Русская духовная музыка. Русская духовная миссия в иерусалиме


В 1847 году по высочайшему указу государя императора Николая I создается Русская Духовная Миссия в Иерусалиме и начинается приобретение земель в Палестине. На купленных землях строятся монастыри, больницы, школы и гостиницы для паломников из России.
Одним из самых выдающихся начальников Русской Духовной Миссии в Иерусалиме по праву считается архимандрит Антонин (Капустин) С 1869 по 1889 он состоял начальником РДМ. Имя архимандрита Антонина (Капустина) неразрывно связано с русскими землями в Палестине, с археологическими раскопками, на них проведенными, с прекрасными храмами, приютами и подворьями, построенными на этих землях. Многое из созданного отцом Антонином мы потеряли в годы советской власти, что-то осталось в ведении Миссии, а свои права на отдельные участки Русской Православной Церкви приходится отстаивать перед враждебно настроенными странами, именуемыми мировым сообществом. На одном из таких участков находится великая святыня - Дуб Мамврийский, и именно это приобретение отца Антонина стоит вспомнить первым, как главное, что он смог принести в дар своей Церкви и Отечеству.
Многие святыни ко времени назначения отца Антонина Начальником Миссии находились под контролем католиков, протестантов и мусульман. Русским в XII веке принадлежал монастырь Богородицы, а к XIX веку все владения составляли "Русские постройки" (современная территория Миссии). Архимандрит Антонин понимал, что этим нельзя ограничиваться, но бюджет Миссии был весьма скудным (14650 рублей в год). Поэтому отцу Антонину, твердо решившему заняться расширением владений Миссии, приходилось рассчитывать только на помощь паломников и собственные скудные средства (помимо прочего, Консульство запрещало устанавливать кружки для сбора пожертвований на содержание Миссии).
Немалую трудность представляло для отца Антонина и турецкое законодательство, разрешавшее приобретать земли только частным лицам и только подданным Порты. Но эту трудность помог преодолеть верный помощник Начальника и драгоман (переводчик) Миссии Я. Е. Халеби, на имя которого и приобретались все земли. Отец Антонин прекрасно понимал, что инославная пропаганда отчасти сильна и своими владениями, поэтому Начальнику Миссии представлялось необходимым бороться с этим явлением его же оружием. Дуб Мамврийский , около которого Святая Троица явилась Аврааму в виде Трех Странников (Быт. Х1И,18, XVIII, 1-5), находился в самом центре мусульманского фанатизма - в Хевроне. Владел им некий Ибрагим Шаллуди, дороживший своей собственностью отнюдь не из религиозных соображений: если христиане и добирались до Дуба, то Шаллуди продавал им листья, веточки и сучки, получая тем самым некоторый доход. Но, тщательно все разведав, отец Антонин пришел к выводу, что Ибрагим может согласиться продать святыню. И, зимой 1868 года, драгоман Миссии Халеби, снабженный отцом Антонином деньгами, отправился в Хеврон под видом купца из Алепо. После долгих и томительных переговоров, немалых "бакшишей", столь необходимых в той среде, Шаллуди продал участок Халеби.

1 октября 1868 года отец Антонин уже имел на руках документ, составленный по всем турецким законам на имя его верного Халеби, который отныне являлся владельцем Дуба с прилегающим к нему участком "Торжеству и радости не было конца", - пишет отец Антонин …

Шло время, войны перекраивали карту. Часть купленной Россией земель оказалась в Палестине и Иордании. Часть из них в 1964 г. были проданы Н.С. Хрущевым Израилю. Сегодня Русской духовной миссии принадлежит Троицкий собор в Иерусалиме, Горненский монастырь в Эйн-Кареме, участок у дуба Мамврийского в Хевроне, «Русский сад» с гробницей праведной Тавифы в Яффо, участок на берегу Галилейского озера с источником Марии-Магдалины (Магдала) и участок в Иерихоне. Русской зарубежной церкви принадлежат Елеонский (Спасо-Вознесенский) женский монастырь, Русский женский Гефсиманский (Марии-Магдалины) монастырь, русская школа для девочек в Вифании. Особняком стоит Александровское подворье в Иерусалиме с порогом Судных врат, принадлежащее Императорскому Палестинскому православному обществу Зарубежному.

Документ принят на заседании Священного Синода Русской Православной Церкви 16 июля 2013 года ().

27 марта 2007 года на заседании Священного Синода Русской Православной Церкви была принята . В ней сформулированы общие принципы, цели и задачи миссионерского служения, определена миссионерская ответственность священнослужителей и мирян, описаны формы и методы современной миссионерской деятельности. В качестве одной из форм названа внешняя миссия, детальной разработке которой и посвящен настоящий документ.

Термин «миссия» происходит от латинского глагола mittere в значении «посылать, отправлять» и означает «задачу, поручение». Первыми христианскими миссионерами были апостолы (букв. «посланники»), исполнявшие данную им Самим Господом и Спасителем Иисусом Христом заповедь: «Итак, идите, научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Святаго Духа, уча соблюдать их все, что Я повелел вам» (Мф. 28:19-20).

В Символе веры Церковь именуется Апостольской, что указывает не только на апостольское преемство веры и рукоположений, но и на призвание Церкви всегда проповедовать христианскую истину. Таким образом, миссия присуща самой природе Церкви: христианская Церковь есть Церковь миссионерская.

В течение истории изменялись формы и методы миссионерской работы, в результате чего возникли понятия внешней миссии и внутренней миссии .

1. Понятие внешней миссии

Различие внешней и внутренней миссии связано с различием адресатов миссионерского служения Церкви, а также условий, в которых она осуществляется.

Внутренняя миссия обращена к членам Церкви, включая тех, кто крещен, но недостаточно просвещен в православной вере, не имеет опыта участия в тáинственной жизни Церкви, и служит духовному возрастанию ее членов. Неотъемлемой частью этой миссии является катехизация и религиозное образование.

Внешняя миссия обращена к тем, кто находится вне Церкви. Адресатом внешней миссии Церкви являются приверженцы различных верований и носители разных мировоззрений — как религиозных, так и нерелигиозных (светских). Результатом ее является приобщение новых членов к Церкви и, как следствие, создание церковных общин или вовлечение новообращенных членов в жизнь уже существующих общин.

Долгое время внешняя миссия Церкви представляла собой прямую проповедь Евангелия нехристианским народам. Следуя словам Спасителя, Церковь с самого начала своего существования проповедовала Евангелие всем «дальним и ближним» (Еф. 2:17), и эта проповедь исторически привела к возникновению всех существующих Поместных Церквей.

Благодаря миссионерской деятельности Русской Церкви Православие утвердилось среди многих племен и народов, проживающих на ее канонической территории. До 1917 года наша Церковь осуществляла свою внешнюю миссию среди нехристианских народов Российской Империи на территории Сибири и Дальнего Востока, а также за пределами Российской Империи, в частности, в Японии, Китае, Корее, Северной Америке.

Проповедь русских миссионеров сопровождалась созданием церковных общин из числа новообращенных, активной переводческой деятельностью, строительством храмов и монастырей, устройством духовных училищ, школ, библиотек, лечебниц и ремесленных мастерских. Ярким примером остается Японская миссия, являющаяся плодом миссионерских усилий святителя Николая Японского: начавшись с одного храма при русском дипломатическом представительстве, она выросла в , продолжающую и поныне спасительное дело проповеди в своей стране.

