Проблема соотношения языка и речи в языкознании. Проблема взаимосвязи языка и речи

Язык, речь, речевая деятельность: их трактовка в разных лингвистических концепциях и направлениях.

Различие между языком и речью - основополагающий прин­цип современного языкознания, исходный момент для теоретиче­ского описания как отдельного национального языка, так и че­ловеческого языка в целом. Хотя к настоящему времени необхо­димость разграничения языка и речи признается большинством языковедов, однако в понимании этих сущностей и в критериях их разграничения взгляды специалистов расходятся.

Ф. де Соссюр считал язык и речь двумя сторонами более общего явления - речевой деятельности, которая «будучи одновременно физической, физиологической и психической... помимо того, относится и к сфере индивидуального и социального». Язык, согласно точке зрения Ф. Де Соссюра есть социальная и психическая сторона речевой деятельности, а речь - ее индивидуальная и психофизическая сторона, или «сумма всего того, что говорят люди» в отличие от фон Гумбольдта , который полагал, что «язык есть не продукт деятель­ности, а деятельность», Соссюр утверждал: «Язык не деятельность, а готовый продукт, пассивно регистри­руемый говорящим, продукт речи». Он подчеркивал также, что «язык не в меньшей мере, чем речь, конкретен по своей природе».

Л. В. Щерба так же, как и Ф. де Соссюр, выделял речевую деятельность, под которой он понимал «акты говорения и понимания». По мнению ученого, в опыте нам дана только речевая деятельность, а из нее уже «выводится» то, что он называл языковым материалом». В языковой материал входит «совокуп­ность всего говоримого и понимаемого», а также «тексты», т. е. «литература, рукописи, книги». Нетрудно видеть, что у Л. В. Щербы понятие языкового материала близко к понятию, которое названо у Соссюра речью. В от­личие от Соссюра у Щербы язык, или языковая система, пред­ставляет собой не конкретную, а абстрактную сущность, однако оба языковеда сходились в том, что язык относится к социаль­ным явлениям.

А. И. Смирницкий , анализируя соотношение между языком и речью, обходится без понятия речевой деятельности, однако, по сравнению с Соссюром и Щербой, он вкладывал в общее поня­тие человеческой речи более широкое содержание. В частности, ученый выделял в речи несколько форм ее существования: а) устную речь, имеющую внешнюю звуковую сторону; б) пись­менную речь, имеющую внешнюю графическую сторону; в) мыс­ленную речь, которая не имеет реальной внешней стороны. Устная и письменная формы существова­ния речи, по А. И. Смирницкому, составляют ее объективную сторону и относятся к внешней речи, а мысленная речь сущест­вует лишь в субъективной форме и представляет собой внутрен­нюю речь. Совокупность всех компонентов различных произведений речи и собрание закономерностей или правил использования этих компонентов составляют вместе определенную систему, т. е. совокупность взаимообусловленных и взаимосвязанных единиц и отношений между ними. Эта систе­ма единиц и является языком». По мнению языковеда, речь представляет собой, в конечном счете «сырой материал исследования», а язык - «предмет изучения, извлекаемый из этого материала»

Ф. де Соссюра, Л. В. Щербу, А. И. Смирницкого объединяет в понимании языка то, что они представляют его абстрагируе­мым (извлекаемым) из речи продуктом, который и является для языковедов предметом научного описания.

По-другому подходят к соотношению языка и речи исследо­ватели, считающие речь производной от языка, результатом проявления языковой сущности, т. е. рассматривающие язык не как продукт лингвистической деятельности специалистов, а как объективно существующее явление, реализующееся в речи. Так, Т.П. Ломтев отмечает: «Язык представляет собой такую сущ­ность, способом существования и проявления которой является речь. Язык как сущность находит свое проявление в речи». Сущность, лежащую в основе внешне проявляемых актов речи, иногда сравнивают с устройством и набором еди­ниц. Само устройство и набор единиц при такой аналогии пред­ставляют собой язык, а результатом работы этого устройства (например, лента с изображенными на ней комбинациями зна­ков) в этом случае является речь. Другие исследователи различают продукт, порождаемый языковым устрой­ством, и процесс порождения. Конечный продукт, производимый деятельностью языка, называется текстом, а процесс порожде­ния - речью. Текст может проявляться в устной и письменной формах. Устройство (язык), порождающее речь, обеспечивает не только ее производство, но и ее понимание.

Соотношение понятий «язык» и «речь».

Язык – система социально обусловленных звуков, знаков, выражающих всю совокупность знаний и представлений о мире.

Речь – непосредственно процесс говорения. Ей присущи:

1) События так как разворачиваются во времени и пространстве

2) Конкретика

3) Целенаправленность и обусловленность ситуацией

Язык – это языковая система + речь.

Предложение и высказывание в аспекте противопоставления языка и речи.

Высказывание – сложный речевой знак, где обозначающим является предложение, а обозначаемым – определенная ситуация в мире дискурса. Основные признаки высказываний: смена речевых субъектов, завершенность (возможность ответить), адресованность (обращенность к кому-либо), экспрессивность (выражение индивидуальных эмоций говорящего).

