Может ли священник работать в миру. Престол или скальпель: в Церкви задумались, может ли священник быть врачом

Н а телеканале КРТ в передаче «На сон грядущий» выступил протоиерей Андрей Ткачёв с рассуждениями о заработке духовенства. По мнению священника, пастыри не должны зарабатывать на Церкви, а для пропитания должны иметь светскую специальность.

Со взглядом отца Андрея выразили несогласие некоторые супруги священников.

Публикуем полемику, представляя взгляды обеих сторон.

Милостыня - не для священника

Сегодня мы поднимем с вами довольно серьёзную тему. Она касается имущества, денег и всего, что с ними связано. Эта тема болезнена, тяжела и опасна. Сыпани-ка человеку, который при деньгах, а платить тебе не хочет: вон, глядишь, тебя и в асфальте найдут.

Там, где деньги, там опасность. Это касается и Церкви. Как человек Церкви я об этом говорю смело и не постыжусь этого сказать ни перед кем, даже перед Патриархом.

Будем говорить об этом с точки зрения апостола Павла, который коринфянам пишет о том, что он их ничем не отягощал. Апостол Павел подтверждает ту мысль, которую Господь сказал, посылая апостолов на проповедь: «В какой дом войдёте, ешьте всё без исследования предлагаемое вам». Т. е. проповедующий Евангелие питается, живёт от Евангелия. Об этом апостол и пишет в 9-ой главе: «Господь повелел проповедующим Евангелие жить от благовествования, и служащие жертвеннику берут долю от жертвенника». Это нормально, правильно и хорошо.

Но Павел так не делал. Апостол Павел хотел никак не полагать препятствия и препоны для проповеди Евангелия. Это евреи знали, что священнику нужно платить, что десятину нужно отделять на священников, так как Закон говорил, что священники, колено левитов, своей земли в Земле Обетованной не имели. Все имели: Ассир, Завулон, Неффалим, Гад, Ассир, Рувим и прочие, а левиты не имели. «Я - ваше колено, - говорил Господь, - Я - ваша земля». И потому все кормили священников.

Язычники этого не знали. Для того, чтобы не показаться в глазах людей, которые принимали от Павла проповедь, стяжателем, Павел у них ничего не брал. И говорил потом, что «нуждам моим и тех, которые со мною, послужили руки мои сии». Он был делатель палаток, скинотворец.

Здесь нужно похвалить еврейское воспитание. Евреи считали, что ребенок, изучающий Закон Божий, обязан изучать ремесла. Раввины говорили: «Не делай из слов Закона Божия для себя ни лопаты, ни царского венца». То есть не хвались тем, что знаешь Закон, и не превращай его в способ зарабатывания денег, проповедуй Слово Живого Бога ради Самого Живого Бога, а не ради славы своей и не ради наживы. Молодцы! Нам бы сие уразуметь!

Примерно так же понимали нравственный закон и язычники. Например, закон Солона говорит: «Если отец не научил сына ремеслу, в старости этот отец не имеет права просить у сына хлеба». То есть, если ты, отец, меня не воспитал, ничему меня не научил: ни шить сапоги, ни копать землю, ни быть садовником, - и вообще, где ты был - не знаю, бросил маму одну со мной, сбег к другой бабе, а теперь приперся на старости, - ты у меня не проси ни копейки, не имеешь права.

Так язычники понимали в древности. Тоже молодцы. Мы хуже язычников сегодня. Павел прекрасно понимал, что нужно жить от своих трудов. Он мог брать деньги от людей, мог брать от них и хлеб, и одежду, и продукты, и что угодно, но не хотел этого делать. И вот он говорит коринфянам, что он ничем от них не пользовался: «Я не пользовался ничем таковым и написал это не для того, чтобы так было для меня». «Лучше умереть для меня, - говорит, - чем не иметь награды. Если я благовествую вам Евангелие и получаю за это мзду, то награды мне нету. А если я проповедую, а мзды не беру, а сам себя питаю - будет награда».

И вот к чему я это все говорю. Наступило время (оно давно наступило), когда священник должен быть максимально независим от подаяний паствы. Паства наша - всякая: есть добрые и боголюбивые, и последний плащ желающие отдать, и последнюю сережку снять из ушей на украшение киота или на золочение куполов. А есть люди - вчерашние неверы, сегодняшние «веры» но с уточнением: такие хамские «веры», которые смотрят, кто на какой машине ездит, у кого сколько коронок золотых на зубах. Все высматривают и «носят» тебя на языке. У них нельзя брать денег, даже если дают.

А чтобы быть свободным от людей и в карман им не глядеть да в руку не заглядывать, чтобы не ждать ничего ни от кого, от богатых не брать, от бедных не ждать - нужно работать. И сегодня очень важно, чтобы священник параллельно с духовным имел образование светское - юридическое, педагогическое, медицинское, или служа в своем селе имел бы пасеку, сад вишневый или яблочный, разводил бы рыб. Чтобы он трудился от рук своих или от ума своего и в карман к пастве не заглядывал. Чтобы он служил ради Христа Иисуса, а не ради хлеба куса, как это говорилось у св. Димитрия Ростовского. Вот тогда будет прекрасно.

С другой стороны, люди должны знать, что они обязаны содержать Церковь, люди обязаны быть кормильцами и поильцами служащих жертвеннику.

Люди, как говорил ученик преподобного Силуана Афонского архимандрит Софроний (Сахаров), относятся к священнику так же хамски, как к Богу. Многие люди про Бога не помнят десятилетиями, а некоторые всю жизнь живут без мысли о Нем. А если им вдруг вспомнится слово «Господь», они думают: «вот, ну помоги же мне, ну Ты же добрый, Ты же должен помогать».

Бог помогает. И так же хамски люди относятся к священнику. Они могут всю жизнь осуждать священников или не знать про них ничего и знать не хотеть. Но вот понадобилось что-то от батюшки - разговор, требы, таинства - и бежит: а подать мне сюда батюшку, мне нужно. А что это такое? А ты больной? А что это, ты болеешь еще, оказывается? Или ты устал? А что это ты устал, ты не должен уставать, ты священник!

Вот такое хамство, что к пастырю, что к Богу у людей встречается очень часто. Они очень требовательны к нам, священникам, хотя зачастую со своей стороны по отношению к Богу ничего исполнять не хотят.

Неправильно это. Мы им угождать не обязаны. Церковь - это не комбинат религиозных услуг. Бог-то человека любит. Но и человек должен быть боголюбив. А если он Бога не любит, а только требует - вот подайте мне, вот я хочу это - мы не обязаны все это исполнять.

У людей и мысли нет: как ты живешь, на что ты живешь, есть ли у тебя деньги, например, на то, чтобы пополнить счет на мобильном телефоне, или чтобы за детей в школу заплатить, или за квартиру. А ведь они обязаны содержать Церковь. Это святая и важнейшая обязанность. Вы наши кормильцы и поильцы. Знаете вы это или не знаете, хотите вы этого или не хотите, крещёные люди обязаны поддерживать Церковь своими руками и своей трудовой копейкой.

Мы можем это не брать. И мы обязаны как можно меньше брать от вас для себя. Мы обязаны работать, чтобы служить и проповедовать, и питать вас Таинствами, мы, как Павел, обязаны работать, и быть от вас независимыми. Но вы обязаны давать нам часть заработанного, чтобы мы могли это разделить вдовам и сиротам, старушкам и старичкам, которые потеряли детей и внуков и живут одни, или больным, которые не могут купить себе лекарства или оплатить операцию. Вот в этом союзе нашего от вас независимого состояния и вашего нам добровольного подаяния Церковь будет сильна.