Результатом многолетних подвижнических трудов русских миссионеров в Китае и Америке стало создание , возрождающейся после тяжелых лет «культурной революции», и , получившей автокефалию от Русской Православной Церкви в 1970 году.

До революционных событий 1917 года внешняя миссия проводилась Русской Церковью масштабно и организованно, но во время атеистических гонений ХХ века эта деятельность в прежних формах стала невозможной. Она сохранила свою частичную организацию только в церковном Зарубежье, а в Советском Союзе сводилась к индивидуальному свидетельству со стороны священнослужителей и мирян, нередко сопровождавшемуся исповедничеством и даже мученичеством. Масштабная миссия Церкви стала возможной только после обретения ею свободы.

2. «Миссия присутствия» и ее формы

Миссия как прямая проповедь поныне остается основным призванием Церкви — там, где это возможно и уместно. Однако сегодня помимо прямой миссии особое значение приобрело то, что условно можно назвать «миссией присутствия», то есть свидетельство о Евангелии не прямо, а опосредованно — через выражение православной позиции в разных областях общественной и культурной жизни стран, в которых живут представители нашей Церкви. Следует различать следующие формы миссии присутствия:

Информационная — распространение знаний об истории христианства, о Православной Церкви, о культурах православных народов, донесение позиций Церкви по широкому кругу вопросов с помощью средств массовой информации (печатные издания, теле- и радиоканалы, Интернет) до общества, в том числе через участие представителей Церкви в общественной дискуссии.

Культурная — участие официальных представителей Церкви, а также отдельных священнослужителей и мирян в культурной деятельности с целью осуществления православного свидетельства.

Социальная — свидетельство о Христе через доброделание, социальное служение, дела милосердия, помощь бедным и обездоленным, согласно евангельскому призыву: «Так да светит свет ваш пред людьми, чтобы они видели ваши добрые дела и прославляли Отца вашего Небесного» (Мф. 5:16).

Личная — свидетельство православных христиан словом и делом о своей вере, своем духовном опыте и христианских ценностях.

Все вышеперечисленные формы миссии присутствия уместны как в тех странах и обществах, где утвердился мировоззренческий и религиозный плюрализм и действует правовой принцип свободы совести и вероисповедания, так и в тех, где по политическим и иным причинам не признается право на свободу совести, вероисповедания и религиозной проповеди. Особое значение в последних имеет личная миссия, которая часто становится единственно возможной.

Церковь призывает к свободе вероисповедания и учит своих членов уважению и любви к любому человеку, каких бы религиозных взглядов он ни придерживался. Сохраняя верность Евангелию, Церковь ищет такие формы миссии присутствия, которые наиболее уместны в том или ином политическом, общественном, культурном и религиозном контекстах.

3. Свидетельство о Православии среди христиан других конфессий

Русская Православная Церковь не отказывается от свидетельства о Православии среди христиан других конфессий. Она всегда подчеркивала, что контакты с представителями других конфессий, включая двусторонние диалоги, участие в межхристианских конференциях и работа в межхристианских организациях, а также другие формы межхристианского сотрудничества служат главной цели, о которой говорится в , принятых на Юбилейном Архиерейском Соборе 2000 года: «Православная Церковь является хранительницей Предания и благодатных даров Древней Церкви, и поэтому главной своей задачей в отношениях с инославием считает постоянное и настойчивое свидетельство, ведущее к раскрытию и принятию истины, выраженной в этом Предании» (3,1). Также и в решениях Всеправославной встречи в Салониках (1998) решительно подчеркивается, что «мы [православные] не имеем права отказываться от миссии, возложенной на нас Господом нашим Иисусом Христом, — миссии свидетельства Истины перед неправославным миром». В тех случаях, когда наши партнеры по диалогу встают на путь ревизии вечных и неизменных норм, запечатленных в Священном Писании, диалог теряет смысл и прекращается.

4. Диалог с представителями других религий

Современное понимание миссии основано на культуре диалога. Признание принципа свободы религиозного выбора предполагает, что в отношении представителей других религий основной формой свидетельства должен быть диалог. Русская Православная Церковь участвует в межрелигиозном диалоге в разных формах и на разных уровнях, обозначая и отстаивая свои позиции по общественно значимым вопросам, таким как нравственные нормы и ценности, мирное сосуществование, справедливость, уважение человеческого достоинства, защита окружающей среды, биоэтика, права человека и др.

Православная Церковь, исходя из своих собственных вероучительных и канонических принципов, оценивает систему верований и религиозную практику других религий. По отношению же к людям, которые являются приверженцами этих религий или светских идеологий, ее позиция — это позиция уважения и любви. Как писал русский миссионер святитель Иннокентий, митрополит Московский, «если проповедник не будет иметь в себе любви… к тем, кому проповедует, то и самое лучшее и красноречивейшее изложение учения может остаться без всякой пользы, ибо токмо любовь созидает».

Именно такой подход помогает нашей Церкви через диалог с представителями иных религий и мировоззрений содействовать преодолению конфликтов и укреплению солидарности между людьми.

«В современном мире, в котором глобализационные процессы, социальное расслоение, активные и массовые миграции людей сопровождаются нагнетанием насилия, проявлениями террористического экстремизма и этноконфессиональной напряженности, свидетельство и провозглашение возможности примирения между людьми различных национальностей, возрастов и социальных групп, должны стать одним из ключевых содержаний православной миссии. Миссия примирения должна помогать людям осознать возможность и необходимость созидания мира на различных уровнях личного, семейного и общественного бытия, в соответствии с апостольским призывом: «Старайтесь иметь мир со всеми и святость, без которой никто не увидит Господа» (Евр. 12:14)».

5. Миссия в деятельности зарубежных приходов Русской Православной Церкви

Приходы Русской Православной Церкви вне ее канонических пределов изначально создавались с целью попечения об оказавшихся вдали от Родины соотечественниках, но многие из них стали духовным домом и для тех представителей коренных народов, которые обратились в Православие.

Русская Православная Церковь строго придерживается норм канонического права и не ведет своей собственной миссии на канонических территориях других Поместных Православных Церквей, согласно правилу: «епископам всякого народа подобает… творить… каждому только то, что касается до его епархии и до мест к ней принадлежащих» (Ап. 34). Лишь по приглашению соответствующей Поместной Церкви она может участвовать в ее миссионерской деятельности.

В странах, где христианство является частью национальной культуры и сформировало идентичность народа, приходы Русской Православной Церкви не используют в деле свидетельства о Православии среди местных жителей такие методы, которые в современном контексте связываются с понятием прозелитизма. Подобные же требования наша Церковь предъявляет к инославным религиозным организациям на канонической территории Московского Патриархата. В то же время Церковь открыта для всех, кто ищет возможности воспринять в полноте Истину православной веры, а потому в тех государствах, где действует принцип свободы совести, переход в Православие отдельных людей, ранее придерживавшихся иных, религиозных или нерелигиозных, убеждений является результатом их свободного личного выбора.