Высказывание – речевой знак (а у всех знаков – 2 стороны): означающее – это структура предложений, а означаемое – это связанный с ними фрагмент действительности, а также сама ситуация общения и фоновые знания говорящих - Пресуппозиции – знания говорящего и адресата о предмете речи.

Предложение – такая синтаксическая конструкция, которая построена по определенному образцу и предназначена чтобы служить сообщением. Основная функция предложения – коммуникативная.

Несколько словоформ, которые представляют собой грамматический образец существующего в сознании носителей языка в виде моделей не зависимо от значений слов, наполняющих эту модель. По цели высказываний предложения бывают повествовательного, вопросительного т побудительного типов.

Перформативное высказывание – высказывание, обладающее свойством автореферентности. То есть существующее независимо от мира дискурса, но референтом высказывания становится не событие, а сам факт высказывания. Перформативное высказывание эквивалентно поступку, преобразуюет коммуникативный акт в социальную акцию: Я клянусь – означает дать клятву, совершить какое-то действие.

Характеристика предложений по цели высказывания.

1) Повествовательное (цель – сообщение о чем либо)

2) Вопросительные

а) Вопросительно побудительны – вопрос по форме, побудительное – по цели

Так вы мне дадите Гоголя?

б) Вопросительно-риторические – не требуют ответа так как содержат его в себе.

А чему тут могут научить?...

3) Побудительные – побуждение к совершению действия (приказ, просьба, мольба). Используется повелительное наклонение. Повелительное наклонение тяготеет к восклицанию.

Еще по теме 6. Соотношение понятий «язык» и «речь». Предложение и высказывание в аспекте противопоставления языка и речи. Автореферентные и перформативные высказывания. Характеристика предложений по цели высказывания.

  1. 20. Язык и речь. Предложение и высказывание. Основные признаки высказывания.
  2. 32. Простое предложение. Синонимия прямых и косвенных высказываний. Способы выражения модальности. Виды вопросительных высказываний. Восклицательные предложения.
  3. №32. Простое предложение. Типы предложений по модальности и по цели высказывания. Их стилистическая х-ка.
  4. § 89. Высказывания ноэматические и высказывания 35 о действительности. Ноэма в психологической сфере. Психолого-феноменологическая редукция
  5. Уровни организации и структуры предложения-высказывания.
  6. ОТНОСИТЕЛЬНО НЕЗАВИСИМЫЕ ВЫСКАЗЫВАНИЯ, НЕПОСРЕДСТВЕННО НЕ ОПИРАЮЩИЕСЯ НА ГРАММАТИЧЕСКИЕ ОБРАЗЦЫ ПРОСТОГО ПРЕДЛОЖЕНИЯ
  7. Глава 11 ОСЛОЖНЕННОЕ ПРЕДЛОЖЕНИЕ В ЕГО ОТНОШЕНИИ К ВЫСКАЗЫВАНИЮ
  8. Эрик Адриан ВЛИЯНИЕ СИСТЕМЫ ЯЗЫКА И КОНСИТУАЦИИ НА ВЫСКАЗЫВАНИЯ БЕЗ ГЛАГОЛЬНОГО ПРЕДИКАТА (к полемике о современной русской разговорной речи)

ЯЗЫК это:

1. Система фонетических, лексических и грамматических средств, являющаяся орудием выражения мыслей, чувств, волеизъявлений и служащая важнейшим средством общения людей. Будучи неразрывно связан в своем возникновении и развитии с данным человеческим коллективом, язык представляет собой явление социальное. Язык образует органическое единство с мышлением, так как одно без другого не существует.

2. Разновидность речи, характеризующаяся теми или иными стилистическими признаками. Книжный язык. Разговорный язык. Поэтический язык. Газетный язык. См. речь во 2-м значении. По вопросу о соотношении понятий "язык" и "речь" выявились в современном языкознании разные точки зрения. Впервые взаимосвязь и взаимодействие обоих явлений отметил швейцарский лингвист Фердинанд де Соссюр: "Без сомнения, оба эти предмета тесно между собою связаны и друг друга взаимно предполагают: язык необходим, чтобы речь была понята и производила свое действие; речь же в свою очередь необходима для того, чтобы установился язык; исторически факт речи всегда предшествует языку".

Многие исследователи (В. Д. Аракин, В. А. Артемов, О. С. Ахманова, Л. Р. Зиндер, Т. П. Ломтев, А. И. Смирницкий и др.) разграничивают эти понятия, находя для этого достаточные общеметодологические и лингвистические основания. Язык и речь противопоставляются по разным основаниям: система средств общения - реализация этой системы (фактический процесс говорения), система лингвистических единиц - их последовательность в акте общения, статическое явление - динамическое явление, совокупность элементов в парадигматическом плане - их совокупность в синтагматическом плане, сущность - явление, общее - отдельное (частное), абстрактное - конкретное, существенное - несущественное, необходимое - случайное, системное - несистемное, устойчивое (инвариантное) - переменное (вариативное), узуальное - окказиональное, нормативное - ненормативное, социальное - индивидуальное, воспроизводимое -производимое в акте общения, код - обмен сообщениями, средство - цель и т. д. Отдельные лингвисты последовательно проводят это разграничение применительно к коррелятивным единицам разных уровней языка и речи: фонема - конкретный звук, морфема -слог, лексема - слово, словосочетание - синтагма, предложение - фраза, сложное синтаксическое целое - сверхфразовое единство. Другие ученые (В. М. Жирмунский, Г. В. Колшанский, А. Г. Спиркин, А. С. Чикобава) отрицают различие между языком и речью, отождествляя эти понятия. Третьи исследователи (Е. М. Галкина--Федорук, В. Н. Ярцева), не противопоставляя и не отождествляя язык и речь, определяют их как две стороны одного явления, характеризующиеся свойствами, по своей природе взаимодополняющими и взаимосвязанными.