Иначе будет ерунда, которая есть сегодня. Когда давать не хочу, копейку дам, потом буду целый год говорить «я дал, а он на Мерседесе поехал».

Не нужны такие подаяния. Я этого брать не хочу, а вы этого не давайте. Давай с любовью и знай, что истратят правильно.

А священник обязан по образу апостола Павла трудиться кроме жертвенника, кроме благовествования еще как-то. Пусть делает что хочет и что не противоречит закону Божьему. Любой труд полезен.

У нас на приходе сегодня строится храм, и у нас крановщик - священник. Нет на приходе людей, приход вымирает, некому молиться, прокормить свою семью он не может. Он уехал из далекого городка к нам в столицу и на кране между небом и землей висит пять дней в неделю. И там молится и поднимает раствор, кирпич и так далее. А в субботу и воскресенье служит с нами. Независимый от паствы, ну хотя бы потому, что паства такая бедная сегодня стала и малочисленная, поселок-то вымирающий...

Поэтому девятая глава апостола Павла к Коринфяном заставляет нас думать о том, чтобы мы были независимы от вас, а вы обязаны давать часть того, что заработали, на Церковь, иначе вы не христиане.

Анна Неверова

«Семья священника - тоже люди!»

У некоторых людей вызывает удивление, а порой и возмущение, что священникам выплачивается жалование из пожертвований верующих на храм. Видимо, борцам за чужое нестяжание в голову едва приходит, что священник и его семья - это тоже люди, нуждающиеся в некоторых материальных благах: пище, одежде, крыше над головой, получаемых в обмен лишь на денежные знаки.

Но вот что непонятно совершенно - это подобные высказывания со стороны священнослужителей. Собственно, данная статья и родилась, как горький ответ реальных священнических семей на рассуждения о. Андрея Ткачёва.

К сожалению, с библейской аргументацией уважаемого и любимого многими отца Андрея Ткачёва, цитирующего апостола Павла в вышеупомянутой передаче, решительно невозможно согласиться.

Действительно, апостол Павел неоднократно подчёркивал свою полную материальную независимость от общины, пока в ней жил, учил и проповедовал. Однако он с благодарностью принимал от этой же общины любые дары и пожертвования после своего ухода. Например, трудясь в Фессалониках, и подчёркивая свою независимость от пожертвований фессалоникийской общины, Павел в то же время с благодарностью принимает пожертвования христиан из Филипп, где он трудился несколько раньше: «вы и в Фессалонику и раз и два присылали мне на нужду» (Фил. 4:15-17) . Точно так, трудясь в Коринфе, и отказываясь принять помощь от коринфян, Павел принимает приношения от Македонских и других церквей: «Другим церквам я причинял издержки, получая [от них] содержание для служения вам; и, будучи у вас, хотя терпел недостаток, никому не докучал, ибо недостаток мой восполнили братия, пришедшие из Македонии» (2 Кор.11:8,9) .

Причина такой политики Апостола ясна и вполне оправдана: пока Павел находился в каком-либо месте, он отстаивал свою абсолютную независимость, не будучи обязанным никому. Ведь крайне трудно принять дар от кого-либо, а потом обличить его или проповедовать против него. Пока Павел находился среди филиппийского братства, он не мог быть обязанным кому-либо. Но после его ухода условия изменились. Тогда он мог принять любой дар, доказывавший любовь филиппийцев к нему, ибо тогда он не был обязан кому-либо в Филиппах. Столь же невозможным было для Павла принять материальную поддержку от коринфян, пока он находился у них, и сохранять необходимую независимость. Он не был непоследовательным, а лишь поступал мудро (комментарий Баркли).

При этом не нужно забывать тот факт, что белое, т. е. женатое духовенство не может следовать примеру апостола Павла просто потому, что Павел не имел семьии детей. Священнику нужно не только печься о собственном пропитании, но и о том, чем кормить семью, и это в условиях постсоветской церковной разрухи, когда большинство приходов требуют максимального внимания и сил священнослужителя.

Нередка следующая картина, которую застаёт среднестатистический батюшка, приехав на свой приход: храм, требующий ремонта (варианты: храм полуразрушен/разрушен/храма нет совсем - его священник сам должен будет построить); весьма малочисленные прихожане, чьи познания в Православии сводятся к набору псевдоцерковных примет и суеверий; отсутствие людей, знающих устав и способных петь-читать на клиросе; засилие сект или откровенного язычества и т. д.

Если священник в таких условиях будет «плести палатки», чтобы прокормить семью, кто будет заниматься миссионерством? Кто будет искать благодетелей для строительства разрушенных храмов и восстанавливать эти храмы? Кто будет посещать людей на дому? Кто будет вырывать заблудших из рук сектантов, наводнивших наши города и сёла?

Св. Писание неоднократно подчёркивает право благовествователей питаться от пожертвований. «Трудящийся достоин награды за труды», - говорит Спаситель, посылая апостолов на проповедь (Лук.10:7) . «Я весьма возрадовался в Господе, что вы уже вновь начали заботиться о мне», - пишет ап. Павел филиппийским христианам, присылающим ему пожертвования для продолжения его миссионерских трудов (Фил.4:10).

Сам Апостол, не имевший жены и детей, и возможно именно по этой причине не всегда пользовавшийся своим правом «питаться от святилища» (1 Кор.9:13) , в отличие от о. Андрея, отстаивает это право для других священнослужителей. «Достойно начальствующим пресвитерам должно оказывать сугубую честь, особенно тем, которые трудятся в слове и учении. Ибо Писание говорит: не заграждай рта у вола молотящего; и: трудящийся достоин награды своей» - даёт ап. Павел последние наставления Тимофею незадолго до своей казни (1 Тим.5:17,18) . Он призывает Тимофея, не смущаясь, принимать материальную помощь общины (комментарий Брюссельской Библии на 2 Тим.2:4-6 ).

Причина этого вполне ясна: священство - это не ремесло, а служение, подобное службе военного. Чтобы в нём совершенствоваться, человек в идеале не должен распыляться на заботу о пропитании. В первом официальном собрании законов Римской империи - Кодексе Феодосия - сказано: «Мы запрещаем людям, занятым на военной службе, заниматься гражданскими профессиями». Говоря о священстве в контексте материального обеспечения священнослужителя, ап. Павел сравнивает его именно с военной службой: «Какой воин служит когда-либо на своем содержании?» (1 Кор.9:7) , «Никакой воин не связывает себя делами житейскими, чтобы угодить военачальнику» (2 Тим.2:4) . Солдат - это только солдат, также и священник - это только священник, который должен сконцентрировать все свое время, все свои силы, и, что особенно немаловажно, все свои помыслы на служении. Если все офицеры большую часть времени начнут заниматься частным извозом или разгрузкой вагонов - армии конец. Если все священники большую часть времени начнут тратить на зарабатывание денег - конец Церкви.

Об этом же говорит и Устав Православной Церкви: об обязанности, а не добровольности, прихожан содержать своего священника. Хорошо, когда священнику удается совмещать свою пастырскую работу со светской, но практика показывает, что это далеко не всегда возможно без ущерба для священнического служения. Для того, чтобы приход жил, священник должен жить приходом, а не посторонней работой и мыслями о заработке на хлеб насущный, что нам и предлагает о. Андрей. «Нехорошо, оставив слово Божие, пещись о столах» (Деян. 6:2) . Именно поэтому, чтобы забота о его собственном столе не заменяла священнику заботы о проповеди Слова Божия, в некоторых поместных Православных Церквях, например, Кипрской, священнослужителям вообще не разрешаются никакие подработки на стороне.