В странах, где христианство является религией меньшинства, проповедь Православия ведется, в том числе, через вовлечение православных христиан в дела милосердия и благотворительности, поскольку язык добрых дел понятен для людей всех национальностей, религий и культур. Проповедь о Евангелии Христовом наиболее убедительно звучит именно тогда, когда инаковерующий видит в деятельности миссионера исполнение евангельских заповедей.

Воцерковлению местных жителей также способствуют: проповедь Евангелия и совершение богослужения на национальных языках; подготовка клира и миссионеров из местного населения; использование принципа церковной рецепции культуры просвещаемого народа посредством живой проповеди, через воплощение православных идеалов в народной культуре и обычаях; освящение тех национальных черт, которые позволяют народам, при сохранении своей культуры, самоуважении и самоидентификации, внести свой уникальный вклад в молитвенное прославление Бога, пребывая при этом в гармоничном единстве со всей полнотой Церкви; формирование условий для активного участия новообращенных из местного населения в жизни прихода для их воцерковления.

По мере преодоления последствий эпохи гонений, Русская Православная Церковь получает все больше возможностей для расширения внешней миссионерской деятельности. Активизация внешней миссии может проходить по нескольким направлениям.

В теоретической сфере:

  • анализ дореволюционного опыта проповеди нехристианам и его переосмысление в приложении к реалиям настоящего дня, изучение миссионерского опыта других Поместных Православных Церквей, а также деятельности инославных миссионеров;
  • подготовка практических пособий по миссии среди нехристиан;
  • широкое привлечение к делу внешней миссии священнослужителей и мирян Русской Православной Церкви и соответствующая их подготовка .

В сфере практической проповеди среди нехристиан:

  • перевод православной литературы, а также аудио- и видеоматериалов на языки народов с нехристианскими верованиями, населяющих страны канонической ответственности Русской Православной Церкви;
  • осуществление содержащихся в предложений — совершение богослужения на национальных языках, подготовка клира и миссионеров из местного населения.

В сфере миссионерской активности приходов Русской Православной Церкви, находящихся в традиционно православных странах:

  • создание на приходах условий открытости для инославных и нехристиан, интересующихся Православием;
  • обеспечение тех храмов и монастырей, которые регулярно посещают туристы-нехристиане, информационными материалами о Православии на их родном языке, а также информацией о том, где можно узнать больше о духовном наследии Православной Церкви.

В сфере миссионерской активности приходов Русской Православной Церкви, находящихся в дальнем зарубежье:

  • использование местных языков при богослужении;
  • перевод и издание на местных языках православной литературы;
  • проведение регулярных бесед на местных языках, посвященных Православию и пониманию Священного Писания в святоотеческой традиции;
  • расширение социального и образовательного служения приходов (детские кружки, группы социальной поддержки, образовательные курсы для взрослых и т. д.), ориентированного на местных жителей;
  • активное использование местных средств массовой информации для знакомства населения страны с Православием и деятельностью прихода (лекции перед внешней аудиторией, православные фотовыставки, презентации новых изданий, проведение экскурсий по храму и др.);
  • подбор, обучение и последующая интеграция в жизнь прихода кандидатов в священство и миссионеров-катехизаторов из представителей коренного населения.

В меняющемся мире изменяются и формы внешней миссии Церкви, но само христианское свидетельство и проповедь Христа тем, кто еще не слышал о Нем, всегда остается неизменной задачей Церкви.

Иннокентий Московский, свт. Без помощи Божией никто не может быть истинным учеником Иисуса Христа: Из наставления свт. Иннокентия, митрополита Московского, священнику, назначаемому для обращения иноверных и руководствования обращенных в христианскую веру // журнал «Церковно-исторический вестник», № 8, 2001 год.

«Концепция миссионерской деятельности Русской Православной Церкви» (2, 2).

«Прозелитизм» в современном христианском контексте не является синонимом слова «миссия». Прозелитизм, в отличие от миссии, имеет негативный смысл, поскольку под ним понимаются целенаправленные усилия по обращению других христиан в свое исповедание с применением предосудительных методов. Среди них - экономическое и политическое влияние, использование бедственного положения людей, в котором им предлагается медицинская и гуманитарная помощь, психологическое воздействие, а также пренебрежительное отношение к другим исповеданиям. Прозелитизмом также является организованная миссия среди людей, традиционно и культурно принадлежащих к местной христианской общине.

«Концепция миссионерской деятельности Русской Православной Церкви» (2, 1).

На недавней встрече Патриарха Московского и всея Руси Алексия II с главой Палестинской автономии Махмудом Аббасом из уст Святейшего прозвучали пожелания об оформлении церковной собственности в Хевроне и Иерихоне за Русской Духовной Миссией: "Полагаю, что настало время, когда юридически необходимо закрепить за Миссией право на эту собственность".

Архиереи Зарубежной Церкви встретили просьбу настороженно и заговорили "об угрозе процессу объединения".

Такая реакция с их стороны станет понятна, если вернуться к событиям сорокалетней давности, к началу весны 1966 года.

Определением Святейшего Патриарха Алексия I и Священного Синода Русской Православной Церкви от 7 марта 1966 года архимандрит Владимир (Сабодан), ректор Одесской Духовной семинарии , был назначен заместителем начальника Русской Духовной миссии в Израиле с пребыванием в Иордании, на территории которой действовали представители Русской Зарубежной Церкви. Для того, чтобы понять сложность и запутанность описываемых далее событий, следует подробнее представить предшествующую им историю.

Начало духовного представительства России на Святой Земле положила высочайшая резолюция императора Николая I об учреждении Русской Духовной миссии в Иерусалиме в 1847 г. Ранее Россия оказала помощь в отстаивании самостоятельности Иерусалимской Церкви от притязаний Константинополя на право избрания Иерусалимского Патриарха. Миссия должна была представительствовать от лица Русской Православной Церкви перед Иерусалимским Патриархатом, содействовать интересам Православия и помогать русским паломникам в Святой Земле, а также помогать местному духовенству и мирянам, в основном православным арабам. Первым начальником Миссии стал архимандрит Порфирий (Успенский), выдающийся российский археолог.

Особый вклад в развитие деятельности Русской Духовной миссии внес архимандрит Антонин (Капустин), назначенный на пост ее начальника в 1865 г. За годы его служения (до 1894 г.) Русская Православная Церковь не только укрепила свои отношения с Иерусалимской Церковью, но и благодаря его стараниям стала владеть многими священно-историческими местами Палестины. Верным помощником отца Антонина был Я. Е. Халеби. Турецкое законодательство разрешало приобретать земли только частным лицам и только подданным Порты. Именно поэтому земли приобретались на имя Халеби. Начало было положено в октябре 1868 г. покупкой Дуба Мамврийского с прилегающим к нему участком земли. Всего же архимандритом Антонином было куплено и законно оформлено 13 участков площадью около 425000 кв. метров, стоимостью до миллиона рублей золотом.