Язык и речь

Прежде всего, в чем разница между тем и другим?
Язык представляет собой коммуникационное средство и потому отвечает строгим законам и правилам грамматики, интонационным нормам и нормам произношения. Пользуясь языком, мы находимся в непрерывной нормирующей рефлексии, фиксирующей отклонения от правил.

В обыденной жизни мы редко пользуемся родным языком и не обращаем особого внимания на то, насколько правильно мы говорим или пишем. Дети также не владеют языком - они пользуются речью, на первых порах даже нечленораздельной. Речь (от слова "река") есть поток говорения, писания, чтения, слушания, понимания, в котором коммуникация и мышление склеены, нерасчленены, неразрывны: мы думаем как говорим и говорим, как думаем. Прихотливость и обрывочность мыслей полностью отражается в речевом потоке.

В языке присутствуют только эксплицитные лингвистические средства, речь полна недоговоренностей, недомолвок, межстрочного содержания, имплицитных средств, намеков и скрытых цитат.

Язык существует достаточно самостоятельно от своих носителей. Язык с неочевидностью для нас формирует свои законы и тренды и в этом смысле все они для нас сомнительны, хотя, с другой стороны, мы сами сомнительны относительно языка, постольку, поскольку не владеем им (мы владеем речью), не в полной мере владеем им и, конечно же, не управляем им.

Тот, кто крепко на руку речист, вовсе необязательно знает в совершенстве язык. Знание родного языка для большинства людей более, чем поверхностно: даже в школе вспашка идет не более, чем в пол-лопаты, после же школы язык многими забывается, по сути, напрочь: нормальная жизнь не требует этих знаний, а подавляющему большинству людей рефлексия и мышление претят, поэтому так редки, даже среди филологов и лингвистов, знания языка - вместо знаний мы стараемся обходиться нормами, а нормы не требуют ни рефлексии, ни размышления, их просто надо соблюдать, по возможности. Это - в лучшем случае. В худшем же мы заменяем знание языка догмами: "жи, ши пиши через и" не знание, а догма, если за этим не стоит ничего, например, не стоят фонетические знания.

Философию можно понимать и интерпретировать как рефлексию языка, рефлексию того, что говорится и мыслится. Народы, язык которых не претерпевал серьезного влияния на протяжении значимого исторического промежутка времени, успевали впасть в рефлексию собственного языка и породить тем самым собственную, национальную, философию: китайцы, индийцы, египтяне, греки, римляне, англичане, германцы. Те же, кому история не дала такой передышки и кто живет в суете изменений и влияний, существуют без рефлексии своего языка, не успевая выработать собственную философию: русские, американцы. И, стало быть, все эти ригористы и блюстители "чистоты языка", хотят они того или не хотят, понимают они это или не понимают, но ратуют и борются за то, чтобы настало, наконец, затишье перемен и пришло время рефлексии, время размышлений над собственным языком, время формирования и создания философии.

Отсутствие или рудиментарность философии - беда и горе вполне утешаемые - зато в таких языках обычно очень хороша и сильна литература, поскольку язык постоянно обновляется и пополняется и им так легко и вольготно играется. Нет особой философии у русских, французов, латиноамериканцев и японцев - зато какая литература!

Речь, лишенная рефлексии, имеет зато нечто уникальное в нашем сознании - внутренний голос, находящийся с нами в непрерывном диалоге и - вот уж где полная свобода от грамматического и любого иного строя! Этот внутренний голос - поток сознания, некоторым образом, шизофрения - постольку, поскольку это не монолог, а именно диалог в рамках и пределах одной личности. Мы создаем себе и внутри себя партнера, с которым и общаемся, называя его то внутренним "я", то голосом души, то голосом совести, то Богом.

При всем волюнтаризме речи мы, как правило, лишены четких представлений о языке. Мы, например, зная о постепенной и последовательной редукции падежей в русском языке, не вольны определить, какой из них следующий выйдет из употребления - нам кажется, что они все строго необходимы: отсутствующие в европейских языках творительный и предложный не только весьма распространены, но и агрессивно вытесняют другие, общеевропейские падежи (именительный, винительный, дательный и родительный).

Наконец, речь действует на сознание и побуждает к действию, язык склонен к пониманию и мышлению.

Знаменитая фраза И. Тургенева о богатстве русского языка большинством понимается буквально, дословно и на самом примитивном, морфологическом уровне.