Того же мнения придерживается и нынешний Патриарх Московский Кирилл: приходской священник не должен быть «обременен постоянными поисками средств на содержание себя и своей семьи», он не должен искать подработки на светских должностях, но должен полностью сконцентрироваться на своём служении (из доклада Патриарха на епархиальном собрании, Москва, декабрь 2009 г.)

Вопрос о том, на какие средства должен жить священник и его семья гораздо глубже, чем кажется на первый взгляд. Дело здесь в том, как мы на самом деле относимся к священнику и его служению. Считаем ли мы, что священство - это не более, чем хобби, которым достаточно заниматься пару раз в неделю в перерывах между основной работой (крановщиком, юристом или учителем), причём священник сам же должен это «хобби» оплачивать? Или же мы признаём, что священство - это самоотверженное служение, которое должно занимать все силы и время служителя? В той клятве, которую даёт любой священник перед рукоположением, есть такие слова, что отныне он полностью посвящает себя служению Алтарю и приходу.

Совершенно непонятно стремление о. Андрея превратить всех священников в светских работников, изредка исполняющих своё служение в нерабочее время. Ненормальна ситуация, когда священник вынужден пренебрегать своими обязанностями пастыря и искать другой способ поддержать материальное состояние своей семьи и своего храма. Такой человек просто будет не в состоянии часто служить, проповедовать, миссионерствовать, восстанавливать храмы, посещать школы, больницы, тюрьмы, ездить в отдаленные села и деревни, в которых нет собственных храмов, заниматься самообразованием, т. е. исполнять свои прямые священнические обязанности.

Почему получать деньги от служения - это «стяжательство», а всю неделю, вместо заботы о храме и пастве, пахать на свой карман - это не стяжательство, не обворовывание собственных прихожан? Священник обязан работать и как можно меньше брать от прихожан?

Встает вопрос: а кто тогда обязан служить, если священник большую часть своего времени будет занят зарабатыванием денег для себя? Кто обязан в любой момент все бросить и поехать за несколько десятков километров напутствовать умирающего в глухом селе? Кто обязан в любое время по телефонному звонку, даже ночью окормить пасомого? Кто обязан искать спонсоров для строительства храма, а затем и строить сам храм, беря на себя функции администратора, прораба и завхоза в одном лице? Кто кроме священника обязан остановить самоубийцу, заниматься с молодежью, доказывать администрации, что жизнь района надо улучшать, и брать на себя конкретные шаги по улучшению? Нет, оказывается, 5 дней в неделю он должен быть крановщиком, и лишь иногда, в свободное от этой работы время ещё и священником. Двум господам работать...

Мы хотим, чтоб священник был «без страха и упрека», умел катехизировать, вести полемику с иноверцами, посоветовать в жизненной ситуации, был молитвенником и эрудитом хотя бы в своей области. А для священника желательно наличие еще и светского образования. Тогда он должен заниматься только своим делом, как хирург, как учитель. Если мы говорим хирургу, чтоб он оперировал за бесплатно, а по ночам подъезды мыл, то сами будем виноваты, когда попадем на операцию к человеку, засыпающему в оперблоке и потерявшему квалификацию.

Пример, который привел отец Андрей в конце беседы, вообще не следовало бы озвучивать зрителям, тем более в положительном ключе. Ситуация священника, бросившего нищий приход и семью, ради работы на стройке в столице - это позор и развал нашей Церкви, который нам предлагается поддержать! Это должно стать болью каждого православного: и мирянина, и священника, и архипастыря. Если к настоятелю большого прихода приходит его бедствующий собрат, то предложить ему работу на кране - это не помощь, но следующий шаг, подталкивающий священника ещё дальше в мiр, отдаляющий его ещё больше от паствы и Престола.

Бедному батюшке можно было бы помочь по-другому. Можно на своем приходе организовывать регулярный целевой сбор средств для бедствующего прихода. Можно заглянуть в свою ризницу - а вдруг там есть комплект облачения, который может еще быть использован по назначению, а не пылиться в ненужности и забвении в закромах. Так же можно поступить и с книгами, и с церковной утварью. В любом случае помощь и внимание дадут силы бедному священнику, поддержку и ощущение того, что он не брошен, что он не один, ведь уныние идет под руку с бедностью.

Стоит упомянуть и еще один момент: строительные специальности имеют повышенный риск травматизма. Сможет ли продолжать служение священник, в случае, если, не дай Бог, с ним произойдет несчастный случай?

Если верить Руссо, французская королева Мария-Антуанетта, будучи оповещенной о голоде среди французских крестьян, ответила буквально следующее: «Если у них нет хлеба, то пусть едят пирожные!». Один из Российских губернаторов, комментируя журналистам ситуацию с пробками на Ленинградском шоссе, предложил автолюбителям пересаживаться на вертолеты: «Я летаю на вертолете. Вам тоже надо покупать вертолеты вместо машин». Не менее легкомысленным выглядит призыв столичного настоятеля отказываться от священнических зарплат и искать средства для жизни подработками на стороне.

Неужели жизнь отца Андрея совершенно оторвана от той реальности, в которой живёт абсолютное большинство его собратьев-священников? Многие рядовые священники имеют максимум 1-2 выходных в неделю, служат годами без отпусков и при этом вынуждены содержать семьи, часто многодетные, на весьма скромную священническую зарплату. Как в таких условиях возможно содержать семью на какие-то иные доходы? Какому работодателю нужен такой работник, у которого постоянно то службы среди недели, то отпевания, то венчания, то Крещения?

Слова отца Андрея вызвали недоумение и несогласие среди жен православных священнослужителей: среди тех женщин, которые изо дня в день видят все тяготы священнического служения и являются зачастую первыми помощницами своих мужей. Эта статья, собственно, и родилась в результате дискуссии между супругами священников Православной Церкви.

Православные священники в условиях нового экономического порядка живут гораздо беднее, чем раньше, — в советское время они действительно жили в завидном материальном достатке. Церквей было мало, они не восстанавливались, почти никогда не ремонтировались. Священников тоже было мало, а прихожан на один приход гораздо больше, чем сейчас. Среди священства в то время было много таких, которые рассматривали свое служение как ремесло, ведь бизнеса в стране не существовало, а хорошо жить хотелось. Да и достойному пробиться в священники через кордон уполномоченных по делам религий было очень сложно... Кому не встречались люди, воспринимающие священника как хронического попрошайку. В связи с этим вспоминается забавный эпизод. Как-то на автобусной остановке к нам с супругом подошел мужик, деловито вытащил из кармана десятку и стал ходить вокруг, что-то разыскивая. Не найдя то, что искал, он, показывая нам десятку, спросил: «А куда кидать?» В ответ на наше удивление воскликнул: «Как, у вас должен быть ящик!» Так вот, предупреждаю, если увидите в метро «попа» с ящиком, знайте: он не настоящий — в метро священники не стоят никогда! Все, кто там стоит с крестами и в рясах, — стопроцентные самозванцы. Как известно, в больших городах это целый бизнес, контролируемый преступными группировками, к Церкви он никакого отношения не имеет. К этому же «бизнесу» относятся и так называемые монахи, круглогодично подпирающие могучими спинами стены, например, Троице-Сергиевой Лавры и собирающие деньги якобы на нужды дальних монастырей.