Новое столетие стало трагическим для этого региона. В конце Первой мировой войны арабы при поддержке британских войск изгнали турок, а с 25 апреля 1920 года мандат на управление этой территорией получила от Лиги Наций Британия. В июле 1937 г. королевская комиссия во главе с министром по делам Индии лордом Пилем рекомендовала разделить территорию британской подмандатной Палестины на арабское и еврейское государство. Тогда это сделать не удалось из-за несогласия арабов, в 1947 г. ООН взяла на себя ответственность за судьбу этой территории. Был разработан план, по которому 56,44% территории на запад от реки Иордан отходило к еврейскому государству, а 43,53% - к арабскому, при этом Иерусалим становился анклавом сосуществования нескольких общин. Палестинцы не согласились, и реализация плана не состоялась. Лондон объявил, что прекращает управление подмандатной Палестиной 15 мая 1948 г., в этот же день вступила в силу Декларация о создании еврейского государства. В день провозглашения Израиля пять арабских стран - Иордания, Египет, Ливан, Сирия и Ирак объявили ему войну и вторглись на территорию только что созданного государства, однако их армии были отброшены израильтянами. В результате перемирия Израиль включил в свои границы часть бывшей британской Палестины. Египет удержал сектор Газа, а окрестности Иерусалима и земли, известные сегодня как Западный берег, аннексировала Иордания, в 1966 году они по-прежнему входили в ее территорию, и именно сюда был направлен архимандрит Владимир. Спустя год, в ходе шестидневной войны 1967 г., Израиль отберет восточный Иерусалим и Западный берег у Иордании, но это будет позже означенных событий, о которых речь пойдет далее.

Преданным чадом Русской Православной Церкви в этих местах была 65-летняя монахиня Серафима Путятина, прибывшая в эти края в середине 50-х годов. Ее пострижение благословил митрополит Николай (Ярушевич). Встречалась матушка Серафима и со Святейшим Патриархом Алексием I, и с митрополитом Никодимом (Ротовым). Ее письма к ним и по сей день являются важным источником, повествующим о событиях, предшествующих появлению в Иордании посланца из Москвы.

Близким к ней по взглядам был настоятель Братства Святого Гроба Господня архимандрит Герман, представитель Иерусалимской Патриархии, которого хорошо знали и в советском посольстве в Иордании. С ним она делилась своими радостями и горестями, доверяла ему передачу писем, адресованных Святейшему Патриарху Алексию (отец Герман передавал их через посольство или через начальника Духовной миссии в Иерусалиме).

В одном из своих писем матушка Серафима оценивала ситуацию так: "Бездействие с нашей стороны является для раскольников созидательной работой, они крепнут, потому что нас нет!". Это письмо было датировано 1-м марта 1966 года. А через две недели архимандриту Владимиру (Сабодану) надлежало явиться к новому месту служения.

Иерусалимский Патриарх Венедикт был уведомлен телеграммой из Москвы о его приезде как заместителя, но без развернутого объяснения. Оно состоялось только 15 марта на аудиенции у Иерусалимского Патриарха. Именно тогда архимандрит вручил Венедикту письмо от Святейшего Патриарха Алексия. Позже владыка Владимир вспоминал: "Так как никто не знал заранее, с какой миссией я прибываю, то письмо, врученное Его Блаженству, явилось громом среди ясного дня. Блаженнейший, прочитав внимательно приготовленный в посольстве перевод письма Святейшего Патриарха Алексия, с мрачным и раздраженным видом заявил, что сам решить этот вопрос он не может, а поэтому завтра созывает Синод и на Синоде будут решать: принять меня или нет..." .

Синод ничего не решил. Против присутствия архимандрита Владимира, кроме Патриарха, выступили архиепископы Василий и Афинагор. Венедикт не скрывал обиды, а одна из арабских газет 18 марта указала на конкретную причину приезда архимандрита Владимира: он будет смотреть за имуществом, принадлежащим Русской Церкви. А пока его, в ожидании решения, поселили в здании при Патриархии. "Комнату ему представили из худших, с невыносимыми условиями пребывания. И вообще отношение было далеко не гостеприимное. К нему были приставлены два архимандрита, которые фактически следили за всеми его передвижениями. Все греческие Преосвященные и священники Иерусалимской Патриархии явно сторонились и избегали встреч с архимандритом Владимиром". Только спустя неделю немного улучшился рацион питания: кроме постоянной чечевицы теперь подавались маслины и салат.

И если Патриарх Венедикт выжидал, то представители Русской Зарубежной Церкви во главе с протопресвитером Г. Граббе засуетились: прибытие отца Владимира в Старый город напугало их. Только-только улеглись страсти с имуществом, а тут - посланник Московской Патриархии и прямо в Иорданию. (С момента установления дипломатических отношений между СССР и Иорданией некоторые лидеры иорданского правительства считали, что все русское имущество следует передать советскому руководству.) Зарубежная Церковь нашла поддержку у США, был даже составлен специальный документ для суда в Гааге.

До судебного разбирательства дело не дошло. Иорданское руководство все оставило как есть. А один из крупных чиновников в разговоре с архимандритом Владимиром так озвучил правительственную линию: "Мы имеем телеграммы от трех Церквей, заявляющих свой протест по поводу вашего появления и тем более пребывания здесь. (Назвать Церкви он отказался.) И мы Вас не признаем здесь, можете не надеяться. Запомните, мы признаем здесь единственную Русскую Церковь - белую. Это мнение всего нашего правительства и мы ему никогда не изменим, мы не будем и не собираемся отступать от него. И Патриарх Венедикт Вас не признает..." .

Иерусалимский Патриарх метался, не зная, что делать: с одной стороны жали зарубежники, раздувая шумиху о том, что "в Израиле советским посольством проданы все церковные участки, такова, мол, судьба ждет и участки в Иордании. Советы продадут кому угодно, чтобы только не оставлять это в церковных руках, большевики хотят уничтожить русскую настоящую церковь в Иордании" . С другой стороны - ссориться с Москвой не хотелось.

Но оставаться в двусмысленном положении не хотелось еще больше. И Патриарх Венедикт решился...

"Иерусалим, Иордания

Его Блаженству Патриарху Московскому и всея Руси.

Мы были удивлены и весьма огорчены решением Вашего Блаженства и Священного Синода в отношении внезапного и неожиданного назначения архимандрита Владимира (Сабодана) заместителем начальника Русской Духовной миссии в Иордании без нашего согласия, несмотря на то, что Мы являемся Верховной Церковной властью.

Это было сделано без каких-либо простых предварительных предупреждений, необходимых согласно правилам вежливости со стороны Вашего Блаженства. По крайней мере, по долгу существующих братских отношений, подобное назначение ставит нас перед свершившимся фактом и может разрушить основу существующих братских отношений между нашими Патриархатами. Отравляет дружественные хорошие взаимоотношения, развивающиеся между нами. Мы не только не можем принять подобное назначение в любом смысле, но протестуем против основания постоянной Русской Духовной миссии в Иордании, которое противоречит положениям Священного Канонического Права и Законов Нашего Патриархата. Принимая во внимание то, что в нашем Патриархате существует Русская Духовная миссия, к которой мы относимся с уважением и к которой Наше отношение всегда было положительно братским, безупречно удовлетворяя любое соответствующее дело, желая поддержать неразрывную связь братства между нашими Святыми Церквами, Мы очень просим Ваше Блаженство немедленно отменить назначение архимандрита Владимира, пока данное дело не приведет к неприятным последствиям, принимая во внимание то, что Наше положение здесь весьма деликатное, и подобное назначение может усложнить дело и может нанести вред, что Вашему Блаженству, безусловно, нежелательно.