По объему слов русский сильно уступает английскому, да и большинству других языков. Однако из-за неаналитичности, флексичности, обилия приставок, суффиксов и окончаний, из-за свободы в порядке слов в предложении (надо только уметь пользоваться этой свободой!), из-за свободной пунктуации (а этой свободой тоже надо уметь владеть!), русский, безусловно, гораздо богаче любого другого европейского языка. К этому надо также добавить: несомненным богатством русского языка является тот факт, что это - лингвистический коктейль: к славянским и финно-угорским корням сильно подмешаны греческий, татарский, монгольский, немецкий, французский, английский, в меньшей степени - итальянский (макароны-спагетти) и испанский (каналья-кавалерия) - и не только коктейль слов, но и грамматический коктейль.

Еще богаче - русская речь: интонациями, идиоматически, алюзиями, аллитерациями, какой-то невероятной и изощренной эзопностью, но главное богатство русской речи - в молчании. Народ безмолвствует - но как выразительно! Страна, где свобода слова - опасная экзотика уже более тысячи лет, умеет молчать так, что затыкатели и мучители этой свободы не выдерживают и кричат на нас в истерике: "Не молчи, скажи хоть слово!".

В советском языкознании принимается положение, согласно которому язык развивается по своим внутренним законам. Но если признать, что язык и речь являются разными объектами, что единицы языка и речи изучаются в разных науках, то необходимо вывести умозаключение, что у речи должны быть свои особые внутренние законы развития. Если же такое умозаключение не может быть подкреплено наблюдаемыми фактами, то оно должно рассматриваться как свидетельство ложности исходной предпосылки. Так как нет никакой эмпирической базы для признания особых законов развития в языке и в речи, то мы вынуждены рассматривать язык и речь не как разные явления, представляющие собой объекты разных наук, а как разные стороны одного явления, представляющие собой один предмет одной науки.

Преодоление взгляда на язык и речь как на разные явления достигается с помощью выдвижения категории сущности и ее проявления в качестве основания противопоставления языка и речи. Такое понимание основания различения языка и речи исключает возможность отнесения одних фактов к языку, а других - к речи. С этой точки зрения в речи не может быть таких единиц, которые не имели бы места в языке, а в языке нет таких единиц, которые не имели бы места в речи. Язык и речь различаются не по различию явлений, а по различию сущности и ее проявления.

С этой точки зрения единицами языка являются не только слова и их формы, но и свободные словосочетания, а также предложения. В словосочетаниях и предложениях имеется не только то, что всякий раз производится заново, но и то, что во всяком акте общения воспроизводится, - это модели предложений.

Язык представляет собой такую сущность, способом существования и проявления которой является речь. Язык как сущность находит свое проявление в речи. Язык познается путем анализа, речь - путем восприятия и понимания. В выражении "он читает книги" факт употребления слова книги относится к проявлению того, что может найти свое проявление в другом слове, например, "он читает журналы". Есть некое тождество, которое сохраняется и в первом, и во втором предложениях и которое по-разному в них проявляется. Эти предложения со стороны своего различия относятся к речи, а со стороны своего тождества - к языку.

Рассмотрим основания противопоставления языка и речи как разных сторон одного явления. 1. И язык, и речь имеют общественную, социальную природу. Но в акте общения социальная природа языка принимает форму индивидуальной речи. Язык в акте общения не существует иначе, как в форме индивидуального говорения. Для Соссюра язык и речь - разные явления. Язык как социальное явление противопоставляется речи как индивидуальному явлению. По его мнению, в речи нет ничего коллективного, а в языке нет ничего индивидуального. Такое понимание отношения между языком и речью оказывается возможным только в том случае, если предположить, что язык и речь - разные явления, представляющие предметы разных наук. И это понимание совершенно исключается, если отношение языка в речи рассматривается как отношение сущности к ее проявлению. Язык социален по своей природе; индивидуальная форма проявления социальной природы языка свидетельствует, что и индивидуальная форма по своей сущности также социальна. Индивидуальное не противоположно социальному, оно является только формой бытия социального.

Некоторые комментаторы де Соссюра истолковывают соотношение социального и индивидуального как соотношение объективного и субъективного: но их мнению, язык объективен, а речь субъективна. Возможность такого истолкования социального и индивидуального вытекает из предпосылки, согласно которой индивидуальное и социальное противоположны по своей сущности и представлятот собой разные явления. Но если индивидуальное рассматривать как форму существования социального, то необходимо сделать вывод, что первое не является противоположностью второго, что если языку приписывается объективный характер, то он должен быть приписан и речи.
Противопоставление языка и речи по данному основанию предполагает необходимость рассматривать одни и те же единицы и как единицы языка, и как единицы речи. Не может быть единиц, которые, относясь к языку, не относились бы к речи, и наоборот.
2. Язык и речь противопоставляются по основанию общего и единичного, постоянного и переменного. Но опять-таки общее и единичное, постоянное и переменное нельзя рассматривать как отдельные явления, существующие порознь.