С другой стороны, некоторые почему-то считают, что в Церкви все должно быть бесплатно. А чем должны кормить батюшки свои многодетные семьи, во что одевать и обувать детей, платить за квартиру, школу, транспорт? Какова же заработная плата современных священников, и существует ли она вообще?

Зарплата существует, но крайне мизерная — не больше, чем у врачей и учителей. А если в семье много детей и жена не работает, то уровень жизни может опуститься ниже, чем у любого рядового учителя и врача. Один мой знакомый священник, который служит в известном московском многоштатном храме (где много священников), рассказывал, что его жена всегда без денег. В кошельке у нее бывает максимум пятьсот рублей, и на питание они тратят в месяц примерно пять тысяч. И это по московским-то меркам. Единственное, что спасает от крайней нужды и нищеты, — добровольные пожертвования прихожан за требы: освящение квартир, машин, причащение больных. Эти деньги идут непосредственно священнику, на его личные нужды, если только прихожанин не оговаривает, что его пожертвование на храм, — тогда оно действительно идет на храм: утварь, облачения, стройку... Чем больше треб, тем легче жить семье.

На больших приходах финансами занимаются старосты, в светском понимании это кто-то вроде финансового директора. Есть священники, которые в финансовые дела даже не вникают, другие же, наоборот, дотошно контролируют своих старост. Староста на приходе — достаточно независимая фигура. Официально он выбирается приходским собранием. Зачастую старосту назначают свыше, то есть из Патриархии. Кстати, матушка не может быть старостой у мужа на приходе.

Сегодня особенно тяжело живется сельским батюшкам: храм в разрухе, прихожане — пенсионеры, считающие копейки до пенсии, надежда только на огород и пожертвования от спонсоров.

Хороший доход имеют настоятели больших богатых храмов — примерно как у бизнесмена средней руки. То есть на евроремонт в квартире, хорошую иномарку, дачу и регулярные поездки семьи в Турцию хватит вполне. У рядовых священников, в том числе и священников тех же богатых храмов, и настоятелей бедных храмов достаток средний, если не низкий, а таких на сегодняшний день большинство.

Вообще-то, священник человек подневольный и жаловаться ему особенно некуда. И поменять приход ему по своему желанию невозможно. В крайнем случае батюшка имеет право пожаловаться своему архиерею, но чаще всего терпи, смиряйся, и все тут. Да и не принято проситься на более выгодный приход по материальным соображениям. Священник служит не ради того, чтобы кормить семью! Хочешь кормить семью — иди на работу в миру... У нас был знакомый дьякон, который имел неосторожность просить своего архиерея о рукоположении в священники, так как дьяконского жалованья ему не хватает на содержание семьи. Что из этого получилось, нетрудно догадаться — священства он после этого так и не дождался.

Основной статьей расходов всех современных храмов в первую очередь являются отнюдь не зарплаты священнослужителям и работникам, а коммунальные платежи. Электроэнергия для современного прихода стоит столько же, сколько и для коммерческой организации. Если подсчитать средний доход среднего (не богатого) московского храма, то коммунальные платежи отнимают больше половины всех доходов. Например, если среднемесячный доход в храме составляет пятьдесят тысяч рублей, то «коммуналка» обходится в тридцать шесть тысяч. А еще зарплату нужно платить — бухгалтеру, сторожам, певчим, уборщицам и прочему рабочему люду...

Агрессивно настроенные против Церкви граждане думают, что Церковь проповедует абсолютное нестяжание, и потому священники должны ходить в рубище и лаптях, а жить, видимо, в коробке из-под телевизора. А уж иметь личный автомобиль — просто криминал, все равно что торговля наркотиками и оружием. Церковь никогда подобный бред не проповедовала. Вопрос в отношении к материальным ценностям, а не в их наличии. Никому не запрещено иметь приличную машину или хороший дом, или несколько приличных машин и несколько приличных домов, но целью жизни это не должно становиться ни при каких обстоятельствах. Привязываться душой к этому нельзя. Как говорил царь Давид (а он был далеко не бедный человек, по нашим меркам просто олигарх), богатство, аще течет, не прилепляйтесь сердцем.

Могут ли священники работать на светской работе или заниматься бизнесом? В России это не принято и не соответствует церковным правилам. К тому же в России батюшки заняты служением практически круглосуточно, в отличие от священников Русской Зарубежной Церкви. Почему? Так сложилось. Наверное, наша страна все еще остается православной, хотя порой в это уже верится с трудом. Священника, вдруг дерзнувшего заняться бизнесом, могут вызвать к правящему архиерею и поставить перед выбором: либо бизнес, либо священный сан. В России сохранилось пока почитание священства как особого благословенного дара, который не каждому дается.

Но видя священника на автомобиле, многие все же не преминут бросить в его адрес пару обличительных фраз типа:

— Что это вы, батюшка, на машине ездите, не положено по религии-то!

Или, глядя на старенькие «Жигули»:

— Разъездились тут попы на «Мерседесах»...

Для священника, как и для многих, автомобиль — это прежде всего средство передвижения, зачастую просто жизненно необходимое. Священнику постоянно приходится ездить по требам. Представляете, если на селе приход состоит из нескольких мелких деревень, стоящих друг от друга в десятках километров и не связанных между собой каким-либо сносным автобусным сообщением... Как передвигаться по такому приходу?

Один батюшка жил в такой глуши, где по приходу можно было проехать только на трех видах транспорта — военный «Урал», трактор «Беларусь» и народный «УАЗ». Из трех видов батюшка выбрал «УАЗик». А до местного архиерея, находящегося в пятистах километрах от батюшкиного прихода, доползли слухи, что батюшка-де хорошо зажил, на джипе разъезжает. Когда же архиерей удостоил этого батюшку своим посещением, то они вместе посмеялись, глядя на пресловутый «джип». А еще больше посмеялись, когда батюшка рассказал, как однажды к ним пожаловали бандиты из соседнего районного города. Приехали они, конечно, на импортных «уазиках», в народе называемых «джип широкий», но «джип широкий» сел по брюхо там, где наша народная техника легко проходит. Пришлось местному трактористу их выручать за ящик водки.

В городе машина тоже необходима. Взять, к примеру, московский микрорайон Ясенево, в котором у священника может быть в один день несколько треб в разных концах. Другие на дачу ездят, на работу, за покупками, детей в школу отвозят. Почему же если священник имеет машину, то это лучший повод перемыть ему кости? В некоторых епархиях архиереи даже запрещают священникам приобретать иномарки, дабы людей не соблазнять. Но всякий раз, садясь за руль, батюшка рискует лишиться сана, если собьет человека насмерть. И вот почему: по церковным канонам священник, совершивший невольное убийство, извергается из сана без права служения; сбивший человека, он, кроме возможного осуждения, личной трагедии и чувства вины, вне зависимости от своей вины, еще и понесет непоправимое церковное наказание.

Москвичей, как известно, испортил квартирный вопрос. Портит ли он священников? Скорее он портит им жизнь. А дело с ним обстоит в большинстве случаев скверно. Многим изначально выпадает жребий служить вдали от родного дома; в таком случае возникновение квартирного вопроса гарантировано. В отличие от армии, где офицерам всегда предоставляют жилье, пусть даже и неважного качества, Церковь жилье священникам не предоставляет вовсе, за редким исключением, когда у прихода имеется собственный церковный дом или квартира. Если церковный дом в плохом состоянии, семья священника вынуждена ремонтировать его за свой счет, при этом, сколько бы они этот дом ни отстраивали, собственностью семьи он никогда не станет, а останется церковным.

Одного нашего знакомого священника назначили на служение в одну из кубанских станиц. Если батюшку переведут на другой приход, то в этом доме поселится новоназначенный священник.