С братской любовью,

Патриарх Венедикт" .

Патриарх Венедикт был человеком сложным и неоднозначным. Так, в одном из отчетов начальника Духовной миссии в Иерусалиме архимандрита Гермогена митрополиту Никодиму (Ротову) были и такие слова: "Архимандрит Герман неоднократно говорил мне, что Патриарх Венедикт, в случае, если мы будем противиться его требованиям, то он может допустить раскольников к совместному богослужению у Гроба Господня и в других храмах Патриархии".

Особенности его характера отмечала в письме к Патриарху Алексию и монахиня Серафима: "Вчера меня вызвал архиепископ Афинагор и от имени Патриарха Венедикта запретил мне носить крест, который Вы изволили на меня возложить, и который я неизменно надевала, когда ходила в церковь на литургию. Первая моя реакция была та, которую следовало ожидать от многовековой традиции, в которой я была воспитана. Я возразила, что Ваше Святейшество возложили на меня крест, и только Вы имеете право крест этот с меня снять <...> Зная хорошо характер своего Первосвятителя, отец Герман не сомневается, что малейшее с моей стороны неповиновение вызовет мое быстрое изгнание из Иерусалимской епархии, и тогда ведь я даже не смогу перебраться в Израиль". Позже все именно так и случилось.

Позиция Иерусалимского Патриарха и определенной части иорданского руководства являлась прежде всего результатом сложной политической ситуации в этом регионе: здесь столкнулись интересы США, Израиля и Советского Союза. Касались они и собственности, принадлежавшей до октябрьских событий 1917 года России и Русской Православной Церкви. (В означенный период она находилась в руках Русской Зарубежной Церкви.) В одном из своих отчетов Председателю ОВЦС митрополиту Никодиму (Ротову) архимандрит Владимир подчеркнул: "Нужно сказать, что раскольники действительно сильны. Вся их мощь и сила в посольствах Америки и Англии. У нас, к сожалению, такой силы еще нет в Иордании ни церковной, ни гражданской, чтобы можно было в гармоническом сочетании творить историческую правду. Мое там пребывание в этом меня убедило" .

Не было должных сил и на территориях, окормляемых Русской Духовной миссией. Прежде всего это касалось Горненской Обители. По оценке архимандрита Гермогена, "администрация монастыря во главе с игуменией Тавифой малоинициативна и бездеятельна, в то время как некоторые из старых монахинь, хоть их осталось совсем немного, часто проявляют инициативу в целях дезорганизации". Выход, по мнению начальника Духовной миссии в Иерусалиме, был один - появление в монастыре новой игумении, которая "могла быть хорошим руководителем и организатором".

Архимандрит Гермоген считал, что если использовать "обширные территории хотя бы на 60-70%, то можно было бы поднять монастырь во многих сторонах его жизни. Для этого необходимо, во-первых, разрешить вышеуказанную проблему и прислать новое пополнение монахинь с родины, хотя бы человек пятнадцать". Это было необходимо, так как большинство монахинь находились в преклонном возрасте. "Из 51 монахини - 28 нетрудоспособных совершенно, а из оставшихся - 10 монахинь находятся на послушании по участкам Миссии, как-то: в Тиверии, в Хайфе, в Яффе. Эти оставшиеся 13 монахинь несут все тяготы монастырской работы: хозяйственные, церковные и уход за больными". (Спустя какое-то время в обитель приехали монахини из Советского Союза, но архимандрит Гермоген этого уже не застал: он покинул Миссию вскоре после описываемых событий.)

Незадолго до своего отъезда архимандрит Гермоген установил отношения с насельницами Елеонского и Гефсиманского монастырей, находившихся под окормлением Русской Зарубежной Церкви. Некоторые монахини открыто заявляли о готовности уйти под опеку Русской Духовной миссии. "Такими монахинями являются Валентина и Феодосия, находящиеся в Александровском подворье ("Русские раскопки"). Эти монахини заслуживают особого внимания, так как они единственные, которые после выселения монахини Серафимы Путятиной из Иордании открыто общаются с нами, информируют нас об обстановке в Иерусалимской Патриархии и активно защищают интересы нашей Миссии". Будущему начальнику Миссии архимандрит Гермоген рекомендовал не прерывать этих связей и опираться на них.

Среди монахинь, проживающих в Малой Гефсимании, была вдова знаменитого русского композитора Глазунова. Матушка Александра, как отмечал отец Гермоген, "пользуется авторитетом среди монахинь раскольнических монастырей и с нею считается их руководство. Она неоднократно вела переговоры с настоятелем русского храма в Хевроне и уже добилась его согласия встретиться со мною, правда, не открыто, а незаметно для других, на ее квартире".

Неожиданным был один из мотивов предполагаемой встречи: "Монахиня Александра поговаривает о перенесении останков своего мужа композитора Глазунова из Парижа в Москву. Только она желает, чтобы перенесение было соблюдено по всем религиозным формам". Встреча с матушкой Александрой у архимандрита Гермогена так и не состоялась, а в 1966 году в планы советского руководства перенесение праха композитора явно не входило.

Москву интересовала недвижимость в Иордании. В посольстве этим вопросом занимался советник Ю. Сусликов. Он не только подробно писал в МИД о том, что и где было куплено в 80-х годах XIX века начальником Русской Духовной миссии отцом Антонином (Капустиным), но и сам посещал эти удивительные места. Одним из таких мест была Лавра Преподобного Харитона в Айн-Фарре (примерно в 10 км к северо-востоку от Иерусалима). При жизни Преподобного в Лавре собирались до 4 тысяч молящихся. К моменту приезда архимандрита Антонина (Капустина) здесь остались только пустые пещеры и развалины былых строений. Архимандрит приложил много усилий для покупки этого места, но его старания успехом не увенчались. Лишь в 1903 году остатки строений были приобретены иеросхимонахом Пантелеймоном, настоятелем русской обители на Афоне. Лавра была восстановлена, но перед самым началом Второй мировой войны она сильно пострадала от пожара. После войны иеромонах Герасим, много сделавший для сохранения святыни, из-за старости и немощи вынужден был уехать в Иерусалим, передав Лавру эмигрантской Духовной миссии. В начале 60-х годов отца Герасима не стало. В 1966 году Лавра представляла собой "участок земли у отвесной скалы (до 50 км); к ней же относится также участок земли на вершине скалы.
.
..Лавра огорожена, над железными входными воротами установлен крест. На участке построен небольшой двухэтажный дом с часовней и 2 кельи.

В большой пещере в склоне горы на высоте 10-12 м устроена церковь (20-30 м, - так в документе - О. В.), а рядом в пещере поменьше повешены афонскими монахами три малых колокола;

В Лавре постоянно никто не живет; один раз в два-три месяца в Лавру приезжает наблюдающий иеромонах Мефодий (по другим данным - Мелетий), приехавший в Иорданию из Югославии; он живет в Лавре по несколько дней <...> Богослужение совершается только раз в году - в день Преподобного Харитона" .