Общее и постоянное существует в форме единичного и переменного, а во всяком единичном и переменном есть общее и постоянное. Поясним это на примерах. В предложении "Он смотрел картину" мы можем заменить слово картина словом фотография. В результате этой операции мы получим новое предложение: "Он смотрел фотографию". Но в том, что находится в отношениях взаимной заменяемости, содержится общее, постоянное. Это общее, постоянное проявляется в отдельных словах, имеющих форму винительного падежа. Язык есть речь, взятая со стороны общего и постоянного. Речь есть язык, взятый со стороны единичного и переменного. Всякая лингвистическая единица одной стороной обращена к языку, а другой - к речи. Каждая лингвистическая единица должна рассматриваться и со стороны языка, и со стороны речи. Противопоставление языка и речи по рассматриваемому основанию исключает возможность относить одни единицы к языку, а другие - к речи.
3. Язык и речь различаются по основанию некоего установления и и процесса. Есть язык как средство общения и есть речь как процесс общения с помощью языка. Речь обладает свойством быть громкой или тихой, быстрой или медленной, длинной или краткой; к языку эта характеристика не приложима. Речь может быть монологической, если собеседник только слушает, и диалогической, если в общении принимает участие и собеседник. Язык не может быть ни монологическим, ни диалогическим. Чтобы в речи были свои единицы, отличные от единиц языка, они должны быть выделены по тем свойствам, которыми обладает процесс и которыми не обладает орудие, с помощью которого он совершается.

В отличие от языка как орудия общения в речи мы можем выделить моменты, характеризующие процесс общения. В речи различаются частота повторения тех или других элементов языка в в тех или других условиях процесса общения.

Математическая статистика изучает частоты в форме исчисления разного рода средних величин. Частотность характеризует не единицу структуры, а ее повторяемость в процессе общения. Сила характеризует не фонему как единицу языка, а произношение звука в процессе общения. Можно пользоваться единицами для измерения силы звука. Помехи характеризуют не единицы языка, а осуществление процесса общения. Можно пользоваться единицами для измерения степени помех. Такими единицами не могут быть не только слова или их формы, словосочетания или предложения, но даже и абзацы.

Мы не будем здесь обсуждать, являются ли сложные целые, а также и абзацы единицами языковой или неязыковой структуры. Однако ясно, что они не являются единицами действий, процессов; они представляют собой единицы каких-то структур, скорее неязыковых, чем языковых.

Выделение сложных целых или абзацев в качестве единиц речи, а не языка также не опирается на основание противопоставления языка и речи, как и выделение в качестве единиц речи свободных словосочетаний или предложений.

Нам представляется, что не правы те лингвисты, которые, признавая единицами языка не только слова и формы слов, но и словосочетания и предложения, считают все же, что речь должна обладать своими особыми единицами, каковыми они считают абзац, сложное целое, фразу и т. д.

Итак, язык и речь - не разные явления, а разные стороны одного явления. Все лингвистические единицы являются единицами языка и речи: одной стороной они обращены к языку, другой - к речи.


Примечания:

1. Ф. де Соссюр. Курс общей лингвистики. М., 1933, стр. 39.
2.Там же, стр. 42.
3. Там же.
4. См. А. И. Смирницкий. Синтаксис английского языка.

М., 1957, стр. 13.
5. А. И. Смирницкий. Лексикология английского языка.

М., 1956, стр. 14.

ЯЗЫК это: 1. Система фонетических, лексических и грамматических средств, являющаяся орудием выражения мыслей, чувств, волеизъявлений и служащая важнейшим средством общения людей. Будучи неразрывно связан в своем возникновении и развитии с данны

Язык и речь образуют единый феномен человеческого языка. Язык – это совокупность средств общения людей посредством обмена мыслями и правил употребления этих средств. Язык находит свое проявление в речи. Речь – использование имеющихся языковых средств и правил в самом языковом общении людей; функционирование языка.

Соотношение языка и речи, особенности:

1) язык – это средство общения; речь – это воплощение и реализация языка, который посредством речи выполняет свою коммуникативную функцию;

2) язык абстрактен, формален; речь материальна, в ней корректируется все, что есть в языке, она состоит из артикулируемых звуков, воспринимаемых слухом;

3) язык стабилен, статичен; речь активна и динамична, для нее характерна высокая вариативность;

4) язык является достоянием общества, в нем отражается «картина мира» говорящего на нем народа; речь индивидуальна, она отражает лишь опыт отдельного человека;

5) для языка характерна уровневая организация, которая вносит в последовательность слов иерархичекие отношения; речь имеет линейную организацию, представляя собой последовательность слов, связанных в потоке;

6) язык независим от ситуации и обстановки общения – речь контекстно и ситуативно обусловлена, в речи (особенно поэтической) единицы языка могут приобретать ситуативные значения, которые в языке у них отсутствуют («Отговорила роща золотая березовым веселым языком» (С. Есенин).

Понятия «язык» и «речь» соотносятся как общее и частное: общее (язык) выражается в частном (речи), частное же (речь) есть форма воплощения и реализации общего (языка).

Язык тесно связан со всей человеческой деятельностью и выполняет разнообразные функции.

Функции языка – это проявление его сущности, его назначения и действия в обществе, его природы, т. е. его характеристики, без которых язык не может существовать. Главнейшие функции:

коммуникативная: язык – важнейшее средство человеческого общения (коммуникации), т. е. передачи от одного лица другому какого-либо сообщения с той или иной целью. Язык существует, чтобы обеспечивать общение (коммуникацию). Общаясь друг с другом, люди передают свои мысли, чувства, воздействуют друг на друга;

когнитивная: язык – важнейшее средство получения новых знаний о действительности. Когнитивная функция связывает язык с мыслительной деятельностью человека.