Единственный для священника путь оставить что-либо детям — это приобрести свою недвижимость, а не отстраивать церковную. Я знаю одного многодетного священника, который с матушкой и детьми много лет живет в невероятно стесненных условиях, при этом у них уже восемь детей и это, по всей видимости, для них не предел. Поистине подвиг… Когда я у них побывала в последний раз, то была сильно удручена окружающей обстановкой. Единственная жилая комната походила на армейскую казарму, всю сплошь заставленную железными двухъярусными кроватями, на которых лежали и сидели многочисленные дети. Под потолком - веревки с развешенными на них пеленками. Фанерная перегородка, отделяющая спальню от обеденного стола... Вот такой квартирный вопрос.

( 6 голосов : 5 из 5 )

Из книги: Юлия Сысоева. «Записки попадьи: особенности жизни русского духовенства».

Больше всего ненавидят тех, кто умнее или добрее, - тех, кто тебя в чем-то превзошел. Потому что ненавидеть того, кто ниже тебя и меньше умеет, смысла никакого нет - нечему завидовать. Сознательно или подсознательно, но эти ненавистники понимают, что священники их выше и чище, и что правда на их стороне, а от этого чувствуют себя приниженными и начинают их ненавидеть.

Количество записей: 75

Добрый день! Подскажите, пожалуйста, что значит "работать во славу Божью", и как это на практике? Я работаю инженером. Интуитивно я догадываюсь, как, но хотелось бы услышать наставление священника. Как НЕ НАДО, более-менее понятно, а вот как НАДО? Что ставить во главу угла? Храни Вас Господь!

Алексей

Здравствуйте, Алексей. Очень много есть интерпретаций этих слов. Основной принцип назван в Евангелии: «Ищите прежде Царства Божия и правды его», а потом уже работайте и приложатся Вам плоды трудов Ваших. Во всей нашей деятельности должны осуществляться Заповеди Божии, тогда и все, что мы делаем, будет во славу Божию. «Без меня не можете творить ничего доброго» (Ин.15.5). Поэтому, когда делаем что-то, просим благословения на труды, благодарим Бога за помощь, вразумление и наставление. Не вещественный результат важен, а то настроение, в которое мы приходим, когда исполняем свою самую обычную работу, как послушание. Хорошо сделал дело - не тщеславься, «мы рабы, ни на что не годные, делаем только то, что обязаны», все наши умения от Господа – руки, ноги, ум, все от Господа. Значит, все полезное, что мы способны сделать, нашими руками сделал Бог. Не будем употреблять свои руки, ум и чувства, инструменты Славы Божией, на грех, а только на осуществление Заповедей Христовых. Вот это и будет «во славу Божию».

иерей Александр Белослюдов

Здравствуйте, имеет ли право служитель церкви работать на другой, дополнительной работе, помимо служения, разрешено ли это церковными законами или нет? Спасибо.

Дмитрий

Здравствуйте, Димитрий. Священнослужитель, состоящий в клире Русской Православной Церкви, получает содержание от своего прихода, если он приходской священник, или от епархии, если несет епархиальные послушания. В случае недостаточности содержания, а нередко такое бывает в малых приходах, священнослужитель может работать на светской работе, если это не наносит ущерба его прямым обязанностям. Разумеется, это не может быть такая деятельность, которая связана с нарушением Заповедей Божиих или прямо запрещена канонами Церкви. В частности, священнику запрещено участвовать в выборах и работать в любых властных структурах. А, например, учителем, врачом, санитаром, электриком… можно.

иерей Александр Белослюдов

Здравствуйте, батюшка! У меня вопрос по профессиональной части. Учусь на экономиста, но в последнее время у меня сомнения по поводу того, что эта профессия в корне имеет направленность на материальное, результатом труда являются сэкономленные материальные ценности, а такие структуры, как, например, банки, наживаются на людях процентами по кредитам, что в корне против того, что нам завещает Всевышний, и те же биржи, инвестирование в акции... Скажите, пожалуйста, как Православная Церковь ставиться к этому вопросу, подходящая ли для христианина профессия экономиста, и что нужно знать о ценности ее для человечества, ибо если не буду приносить своим трудом пользы, а еще хуже, если будет вред, то не вижу смысла и мотивации в такой деятельности. Спасибо!

Виктор

Экономическая составляющая есть не только у банковского или биржевого дела. Своя экономика есть у любого производства – продуктов, одежды, даже икон и богослужебного облачения. Так что эта специальность имеет очень широкое применение. Например, можно быть экономистом в благотворительном фонде и заниматься перераспределением денег от благотворителей к нуждающимся людям. Так что почти любая профессия может быть полезной, если найти правильную точку приложения усилий.

диакон Илья Кокин

Батюшка, благословите! Заканчиваю школу, надо определиться с профессией. Скажите, пожалуйста, как Православная Церковь смотрит на такую профессию, как инспектор по делам несовершеннолетних? Ведь, по сути, они разлучают детей с родителями, но, с другой стороны, это делается во благо детей. Каково Ваше личное мнение в данном вопросе? Можно ли православному человеку работать инспектором ПДН?

Ксения

Ксения, Вы, разумеется, можете стать инспектором ПДН. Я даже не знал, что сейчас их стали готовить специально. Раньше брали просто людей с юридическим или педагогическим образованием. Это говорит о том, что наступило время ювенальной юстиции. Не стоит этого бояться как проказы. Сама идея хорошая. Первые ювенальные суды для несовершеннолетних были еще в царской России. Представление о том, что Вам предстоит только отбирать детей у родителей, неверное. Главная идея состоит в том, чтобы взять под контроль юношескую преступность, безответственность родителей и защитить детей от насилия в семье. Поверьте, тут нет дыма без огня. А чтобы не было перегибов, должны быть верующие инспекторы ПДН. С Богом!

протоиерей Максим Хижий

Здравствуйте, батюшка! Хотим с супругой открыть свое дело и покупаем действующий магазин одежды секонд-хэнд. Будем закупать одежду большими партиями на оптовых базах для продажи в розницу в нашем магазине. Высоко цены завышать не будем, но для получения прибыли все-таки придется продавать одежду дороже, чем при закупке на этих базах. Считается ли грехом такой вид бизнеса?

Алексей

Да почти весь торговый бизнес построен на этом принципе – покупаешь дешевле, продаешь дороже. Не надо задирать цены, а так все нормально, и дело нужное.

диакон Илья Кокин

Добрый день! Я работаю с юности на одной и той же работе. У меня довольно высокая должность и зарплата. Но мне кажется, что я не приношу реальной пользы ни делу, ни людям. Если бы начать все сначала, я бы получила медицинское образование, чтобы помогать несчастным больным. Недавно я лежала в больнице, и с большой радостью помогала стареньким и тяжко больным. Как бы мне хотелось это делать всегда! Но как бросить работу, которая тягостна для меня, но помогает содержать семью? Или же надо смиренно работать на том месте, куда меня определил Бог?

Мария

Здравствуйте, Мария! Для того чтобы помогать больным и обездоленным, не обязательно уходить с работы. Узнайте, есть ли в Вашем городе православное сестричество, в котором с радостью примут Вашу помощь.

