систем, конструктивно они между собой не были взаимосвязаны. История знает много примеров подобного вооружения, однако рассказ о них занял бы очень много времени, но об одном амбициозном проекте все же стоит упомянуть.
В 1944 году авиаконструкторами из бюро Туполева была предложена сверхмощная система для поражения пехотных подразделений противника. Она получила название «Огненный ёж» и представляла собой раму с закрепленными на ней 88 ППШ. “Автоматную батарею” установили в бомболюк самолета Ту-2С и превратили пикирующий бомбардировщик в штурмовик, получивший название Ту-2Ш. Испытания летающего кошмара выявили один существенный его недостаток: необходимость длительной перезарядки на аэродроме, что нивелировало огневую мощь самолета. Поэтому за все время существования проекта был изготовлен всего лишь один экспериментальный прототип “Огненного ежа”.
Один ствол хорошо, а два лучше
Упомянутые в этой статье виды многоствольного вооружения были преимущественно станковыми, и зачастую предназначались для установки на технику. Тем не менее, такая технология успешно нашла свое применение и в персональном огнестрельном оружии, о котором и пойдет речь в дальнейшем.
Первые однозарядные пистолеты появились в XV веке. В основе их конструкции лежали кремниевые или пиритовые замки, которые часто давали осечки. Их перезарядка была слишком долгой, а потому бойцы того времени предпочитали носить с собой несколько запасных пистолей. Первые, мало-мальски пригодные для боя многоствольные пистолеты, появились только с изобретением капсюльных патронов, позволивших использовать один ударно-спусковой механизм для нескольких стволов.
В середине XIX века начали набирать популярность так называемые «перечницы» - компактное оружие для самообороны. В то время они выпускались в двух версиях, отличавшихся друг от друга конструкцией блока стволов. В первом случае это был вращающийся барабан, чем-то напоминавший современные револьверы. Второй вариант исполнения предусматривал единую пластину, содержащую в себе сразу несколько стволов. В большинстве случаев она двигалась вертикально или горизонтально, относительно основного канала ствола. Существовали также версии и без подвижных механических элементов в своей конструкции, но они были преимущественно двуствольными.
Наиболее интересным подвидом “перечницы”, с точки зрения конструкторских особенностей, является пистолет “Гармоника”. В нем наиболее ярко была воплощена идея использования нескольких стволов в качестве примитивного магазина. Оружие не прижилось из-за непопулярного “шпилечного” патрона, больших габаритов и нарушения центровки оружия, что пагубно влияло на точность стрельбы.
Многоствольное оружие (часть 2):