Иные функции:

фатическая (контактоустанавли-вающая) – функция создания и поддержания контакта между собеседниками;

эмотивная (эмоционально-экспрессивная) – выражение субъективно-психологического отношения автора речи к ее содержанию (интонация, восклицание, междометия);

апеллятивная – функция призыва, побуждения к тем или иным действиям (формы повелительного наклонения, побудительные предложения);

аккумулятивная – функция хранения и передачи знаний о действительности, культуре, истории народа;

эстетическая и др.

ЯЗЫК это:

1. Система фонетических, лексических и грамматических средств, являющаяся орудием выражения мыслей, чувств, волеизъявлений и служащая важнейшим средством общения людей. Будучи неразрывно связан в своем возникновении и развитии с данным человеческим коллективом, язык представляет собой явление социальное. Язык образует органическое единство с мышлением, так как одно без другого не существует.

2. Разновидность речи, характеризующаяся теми или иными стилистическими признаками. Книжный язык. Разговорный язык. Поэтический язык. Газетный язык. См. речь во 2-м значении. По вопросу о соотношении понятий "язык" и "речь" выявились в современном языкознании разные точки зрения. Впервые взаимосвязь и взаимодействие обоих явлений отметил швейцарский лингвист Фердинанд де Соссюр: "Без сомнения, оба эти предмета тесно между собою связаны и друг друга взаимно предполагают: язык необходим, чтобы речь была понята и производила свое действие; речь же в свою очередь необходима для того, чтобы установился язык; исторически факт речи всегда предшествует языку".

Многие исследователи (В. Д. Аракин, В. А. Артемов, О. С. Ахманова, Л. Р. Зиндер, Т. П. Ломтев, А. И. Смирницкий и др.) разграничивают эти понятия, находя для этого достаточные общеметодологические и лингвистические основания. Язык и речь противопоставляются по разным основаниям: система средств общения - реализация этой системы (фактический процесс говорения), система лингвистических единиц - их последовательность в акте общения, статическое явление - динамическое явление, совокупность элементов в парадигматическом плане - их совокупность в синтагматическом плане, сущность - явление, общее - отдельное (частное), абстрактное - конкретное, существенное - несущественное, необходимое - случайное, системное - несистемное, устойчивое (инвариантное) - переменное (вариативное), узуальное - окказиональное, нормативное - ненормативное, социальное - индивидуальное, воспроизводимое -производимое в акте общения, код - обмен сообщениями, средство - цель и т. д. Отдельные лингвисты последовательно проводят это разграничение применительно к коррелятивным единицам разных уровней языка и речи: фонема - конкретный звук, морфема -слог, лексема - слово, словосочетание - синтагма, предложение - фраза, сложное синтаксическое целое - сверхфразовое единство. Другие ученые (В. М. Жирмунский, Г. В. Колшанский, А. Г. Спиркин, А. С. Чикобава) отрицают различие между языком и речью, отождествляя эти понятия. Третьи исследователи (Е. М. Галкина--Федорук, В. Н. Ярцева), не противопоставляя и не отождествляя язык и речь, определяют их как две стороны одного явления, характеризующиеся свойствами, по своей природе взаимодополняющими и взаимосвязанными.

Язык и речь

Прежде всего, в чем разница между тем и другим?
Язык представляет собой коммуникационное средство и потому отвечает строгим законам и правилам грамматики, интонационным нормам и нормам произношения. Пользуясь языком, мы находимся в непрерывной нормирующей рефлексии, фиксирующей отклонения от правил.

В обыденной жизни мы редко пользуемся родным языком и не обращаем особого внимания на то, насколько правильно мы говорим или пишем. Дети также не владеют языком - они пользуются речью, на первых порах даже нечленораздельной. Речь (от слова "река") есть поток говорения, писания, чтения, слушания, понимания, в котором коммуникация и мышление склеены, нерасчленены, неразрывны: мы думаем как говорим и говорим, как думаем. Прихотливость и обрывочность мыслей полностью отражается в речевом потоке.

В языке присутствуют только эксплицитные лингвистические средства, речь полна недоговоренностей, недомолвок, межстрочного содержания, имплицитных средств, намеков и скрытых цитат.

Язык существует достаточно самостоятельно от своих носителей. Язык с неочевидностью для нас формирует свои законы и тренды и в этом смысле все они для нас сомнительны, хотя, с другой стороны, мы сами сомнительны относительно языка, постольку, поскольку не владеем им (мы владеем речью), не в полной мере владеем им и, конечно же, не управляем им.

Тот, кто крепко на руку речист, вовсе необязательно знает в совершенстве язык. Знание родного языка для большинства людей более, чем поверхностно: даже в школе вспашка идет не более, чем в пол-лопаты, после же школы язык многими забывается, по сути, напрочь: нормальная жизнь не требует этих знаний, а подавляющему большинству людей рефлексия и мышление претят, поэтому так редки, даже среди филологов и лингвистов, знания языка - вместо знаний мы стараемся обходиться нормами, а нормы не требуют ни рефлексии, ни размышления, их просто надо соблюдать, по возможности. Это - в лучшем случае. В худшем же мы заменяем знание языка догмами: "жи, ши пиши через и" не знание, а догма, если за этим не стоит ничего, например, не стоят фонетические знания.