иерей Владимир Шлыков

Здравствуйте, батюшка! Муж рассказал, что человек, который работал до него в кабинете, приглашал батюшку освящать кабинет, а позднее позвал колдунью. Она что-то делала в кабинете, повесила на стену пучок с какой-то травой и перцем и убрала крестики со стен, которые оставил батюшка. Человек тот, чей был кабинет, уехал. Нужно ли опять освятить кабинет? Влияет ли присутствие колдуньи в том кабинете на бизнес мужа сейчас? По стенам развешаны иконы, оставшиеся после того человека. Нужно ли их собрать в одном месте в кабинете? Спасибо за ответ.

Юлия

Юлия, освящать жилище нужно обязательно. Тем более - после колдуньи. Колдуны – это слуга дьявола. Вряд ли она могла как-то повлиять на бизнес. Однако на успех в делах и освящение не повлияет, если человек сам живет во грехах, не ходит в церковь, не причащается. Это ведь не какой-то магический ритуал. Освящение совершается для нашей души, а не для денег.

иеромонах Викторин (Асеев)

Добрый день! Подскажите, пожалуйста, как быть. Дело в том, что у меня на работе есть напарник, который частенько уходит с работы или задерживается до работы, а может вообще не выйти. И просит меня прикрыть его, якобы он на работе, если будут спрашивать, чтобы я подтвердил его присутствие, ну, якобы он отошел с рабочего места куда-нибудь. Хотя он с нашим руководителем вроде договаривается и он его прикрывает перед отделом кадров. Я тоже несколько раз врал, что он на работе, когда он отсутствовал. Так как я человек верующий, мне очень неприятно это вранье, особенно в глаза человеку. А отказать ему не решаюсь, боясь испортить отношения, так как скорее всего он не поймет. И он намного опытнее меня в работе, дольше работает, чем я, то бишь, если я вдруг ему не буду помогать в этой его махинации, то, как мне кажется, он мне тоже не будет помогать по работе. Вот я и не знаю как быть, с одной стороны, обман грех, с другой, испортить отношения тоже нехорошо. Подскажите, как быть?

Виталий

Здравствуйте, Виталий! Бывают непредвиденные ситуации, когда человеку действительно нужно помочь. На этом взаимопонимании и строятся добрые взаимоотношения между людьми. Но, насколько я понял, Ваш напарник прогуливает работу систематически, и «прикрывая» его Вы потворствуете его безответственности. Если это так, поговорите со своим напарником. Объясните ему, что в силу Ваших христианских убеждений Вы не можете постоянно обманывать.

иерей Владимир Шлыков

Здравствуйте! Очень нужен житейский совет. Меня перестала устраивать работа, мне не хочется туда вообще ходить. Но проблема в том что на работу устраивали родители, и заплатили большие деньги, чтобы меня устроить. В наше время очень тяжело найти работу, но я, получается, каждый день себя насилую. Подскажите, как правильно поступить?

Елена

Елена, Вы сами говорите, что работу найти очень непросто. Нам в жизни много чего не нравится, однако приходиться смиряться. На что Вы жить будете? Конечно, Вы в праве поменять работу, и в этом не будет греха. Но я бы Вам посоветовал потерпеть и подождать с увольнением. Тем самым Вы будете отсекать свою волю и будете приносить большую пользу своей душе. Вы научитесь смиряться с обстоятельствами, что очень важно для нас. С таким опытом Вам в дальнейшем будет легче жить.

иеромонах Викторин (Асеев)

Уважаемые батюшки! Помогите советом! Мне 26 лет. Работаю в фирме. Начальница - деспотичная женщина 47 лет. Может накричать на человека, невзирая на чины и звания, оскорбить, нахамить, не сдерживает собственной злобы. В этом плане я не обделен ее вниманием. Как реагировать? С детства привык молчать и не отвечать. Но потом это ее поведение выбивает из колеи все равно, и некоторое время ходишь подавленный. Вообще, обидчивость - это признак наличия в душе страстей? Ежели так, то как правильно переносить подобное поведение в свой адрес, и как извлекать из этого духовную пользу? Вообще, нужно ли отвечать на хамство и проч., если это касается только меня (если кого-то, то я обычно встреваю за человека)? Я, с одной стороны – не отвечаю, а с другой, затаиваю злобу на человека. А люди дальше больше распоясываются… Может, лучше поставить на место? В целом я чувствую, что не так живу. И мое отношение к людям не соответствует тому, что написано в Евангелии. Ведь Христос прощал всех. И сказано: "Любите врагов ваших". Стало быть, у меня даже на сердце не должно быть тени обиды на любого человека, что бы он мне ни сделал. Я причащаюсь. Чувствую колоссальную помощь Божию, подаваемую в Таинствах, но, вместе с тем, чувствую, что и живу, и мыслю не сообразно тому, как хочет Бог. И нужно кардинально менять свое устроение. Потому что вижу колоссальную пропасть между мной и Богом. Простите за сумбур. Спасибо за ответ.

Андрей

Андрей, Вы должны понимать следующее: молчание в ответ на оскорбление считается добродетелью смирения в том случае, если Вы молчите исключительно из религиозных соображений, а не «страха ради иудейска» - молчите, например, потому что боитесь потерять работу. Я не думаю, что хамство надо терпеть всегда. Можно раз простить, другой раз сдержаться, но позволять начальникам превращаться в мелкопоместных барчуков (барынь) нельзя. Свое достоинство тоже надо беречь: «не становитесь рабами человеков».

протоиерей Максим Хижий

Добрый день! Я уже 5 лет работаю юристом в одной компании, в общем, меня все здесь устраивает, кроме размера зарплаты и, в меньшей мере - возможности дальнейшего профессионального развития. Не скажу, что зарабатываю мало, но этого недостаточно для приобретения (даже в кредит) своего жилья. Мы с женой живем на съемной квартире и хотели бы уже иметь свою, да и детей хотелось бы заводить уже в своем жилье. Скажите, считается ли грехом намерение, ну и, соответственно, сама смена работы с целью большего заработка? Грешно ли само по себе стремление к профессиональному развитию, когда ты понимаешь, что "перерос" свою должность и готов к выполнению более сложных задач? Не желаю, как сказано в Евангельской притче, закапывать свои таланты в землю. Заранее благодарю за ответы.

Игорь

Здравствуйте, Игорь! Совершенствоваться в своей специальности, искать возможность реализовать себя, зарабатывать средства, чтобы прокормить семью – не грех. Важно, ради чего Вы это делаете. Грехом будет, если богатство станет для Вас идолом и Вы посвятите всю свою жизнь зарабатыванию денег ради денег. Всякое дело надо начинать с благословения Божия. Сходите в храм, закажите молебен «на всякое доброе дело», помолитесь, возьмите у батюшки благословение и тогда начинайте с Божьей помощью искать работу. Помоги Вам Господи!

иерей Владимир Шлыков

Здравствуйте! Меня зовут Полина, мне 19 лет. У меня более чем бытовая проблема. Я не могу найти работу. Отчаяние стало моим ежедневным спутником и убеждение в том, что я выбрала не ту профессию, становится все более очевидным. У меня гуманитарный склад ума и я люблю все, что связано со словом. Когда-то я не выбрала профессию из данной сферы, так как была убеждена в том, что обречена на провал. Я могла бы стать историком, журналистом или писателем. Я связала себя с торговлей и поняла, что продавать я не умею и не хочу. Это не в моей натуре. Теперь я не могу найти работу, точнее, работа есть, но там нужно уметь "впаривать", что я никогда не буду делать. Я запуталась, и теперь не знаю, что мне делать. Быть может, Вы укрепите меня и поможете найти правильное решение? Спасибо.