К подробному отчету советника посольства были приложены фотографии. И это - только одно из мест, интересовавших как церковную, так и гражданскую власть в Советском Союзе. (Как известно, вопрос собственности был и остается одним из самых сложных в любых переговорных процессах. И последние события тому подтверждение.) Но об этом чуть позже...

А тогда, в марте 1966 года нужно было выходить из сложившейся ситуации, которая обострила отношения между братскими Церквами.

С миротворческой миссией в Иерусалим выехал митрополит Никодим, прибывший туда вместе с группой паломников 8 апреля. И как отмечал начальник Русской Духовной миссии архимандрит Гермоген, "сгустившиеся тучи рассосались, и страсти улеглись. Даже несмотря на то, что архимандрит Владимир все-таки покинул Иорданию в результате неблагоприятной политической обстановки в Иордании, следует считать, что приезд Вашего Высокопреосвященства сыграл решающую положительную роль в укреплении братских взаимоотношений между Иерусалимской и Русской Православными Церквами, и это основа нашего будущего в Иерусалиме и даже других местах за рубежом" .

Мудрый отец Гермоген, анализируя всю ситуацию, сделал вывод, с которым трудно не согласиться: "шумиха с телеграммой, выдворение монахини Серафимы и архимандрита Владимира должны были создать общественное мнение о якобы состоявшемся конфликте между Русской и Иерусалимской Церквами" .

Дипломатический дар митрополита Никодима успокоил Патриарха Венедикта, но вопрос о деятельности Иорданской Духовной миссии пришлось отложить на долгие годы.

По распоряжению Ясира Арафата в 1997 году Русская Православная Церковь получила Троицкий монастырь в Хевроне, а в 2000 году - подворье в Иерихоне. Их возвращение произошло до начала переговоров с Русской Православной Церковью за рубежом в ноябре 2003 г. Руководство Зарубежной Церкви, по словам секретаря Архиерейского синода РПЦЗ епископа Манхэттенского Гавриила, рассчитывало, что Московская Патриархия в знак примирения вернет часть отобранной в Палестине собственности РПЦЗ. Поэтому просьба Патриарха юридически закрепить за миссией РПЦ право на нее тут же вызвала резкий протест со стороны иерархов Зарубежной Церкви. "Я очень разочарован, - заявил "Коммерсанту" заместитель председателя Архиерейского синода РПЦЗ архиепископ Германский Марк. - Ведь в начале процесса было сделано заявление о том, что мы должны воздерживаться от любых действий и высказываний, которые могут огорчить другую сторону. А это именно такое действие". В августе 2004 года Синод Русской Православной Церкви принял решение отказаться от возбуждения судебных исков и прекратить существующие судебные дела по имущественным претензиям к Зарубежной Церкви. Подобное решение приняли и зарубежные архиереи. События показывают, что действеннее было бы для обеих сторон отказаться от новых имущественных споров и сохранить положение, сложившееся на момент начала переговоров, чтобы история не могла повториться.

1 Ныне - митрополит Киевский и всея Украины. - Ред.
2 Материалы Государственного архива Российской Федерации (ГАРФ). Ф. 6991. Оп. 6. Д. 60. Л. 139.
3 Там же. Л. 63.
4 Там же. Л. 66.
5 Там же. Л. 37.
6 Там же. Л. 66.
7 Там же. Л. 23.
8 Там же. Л. 57.
9 Там же.

На недавней встрече Патриарха Московского и всея Руси Алексия II с главой Палестинской автономии Махмудом Аббасом из уст Святейшего прозвучали пожелания об оформлении церковной собственности в Хевроне и Иерихоне за Русской Духовной Миссией: “Полагаю, что настало время, когда юридически необходимо закрепить за Миссией право на эту собственность”. Архиереи Зарубежной Церкви встретили просьбу настороженно и заговорили “об угрозе процессу объединения”.

Такая реакция с их стороны станет понятна, если вернуться к событиям сорокалетней давности, к началу весны 1966 года.

* * *

Определением Святейшего Патриарха Алексия I у Священного Синода Русской Православной Церкви от 7 марта 1966 года архимандрит Владимир (Сабодан), ректор Одесской Духовной семинарии , был назначен заместителем начальника Русской Духовной миссии в Израиле с пребыванием в Иордании, на территории которой действовали представители Русской Зарубежной Церкви. Для того, чтобы понять сложность и запутанность описываемых далее событий, следует подробнее представить предшествующую им историю.

Начало духовного представительства России на Святой Земле положила высочайшая резолюция императора Николая I об учреждении Русской Духовной миссии в Иерусалиме в 1847 г. Ранее Россия оказала помощь в отстаивании самостоятельности Иерусалимской Церкви от притязаний Константинополя на право избрания Иерусалимского Патриарха. Миссия должна была представительствовать от лица Русской Православной Церкви перед Иерусалимским Патриархатом, содействовать интересам Православия и помогать русским паломникам в Святой Земле, а также помогать местному духовенству и мирянам, в основном православным арабам. Первым начальником Миссии стал архимандрит Порфирий (Успенский), выдающийся российский археолог.

Особый вклад в развитие деятельности Русской Духовной миссии внес архимандрит Антонин (Капустин), назначенный на пост ее начальника в 1865 г. За годы его служения (до 1894 г.) Русская Православная Церковь не только укрепила свои отношения с Иерусалимской Церковью, но и благодаря его стараниям стала владеть многими священно-историческими местами Палестины. Верным помощником отца Антонина был Я. Е. Халеби. Турецкое законодательство разрешало приобретать земли только частным лицам и только подданным Порты. Именно поэтому земли приобретались на имя Халеби. Начало было положено в октябре 1868 г. покупкой Дуба Мамврийского с прилегающим к нему участком земли. Всего же архимандритом Антонином было куплено и законно оформлено 13 участков площадью около 425000 кв. метров, стоимостью до миллиона рублей золотом.

Новое столетие стало трагическим для этого региона. В конце Первой мировой войны арабы при поддержке британских войск изгнали турок, а с 25 апреля 1920 года мандат на управление этой территорией получила от Лиги Наций Британия. В июле 1937 г. королевская комиссия во главе с министром по делам Индии лордом Пилем рекомендовала разделить территорию британской подмандатной Палестины на арабское и еврейское государство. Тогда это сделать не удалось из-за несогласия арабов, в 1947 г. ООН взяла на себя ответственность за судьбу этой территории. Был разработан план, по которому 56,44% территории на запад от реки Иордан отходило к еврейскому государству, а 43,53% - к арабскому, при этом Иерусалим становился анклавом сосуществования нескольких общин. Палестинцы не согласились, и реализация плана не состоялась. Лондон объявил, что прекращает управление подмандатной Палестиной 15 мая 1948 г., в этот же день вступила в силу Декларация о создании еврейского государства. В день провозглашения Израиля пять арабских стран - Иордания, Египет, Ливан, Сирия и Ирак объявили ему войну и вторглись на территорию только что созданного государства, однако их армии были отброшены израильтянами. В результате перемирия Израиль включил в свои границы часть бывшей британской Палестины. Египет удержал сектор Газа, а окрестности Иерусалима и земли, известные сегодня как Западный берег, аннексировала Иордания, в 1966 году они по-прежнему входили в ее территорию, и именно сюда был направлен архимандрит Владимир. Спустя год, в ходе шестидневной войны 1967 г., Израиль отберет восточный Иерусалим и Западный берег у Иордании, но это будет позже означенных событий, о которых речь пойдет далее.