Философию можно понимать и интерпретировать как рефлексию языка, рефлексию того, что говорится и мыслится. Народы, язык которых не претерпевал серьезного влияния на протяжении значимого исторического промежутка времени, успевали впасть в рефлексию собственного языка и породить тем самым собственную, национальную, философию: китайцы, индийцы, египтяне, греки, римляне, англичане, германцы. Те же, кому история не дала такой передышки и кто живет в суете изменений и влияний, существуют без рефлексии своего языка, не успевая выработать собственную философию: русские, американцы. И, стало быть, все эти ригористы и блюстители "чистоты языка", хотят они того или не хотят, понимают они это или не понимают, но ратуют и борются за то, чтобы настало, наконец, затишье перемен и пришло время рефлексии, время размышлений над собственным языком, время формирования и создания философии.

Отсутствие или рудиментарность философии - беда и горе вполне утешаемые - зато в таких языках обычно очень хороша и сильна литература, поскольку язык постоянно обновляется и пополняется и им так легко и вольготно играется. Нет особой философии у русских, французов, латиноамериканцев и японцев - зато какая литература!

Речь, лишенная рефлексии, имеет зато нечто уникальное в нашем сознании - внутренний голос, находящийся с нами в непрерывном диалоге и - вот уж где полная свобода от грамматического и любого иного строя! Этот внутренний голос - поток сознания, некоторым образом, шизофрения - постольку, поскольку это не монолог, а именно диалог в рамках и пределах одной личности. Мы создаем себе и внутри себя партнера, с которым и общаемся, называя его то внутренним "я", то голосом души, то голосом совести, то Богом.

При всем волюнтаризме речи мы, как правило, лишены четких представлений о языке. Мы, например, зная о постепенной и последовательной редукции падежей в русском языке, не вольны определить, какой из них следующий выйдет из употребления - нам кажется, что они все строго необходимы: отсутствующие в европейских языках творительный и предложный не только весьма распространены, но и агрессивно вытесняют другие, общеевропейские падежи (именительный, винительный, дательный и родительный).

Наконец, речь действует на сознание и побуждает к действию, язык склонен к пониманию и мышлению.

Знаменитая фраза И. Тургенева о богатстве русского языка большинством понимается буквально, дословно и на самом примитивном, морфологическом уровне.

По объему слов русский сильно уступает английскому, да и большинству других языков. Однако из-за неаналитичности, флексичности, обилия приставок, суффиксов и окончаний, из-за свободы в порядке слов в предложении (надо только уметь пользоваться этой свободой!), из-за свободной пунктуации (а этой свободой тоже надо уметь владеть!), русский, безусловно, гораздо богаче любого другого европейского языка. К этому надо также добавить: несомненным богатством русского языка является тот факт, что это - лингвистический коктейль: к славянским и финно-угорским корням сильно подмешаны греческий, татарский, монгольский, немецкий, французский, английский, в меньшей степени - итальянский (макароны-спагетти) и испанский (каналья-кавалерия) - и не только коктейль слов, но и грамматический коктейль.

Еще богаче - русская речь: интонациями, идиоматически, алюзиями, аллитерациями, какой-то невероятной и изощренной эзопностью, но главное богатство русской речи - в молчании. Народ безмолвствует - но как выразительно! Страна, где свобода слова - опасная экзотика уже более тысячи лет, умеет молчать так, что затыкатели и мучители этой свободы не выдерживают и кричат на нас в истерике: "Не молчи, скажи хоть слово!".

В советском языкознании принимается положение, согласно которому язык развивается по своим внутренним законам. Но если признать, что язык и речь являются разными объектами, что единицы языка и речи изучаются в разных науках, то необходимо вывести умозаключение, что у речи должны быть свои особые внутренние законы развития. Если же такое умозаключение не может быть подкреплено наблюдаемыми фактами, то оно должно рассматриваться как свидетельство ложности исходной предпосылки. Так как нет никакой эмпирической базы для признания особых законов развития в языке и в речи, то мы вынуждены рассматривать язык и речь не как разные явления, представляющие собой объекты разных наук, а как разные стороны одного явления, представляющие собой один предмет одной науки.

Преодоление взгляда на язык и речь как на разные явления достигается с помощью выдвижения категории сущности и ее проявления в качестве основания противопоставления языка и речи. Такое понимание основания различения языка и речи исключает возможность отнесения одних фактов к языку, а других - к речи. С этой точки зрения в речи не может быть таких единиц, которые не имели бы места в языке, а в языке нет таких единиц, которые не имели бы места в речи. Язык и речь различаются не по различию явлений, а по различию сущности и ее проявления.

Язык представляет собой такую сущность, способом существования и проявления которой является речь. Язык как сущность находит свое проявление в речи. Язык познается путем анализа, речь - путем восприятия и понимания. В выражении "он читает книги" факт употребления слова книги относится к проявлению того, что может найти свое проявление в другом слове, например, "он читает журналы". Есть некое тождество, которое сохраняется и в первом, и во втором предложениях и которое по-разному в них проявляется. Эти предложения со стороны своего различия относятся к речи, а со стороны своего тождества - к языку.