Полина

Здравствуйте, Полина. Вам надо учиться дальше и не опускать руки. А пока поработать и в торговле, но честно. В этой области деятельности важно не то, что Вы делаете, а то как Вы это делаете. Исполняйте свои обязанности как послушание Господу, и благодарность людей будет Вам отрадой. Помоги Вам Бог.

иерей Александр Белослюдов

Здравствуйте. Подскажите пожалуйста,можно ли православному работать в стрелковом клубе (оператором-регистратором),где разные люди тренируются в стрельбе и получают разрешения на оружие? Спасибо большое!

Екатерина

Екатерина, в вашем вопросе я вижу скрытый подтекст: владение оружием грех или то, что в клуб приходят «разные» люди (читай – бандиты)? Может быть, что я и ошибаюсь, но мне кажется, что кримннальным элементам сейчас довольно сложно тренироваться в стрельбе в легальном заведении. Если речь идет об обычных людях, то греха в этом нет никакого: Церковь всегда благословляла защищать Родину и закон. Увы, иногда для этого надо брать в руки оружие. Даже если человек приобрел оружие для самозащиты, сделал это законно, то и в этом греха нет. Огнестрельное оружие дает в наше непростое время даже женщине шанс защитить себя и детей при неравных силах с преступниками. Надеюсь, я правильно понял Ваши сомнения?

протоиерей Максим Хижий

Добрый день! У меня стабильная работа, но все чаще и чаще возникает мысль уволиться и заняться предпринимательством. Подскажите какую молитву читать о новом начинании?

Олеся

Дорогая Олеся! В таких случаях я советую читать прежде молитву Господню – «Отче наш». Там для Вас есть все нужные прошения – о «хлебе насущном» и «да будет воля Твоя». Хлеб, разумеется, не только материальные блага, но и категория духовная – Евхаристия (Тело Христово), Его учение (Слово Божие). «Ищите прежде Царства Небесного, остальное все приложится вам». Самое главное Вам надо понять: не является ли эта мысль искушением, которая все разрушит в Вашей жизни. Подумайте, посоветуйтесь с опытными людьми о вашем плане. Не спешите!

протоиерей Максим Хижий

Здравствуйте, Батюшка. Скажите, пожалуйста, как освятить маленький магазин, если там только ночные работы (отгрузка, ввоз товара и другие работы), днем только торговля?

Ксения

Ксения, я думаю, можно как-то договориться со священником, он войдет в положение. Препятствие к освящению магазина, не Вашего конкретно, конечно, так как я о нем ничего не знаю, а в принципе, я вижу в другом – в присутствии на прилавках вещей, откровенно греховных: табачных изделиий, контрацептивов и всего того, что никак не может быть оправдано с точки зрения православного благочестия. Если в Вашем магазине это есть, я бы постеснялся задавать священнику вопрос об освящении. Если же нет – то слава Богу – освящайте и торгуйте во славу Божию.

игумен Никон (Головко)

Здравствуйте батюшки! У меня есть подруга 38 лет, она работает на очень тяжёлой работе, даже здоровье ей это не позволяет, но она всё равно работает на износ. На заданный вопрос, почему не уйдёшь, не найдёшь работу полегче, она отвечает, что старец (в какой-то книге) сказал: не увольняйся с работы сам, это большой грех, а если тебя уволят, это Воля Божья. Скажите, правильно ли она поступает, придерживаясь этого высказывания? Неужели нужно работать на износ во вред своему здоровью? Спасибо.

На телеканале КРТ в передаче “На сон грядущий” выступил протоиерей Андрей Ткачев с рассуждениями о заработке духовенства. По мнению священника, пастыри не должны зарабатывать на Церкви, а для пропитания должны иметь светскую специальность.

Со взглядом отца Андрея выразили несогласие некоторые супруги священников.

К сожалению, с библейской аргументацией уважаемого и любимого многими отца Андрея Ткачёва, цитирующего апостола Павла в вышеупомянутой передаче, решительно невозможно согласиться.

Действительно, апостол Павел неоднократно подчёркивал свою полную материальную независимость от общины, пока в ней жил, учил и проповедовал. Однако он с благодарностью принимал от этой же любые дары и пожертвования после своего ухода. Например, трудясь в Фессалониках, и подчёркивая свою независимость от пожертвований фессалоникийской общины, Павел в то же время с благодарностью принимает пожертвования христиан из Филипп, где он трудился несколько раньше: «вы и в Фессалонику и раз и два присылали мне на нужду» (Фил.4:15-17). Точно так, трудясь в Коринфе, и отказываясь принять помощь от коринфян, Павел принимает приношения от Македонских и других церквей: «Другим церквам я причинял издержки, получая [от них] содержание для служения вам; и, будучи у вас, хотя терпел недостаток, никому не докучал, ибо недостаток мой восполнили братия, пришедшие из Македонии» (2Кор.11:8,9).

Причина такой политики Апостола ясна и вполне оправдана: пока Павел находился в каком-либо месте, он отстаивал свою абсолютную независимость, не будучи обязанным никому. Ведь крайне трудно принять дар от кого-либо, а потом обличить его или проповедовать против него. Пока Павел находился среди филиппийского братства, он не мог быть обязанным кому-либо. Но после его ухода условия изменились. Тогда он мог принять любой дар, доказывавший любовь филиппийцев к нему, ибо тогда он не был обязан кому-либо в Филиппах. Столь же невозможным было для Павла принять материальную поддержку от коринфян, пока он находился у них, и сохранять необходимую независимость. Он не был непоследовательным, а лишь поступал мудро (комментарий Баркли).

При этом не нужно забывать тот факт, что белое, т.е. женатое духовенство не может следовать примеру апостола Павла просто потому, что Павел не имел и детей. Священнику нужно не только печься о собственном пропитании, но и о том, чем кормить семью, и это в условиях постсоветской церковной разрухи, когда большинство приходов требуют максимального внимания и сил священнослужителя.

Нередка следующая картина, которую застаёт среднестатистический батюшка, приехав на свой приход: храм, требующий ремонта (варианты: храм полуразрушен/ разрушен/храма нет совсем – его священник сам должен будет построить); весьма малочисленные прихожане, чьи познания в Православии сводятся к набору псевдоцерковных примет и суеверий; отсутствие людей, знающих устав и способных петь-читать на клиросе; засилие сект или откровенного язычества и т.д.

Если священник в таких условиях будет “плести палатки”, чтобы прокормить семью, кто будет заниматься Кто будет искать благодетелей для строительства разрушенных храмов и восстанавливать эти храмы? Кто будет посещать людей на дому? Кто будет вырывать заблудших из рук сектантов, наводнивших наши города и сёла?

Св.Писание неоднократно подчёркивает право благовествователей питаться от пожертвований. «Трудящийся достоин награды за труды», – говорит Спаситель, посылая апостолов на проповедь (Лук.10:7). «Я весьма возрадовался в Господе, что вы уже вновь начали заботиться о мне», – пишет ап.Павел филиппийским христианам, присылающим ему пожертвования для продолжения его миссионерских трудов (Фил.4:10).

Сам Апостол, не имевший жены и детей, и возможно именно по этой причине не всегда пользовавшийся своим правом «питаться от святилища» (1 Кор.9:13), в отличие от о.Андрея, отстаивает это право для других священнослужителей. «Достойно начальствующим пресвитерам должно оказывать сугубую честь, особенно тем, которые трудятся в слове и учении. Ибо Писание говорит: не заграждай рта у вола молотящего; и: трудящийся достоин награды своей» – даёт ап.Павел последние наставления Тимофею незадолго до своей казни (1Тим.5:17,18). Он призывает Тимофея, не смущаясь, принимать материальную помощь общины (комментарий Брюссельской Библии на 2 Тим.2:4-6).