Преданным чадом Русской Православной Церкви в этих местах была 65-летняя монахиня Серафима Путятина, прибывшая в эти края в середине 50-х годов. Ее пострижение благословил митрополит Николай (Ярушевич). Встречалась матушка Серафима и со Святейшим Патриархом Алексием I, с митрополитом Никодимом (Ротовым). Ее письма к ним и по сей день являются важным источником, повествующим о событиях, предшествующих появлению в Иордании посланца из Москвы.

Близким к ней по взглядам был настоятель Братства Святого Гроба Господня архимандрит Герман, представитель Иерусалимской Патриархии, которого хорошо знали и в советском посольстве в Иордании. С ним она делилась своими радостями и горестями, доверяла ему передачу писем, адресованных Святейшему Патриарху Алексию (отец Герман передавал их через посольство или через начальника Духовной миссии в Иерусалиме).

В одном из своих писем матушка Серафима оценивала ситуацию так: “Бездействие с нашей стороны является для раскольников созидательной работой, они крепнут, потому что нас нет!”. Это письмо было датировано 1-м марта 1966 года. А через две недели архимандриту Владимиру (Сабодану) надлежало явиться к новому месту служения.

Иерусалимский Патриарх Венедикт был уведомлен телеграммой из Москвы о его приезде как заместителя, но без развернутого объяснения. Оно состоялось только 15 марта на аудиенции у Иерусалимского Патриарха. Именно тогда архимандрит вручил Венедикту письмо от Святейшего Патриарха Алексия. Позже владыка Владимир вспоминал: “Так как никто не знал заранее, с какой миссией я прибываю, то письмо, врученное Его Блаженству, явилось громом среди ясного дня. Блаженнейший, прочитав внимательно приготовленный в посольстве перевод письма Святейшего Патриарха Алексия, с мрачным и раздраженным видом заявил, что сам решить этот вопрос он не может, а поэтому завтра созывает Синод и на Синоде будут решать: принять меня или нет…” .

Синод ничего не решил. Против присутствия архимандрита Владимира, кроме Патриарха, выступили архиепископы Василий и Афинагор. Венедикт не скрывал обиды, а одна из арабских газет 18 марта указала на конкретную причину приезда архимандрита Владимира: он будет смотреть за имуществом, принадлежащим Русской Церкви. А пока его, в ожидании решения, поселили в здании при Патриархии. “Комнату ему представили из худших, с невыносимыми условиями пребывания. И вообще отношение было далеко не гостеприимное. К нему были приставлены два архимандрита, которые фактически следили за всеми его передвижениями. Все греческие Преосвященные и священники Иерусалимской Патриархии явно сторонились и избегали встреч с архимандритом Владимиром”. Только спустя неделю немного улучшился рацион питания: кроме постоянной чечевицы теперь подавались маслины и салат.

И если Патриарх Венедикт выжидал, то представители Русской Зарубежной Церкви во главе с протопресвитером Г. Граббе засуетились: прибытие отца Владимира в Старый город напугало их. Только-только улеглись страсти с имуществом, а тут - посланник Московской Патриархии и прямо в Иорданию. (С момента установления дипломатических отношений между СССР и Иорданией некоторые лидеры иорданского правительства считали, что все русское имущество следует передать советскому руководству.) Зарубежная Церковь нашла поддержку у США, был даже составлен специальный документ для суда в Гааге.

До судебного разбирательства дело не дошло. Иорданское руководство все оставило как есть. А один из крупных чиновников в разговоре с архимандритом Владимиром так озвучил правительственную линию: “Мы имеем телеграммы от трех Церквей, заявляющих свой протест по поводу вашего появления и тем более пребывания здесь. (Назвать Церкви он отказался.) И мы Вас не признаем здесь, можете не надеяться. Запомните, мы признаем здесь единственную Русскую Церковь - белую. Это мнение всего нашего правительства и мы ему никогда не изменим, мы не будем и не собираемся отступать от него. И Патриарх Венедикт Вас не признает…” .

Иерусалимский Патриарх метался, не зная, что делать: с одной стороны жали зарубежники, раздувая шумиху о том, что “в Израиле советским посольством проданы все церковные участки, такова, мол, судьба ждет и участки в Иордании. Советы продадут кому угодно, чтобы только не оставлять это в церковных руках, большевики хотят уничтожить русскую настоящую церковь в Иордании” . С другой стороны - ссориться с Москвой не хотелось.

Но оставаться в двусмысленном положении не хотелось еще больше. И Патриарх Венедикт решился…

“Иерусалим, Иордания

Его Блаженству Патриарху Московскому и всея Руси.

Мы были удивлены и весьма огорчены решением Вашего Блаженства и Священного Синода в отношении внезапного и неожиданного назначения архимандрита Владимира (Сабодана) заместителем начальника Русской Духовной миссии в Иордании без нашего согласия, несмотря на то, что Мы являемся Верховной Церковной властью.

Это было сделано без каких-либо простых предварительных предупреждений, необходимых согласно правилам вежливости со стороны Вашего Блаженства. По крайней мере, по долгу существующих братских отношений, подобное назначение ставит нас перед свершившимся фактом и может разрушить основу существующих братских отношений между нашими Патриархатами. Отравляет дружественные хорошие взаимоотношения, развивающиеся между нами. Мы не только не можем принять подобное назначение в любом смысле, но протестуем против основания постоянной Русской Духовной миссии в Иордании, которое противоречит положениям Священного Канонического Права и Законов Нашего Патриархата. Принимая во внимание то, что в нашем Патриархате существует Русская Духовная миссия, к которой мы относимся с уважением и к которой Наше отношение всегда было положительно братским, безупречно удовлетворяя любое соответствующее дело, желая поддержать неразрывную связь братства между нашими Святыми Церквами, Мы очень просим Ваше Блаженство немедленно отменить назначение архимандрита Владимира, пока данное дело не приведет к неприятным последствиям, принимая во внимание то, что Наше положение здесь весьма деликатное, и подобное назначение может усложнить дело и может нанести вред, что Вашему Блаженству, безусловно, нежелательно.

С братской любовью,

Патриарх Венедикт был человеком сложным и неоднозначным. Так, в одном из отчетов начальника Духовной миссии в Иерусалиме архимандрита Гермогена митрополиту Никодиму (Ротову) были и такие слова: “Архимандрит Герман неоднократно говорил мне, что Патриарх Венедикт, в случае, если мы будем противиться его требованиям, то он может допустить раскольников к совместному богослужению у Гроба Господня и в других храмах Патриархии”.