Рассмотрим основания противопоставления языка и речи как разных сторон одного явления. 1. И язык, и речь имеют общественную, социальную природу. Но в акте общения социальная природа языка принимает форму индивидуальной речи. Язык в акте общения не существует иначе, как в форме индивидуального говорения. Для Соссюра язык и речь - разные явления. Язык как социальное явление противопоставляется речи как индивидуальному явлению. По его мнению, в речи нет ничего коллективного, а в языке нет ничего индивидуального. Такое понимание отношения между языком и речью оказывается возможным только в том случае, если предположить, что язык и речь - разные явления, представляющие предметы разных наук. И это понимание совершенно исключается, если отношение языка в речи рассматривается как отношение сущности к ее проявлению. Язык социален по своей природе; индивидуальная форма проявления социальной природы языка свидетельствует, что и индивидуальная форма по своей сущности также социальна. Индивидуальное не противоположно социальному, оно является только формой бытия социального.

Некоторые комментаторы де Соссюра истолковывают соотношение социального и индивидуального как соотношение объективного и субъективного: но их мнению, язык объективен, а речь субъективна. Возможность такого истолкования социального и индивидуального вытекает из предпосылки, согласно которой индивидуальное и социальное противоположны по своей сущности и представлятот собой разные явления. Но если индивидуальное рассматривать как форму существования социального, то необходимо сделать вывод, что первое не является противоположностью второго, что если языку приписывается объективный характер, то он должен быть приписан и речи.
Противопоставление языка и речи по данному основанию предполагает необходимость рассматривать одни и те же единицы и как единицы языка, и как единицы речи. Не может быть единиц, которые, относясь к языку, не относились бы к речи, и наоборот.
2. Язык и речь противопоставляются по основанию общего и единичного, постоянного и переменного. Но опять-таки общее и единичное, постоянное и переменное нельзя рассматривать как отдельные явления, существующие порознь.

Общее и постоянное существует в форме единичного и переменного, а во всяком единичном и переменном есть общее и постоянное. Поясним это на примерах. В предложении "Он смотрел картину" мы можем заменить слово картина словом фотография. В результате этой операции мы получим новое предложение: "Он смотрел фотографию". Но в том, что находится в отношениях взаимной заменяемости, содержится общее, постоянное. Это общее, постоянное проявляется в отдельных словах, имеющих форму винительного падежа. Язык есть речь, взятая со стороны общего и постоянного. Речь есть язык, взятый со стороны единичного и переменного. Всякая лингвистическая единица одной стороной обращена к языку, а другой - к речи. Каждая лингвистическая единица должна рассматриваться и со стороны языка, и со стороны речи. Противопоставление языка и речи по рассматриваемому основанию исключает возможность относить одни единицы к языку, а другие - к речи.
3. Язык и речь различаются по основанию некоего установления и и процесса. Есть язык как средство общения и есть речь как процесс общения с помощью языка. Речь обладает свойством быть громкой или тихой, быстрой или медленной, длинной или краткой; к языку эта характеристика не приложима. Речь может быть монологической, если собеседник только слушает, и диалогической, если в общении принимает участие и собеседник. Язык не может быть ни монологическим, ни диалогическим. Чтобы в речи были свои единицы, отличные от единиц языка, они должны быть выделены по тем свойствам, которыми обладает процесс и которыми не обладает орудие, с помощью которого он совершается.

В отличие от языка как орудия общения в речи мы можем выделить моменты, характеризующие процесс общения. В речи различаются частота повторения тех или других элементов языка в в тех или других условиях процесса общения.

Математическая статистика изучает частоты в форме исчисления разного рода средних величин. Частотность характеризует не единицу структуры, а ее повторяемость в процессе общения. Сила характеризует не фонему как единицу языка, а произношение звука в процессе общения. Можно пользоваться единицами для измерения силы звука. Помехи характеризуют не единицы языка, а осуществление процесса общения. Можно пользоваться единицами для измерения степени помех. Такими единицами не могут быть не только слова или их формы, словосочетания или предложения, но даже и абзацы.

Мы не будем здесь обсуждать, являются ли сложные целые, а также и абзацы единицами языковой или неязыковой структуры. Однако ясно, что они не являются единицами действий, процессов; они представляют собой единицы каких-то структур, скорее неязыковых, чем языковых.

Выделение сложных целых или абзацев в качестве единиц речи, а не языка также не опирается на основание противопоставления языка и речи, как и выделение в качестве единиц речи свободных словосочетаний или предложений.

Нам представляется, что не правы те лингвисты, которые, признавая единицами языка не только слова и формы слов, но и словосочетания и предложения, считают все же, что речь должна обладать своими особыми единицами, каковыми они считают абзац, сложное целое, фразу и т. д.

Итак, язык и речь - не разные явления, а разные стороны одного явления. Все лингвистические единицы являются единицами языка и речи: одной стороной они обращены к языку, другой - к речи.

Примечания:

1. Ф. де Соссюр. Курс общей лингвистики. М., 1933, стр. 39.
2.Там же, стр. 42.
3. Там же.
4. См. А. И. Смирницкий. Синтаксис английского языка.

М., 1957, стр. 13.
5. А. И. Смирницкий. Лексикология английского языка.