Причина этого вполне ясна: священство – это не ремесло, а служение, подобное службе военного. Чтобы в нём совершенствоваться, человек в идеале не должен распыляться на заботу о пропитании. В первом официальном собрании законов Римской империи – Кодексе Феодосия – сказано: “Мы запрещаем людям, занятым на военной службе, заниматься гражданскими профессиями”. Говоря о священстве в контексте материального обеспечения священнослужителя, ап.Павел сравнивает его именно с военной службой: «Какой воин служит когда-либо на своем содержании?» (1Кор.9:7), «Никакой воин не связывает себя делами житейскими, чтобы угодить военачальнику» (2Тим.2:4). Солдат – это только солдат, также и священник – это только священник, который должен сконцентрировать все свое время, все свои силы, и, что особенно немаловажно, все свои помыслы на служении. Если все офицеры большую часть времени начнут заниматься частным извозом или разгрузкой вагонов – армии конец. Если все священники большую часть времени начнут тратить на зарабатывание денег – конец Церкви.

Об этом же говорит и Устав Православной Церкви: об обязанности, а не добровольности, прихожан содержать своего священника. Хорошо, когда священнику удается совмещать свою пастырскую работу со светской, но практика показывает, что это далеко не всегда возможно без ущерба для священнического служения. Для того, чтобы приход жил, священник должен жить приходом, а не посторонней работой и мыслями о заработке на хлеб насущный, что нам и предлагает о.Андрей. «Нехорошо, оставив слово Божие, пещись о столах» (Деян.6:2). Именно поэтому, чтобы забота о его собственном столе не заменяла священнику заботы о проповеди Слова Божия, в некоторых поместных Православных Церквях, например, Кипрской, священнослужителям вообще не разрешаются никакие подработки на стороне.

Того же мнения придерживается и нынешний : приходской священник не должен быть «обременен постоянными поисками средств на содержание себя и своей семьи», он не должен искать подработки на светских должностях, но должен полностью сконцентрироваться на своём служении (из доклада Патриарха на епархиальном собрании, Москва, декабрь 2009 г)

Вопрос о том, на какие средства должен жить священник и его семья гораздо глубже, чем кажется на первый взгляд. Дело здесь в том, как мы на самом деле относимся к священнику и его служению. Считаем ли мы, что священство – это не более, чем хобби, которым достаточно заниматься пару раз в неделю в перерывах между основной работой (крановщиком, юристом или учителем), причём священник сам же должен это «хобби» оплачивать? Или же мы признаём, что священство – это самоотверженное служение, которое должно занимать все силы и время служителя? В той клятве, которую даёт любой священник перед рукоположением, есть такие слова, что отныне он полностью посвящает себя служению Алтарю и приходу.

Совершенно непонятно стремление о.Андрея превратить всех священников в светских работников, изредка исполняющих своё служение в нерабочее время. Ненормальна ситуация, когда священник вынужден пренебрегать своими обязанностями пастыря и искать другой способ поддержать материальное состояние своей семьи и своего храма. Такой человек просто будет не в состоянии часто служить, проповедовать, миссионерствовать, восстанавливать храмы, посещать школы, больницы, тюрьмы, ездить в отдаленные села и деревни, в которых нет собственных храмов, заниматься самообразованием, т.е. исполнять свои прямые священнические обязанности.

Почему получать деньги от служения – это “стяжательство”, а всю неделю, вместо заботы о храме и пастве, пахать на свой карман – это не стяжательство, не обворовывание собственных прихожан? Священник обязан работать и как можно меньше брать от прихожан?

Встает вопрос: а кто тогда обязан служить, если священник большую часть своего времени будет занят зарабатыванием денег для себя? Кто обязан в любой момент все бросить и поехать за несколько десятков километров напутствовать умирающего в глухом селе? Кто обязан в любое время по телефонному звонку, даже ночью окормить пасомого? Кто обязан искать спонсоров для строительства храма, а затем и строить сам храм, беря на себя функции администратора, прораба и завхоза в одном лице? Кто кроме священника обязан остановить самоубийцу, заниматься с молодежью, доказывать администрации, что жизнь района надо улучшать, и брать на себя конкретные шаги по улучшению? Нет, оказывается, 5 дней в неделю он должен быть крановщиком, и лишь иногда, в свободное от этой работы время ещё и священником. Двум господам работать…

Мы хотим, чтоб священник был “без страха и упрека”, умел катехизировать, вести полемику с иноверцами, посоветовать в жизненной ситуации, был молитвенником и эрудитом хотя бы в своей области. А для священника желательно наличие еще и светского образования. Тогда он должен заниматься только своим делом, как хирург, как учитель. Если мы говорим хирургу, чтоб он оперировал за бесплатно, а по ночам подъезды мыл, то сами будем виноваты, когда попадем на операцию к человеку, засыпающему в оперблоке и потерявшему квалификацию.

Пример, который привел отец Андрей в конце беседы, вообще не следовало бы озвучивать зрителям, тем более в положительном ключе. Ситуация священника, бросившего нищий приход и семью, ради работы на стройке в столице – это позор и развал нашей Церкви, который нам предлагается поддержать! Это должно стать болью каждого православного: и мирянина, и священника, и архипастыря. Если к настоятелю большого прихода приходит его бедствующий собрат, то предложить ему работу на кране – это не помощь, но следующий шаг, подталкивающий священника ещё дальше в мiр, отдаляющий его ещё больше от паствы и Престола.

Бедному батюшке можно было бы помочь по-другому. Можно на своем приходе организовывать регулярный целевой сбор средств для бедствующего прихода. Можно заглянуть в свою ризницу – а вдруг там есть комплект облачения, который может еще быть использован по назначению, а не пылиться в ненужности и забвении в закромах. Так же можно поступить и с книгами, и с церковной утварью. В любом случае помощь и внимание дадут силы бедному священнику, поддержку и ощущение того, что он не брошен, что он не один, ведь идет под руку с бедностью.

Стоит упомянуть и еще один момент: строительные специальности имеют повышенный риск травматизма. Сможет ли продолжать служение священник, в случае, если, не дай Бог, с ним произойдет несчастный случай?

Если верить Руссо, французская королева Мария–Антуанетта, будучи оповещенной о голоде среди французских крестьян, ответила буквально следующее: «Если у них нет хлеба, то пусть едят пирожные!». Один из Российских губернаторов, комментируя журналистам ситуацию с пробками на Ленинградском шоссе, предложил автолюбителям пересаживаться на вертолеты: «Я летаю на вертолете. Вам тоже надо покупать вертолеты вместо машин». Не менее легкомысленным выглядит призыв столичного настоятеля отказываться от священнических зарплат и искать средства для жизни подработками на стороне.

Неужели жизнь отца Андрея совершенно оторвана от той реальности, в которой живёт абсолютное большинство его собратьев-священников? Многие рядовые священники имеют максимум 1-2 выходных в неделю, служат годами без отпусков и при этом вынуждены содержать семьи, часто многодетные, на весьма скромную священническую зарплату. Как в таких условиях возможно содержать семью на какие-то иные доходы? Какому работодателю нужен такой работник, у которого постоянно то службы среди недели, то отпевания, то венчания, то Крещения?

Слова отца Андрея вызвали недоумение и несогласие среди жен православных священнослужителей: среди тех женщин, которые изо дня в день видят все тяготы священнического служения и являются зачастую первыми помощницами своих мужей. Эта статья, собственно, и родилась в результате дискуссии между Православной Церкви.