Особенности его характера отмечала в письме к Патриарху Алексию и монахиня Серафима: “Вчера меня вызвал архиепископ Афинагор и от имени Патриарха Венедикта запретил мне носить крест, который Вы изволили на меня возложить, и который я неизменно надевала, когда ходила в церковь на литургию. Первая моя реакция была та, которую следовало ожидать от многовековой традиции, в которой я была воспитана. Я возразила, что Ваше Святейшество возложили на меня крест, и только Вы имеете право крест этот с меня снять <…> Зная хорошо характер своего Первосвятителя, отец Герман не сомневается, что малейшее с моей стороны неповиновение вызовет мое быстрое изгнание из Иерусалимской епархии, и тогда ведь я даже не смогу перебраться в Израиль”. Позже все именно так и случилось.

Позиция Иерусалимского Патриарха и определенной части иорданского руководства являлась прежде всего результатом сложной политической ситуации в этом регионе: здесь столкнулись интересы США, Израиля и Советского Союза. Касались они и собственности, принадлежавшей до октябрьских событий 1917 года России и Русской Православной Церкви. (В означенный период она находилась в руках Русской Зарубежной Церкви.) В одном из своих отчетов Председателю ОВЦС митрополиту Никодиму (Ротову) архимандрит Владимир подчеркнул: “Нуж­но сказать, что раскольники действительно сильны. Вся их мощь и сила в посольствах Америки и Англии. У нас, к сожалению, такой силы еще нет в Иордании ни церковной, ни гражданской, чтобы можно было в гармоническом сочетании творить историческую правду. Мое там пребывание в этом меня убедило” .

Не было должных сил и на территориях, окормляемых Русской Духовной миссией. Прежде всего это касалось Горненской Обители. По оценке архимандрита Гермогена, “администрация монастыря во главе с игуменией Тавифой малоинициативна и бездеятельна, в то время как некоторые из старых монахинь, хоть их осталось совсем немного, часто проявляют инициативу в целях дезорганизации”. Выход, по мнению начальника Духовной миссии в Иерусалиме, был один - появление в монастыре новой игумении, которая “могла быть хорошим руководителем и организатором”.

Архимандрит Гермоген считал, что если использовать “об­шир­ные территории хотя бы на 60–70%, то можно было бы поднять монастырь во многих сторонах его жизни. Для этого необходимо, во-первых, разрешить вышеуказанную проблему и прислать новое пополнение монахинь с родины, хотя бы человек пятнадцать”. Это было необходимо, так как большинство монахинь находились в преклонном возрасте. “Из 51 монахини - 28 нетрудоспособных совершенно, а из оставшихся - 10 монахинь находятся на послушании по участкам Миссии, как-то: в Тиверии, в Хайфе, в Яффе. Эти оставшиеся 13 монахинь несут все тяготы монастырской работы: хозяйственные, церковные и уход за больными”. (Спустя какое-то время в обитель приехали монахини из Советского Союза, но архимандрит Гермоген этого уже не застал: он покинул Миссию вскоре после описываемых событий.)

Незадолго до своего отъезда архимандрит Гермоген установил отношения с насельницами Елеонского и Гефсиманского монастырей, находившихся под окормлением Русской Зарубежной Церкви. Некоторые монахини открыто заявляли о готовности уйти под опеку Русской Духовной миссии. «Такими монахинями являются Валентина и Феодосия, находящиеся в Александровском подворье (“Русские раскопки”). Эти монахини заслуживают особого внимания, так как они единственные, которые после выселения монахини Серафимы Путятиной из Иордании открыто общаются с нами, информируют нас об обстановке в Иерусалимской Патриархии и активно защищают интересы нашей Миссии». Будущему начальнику Миссии архимандрит Гермоген рекомендовал не прерывать этих связей и опираться на них.

Среди монахинь, проживающих в Малой Гефсимании, была вдова знаменитого русского композитора Глазунова. Матушка Александра, как отмечал отец Гермоген, “пользуется авторитетом среди монахинь раскольнических монастырей и с нею считается их руководство. Она неоднократно вела переговоры с настоятелем русского храма в Хевроне и уже добилась его согласия встретиться со мною, правда, не открыто, а незаметно для других, на ее квартире”.

Неожиданным был один из мотивов предполагаемой встречи: “Монахиня Александра поговаривает о перенесении останков своего мужа композитора Глазунова из Парижа в Москву. Только она желает, чтобы перенесение было соблюдено по всем религиозным формам”. Встреча с матушкой Александрой у архимандрита Гермогена так и не состоялась, а в 1966 году в планы советского руководства перенесение праха композитора явно не входило.

Москву интересовала недвижимость в Иордании. В посольстве этим вопросом занимался советник Ю. Сусликов. Он не только подробно писал в МИД о том, что и где было куплено в 80-х годах XIX века начальником Русской Духовной миссии отцом Антонином (Капустиным), но и сам посещал эти удивительные места. Одним из таких мест была Лавра Преподобного Харитона в Айн-Фарре (примерно в 10 км к северо-востоку от Иерусалима). При жизни Преподобного в Лавре собирались до 4 тысяч молящихся. К моменту приезда архимандрита Антонина (Капустина) здесь остались только пустые пещеры и развалины былых строений. Архимандрит приложил много усилий для покупки этого места, но его старания успехом не увенчались. Лишь в 1903 году остатки строений были приобретены иеросхимонахом Пантелеймоном, настоятелем русской обители на Афоне. Лавра была восстановлена, но перед самым началом Второй мировой войны она сильно пострадала от пожара. После войны иеромонах Герасим, много сделавший для сохранения святыни, из-за старости и немощи вынужден был уехать в Иерусалим, передав Лавру эмигрантской Духовной миссии. В начале 60-х годов отца Герасима не стало. В 1966 году Лавра представляла собой “участок земли у отвесной скалы (до 50 км); к ней же относится также участок земли на вершине скалы.

…Лавра огорожена, над железными входными воротами установлен крест. На участке построен небольшой двухэтажный дом с часовней и 2 кельи.

…В большой пещере в склоне горы на высоте 10–12 м устроена церковь (20–30 м, - так в документе - О. В .), а рядом в пещере поменьше повешены афонскими монахами три малых колокола;

…В Лавре постоянно никто не живет; один раз в два-три месяца в Лавру приезжает наблюдающий иеромонах Мефодий (по другим данным - Мелетий), приехавший в Иорданию из Югославии; он живет в Лавре по несколько дней <…> Богослужение совершается только раз в году - в день Преподобного Харитона” .

К подробному отчету советника посольства были приложены фотографии. И это - только одно из мест, интересовавших как церковную, так и гражданскую власть в Советском Союзе. (Как известно, вопрос собственности был и остается одним из самых сложных в любых переговорных процессах. И последние события тому подтверждение.) Но об этом чуть позже…

А тогда, в марте 1966 года нужно было выходить из сложившейся ситуации, которая обострила отношения между братскими Церквами.

С миротворческой миссией в Иерусалим выехал митрополит Никодим, прибывший туда вместе с группой паломников 8 апреля. И как отмечал начальник Русской Духовной миссии архимандрит Гермоген, “сгустившиеся тучи рассосались, и страсти улеглись. Даже несмотря на то, что архимандрит Владимир все-таки покинул Иорданию в результате неблагоприятной политической обстановки в Иордании, следует считать, что приезд Вашего Высокопреосвященства сыграл решающую положительную роль в укреплении братских взаимоотношений между Иерусалимской и Русской Православными Церквами, и это основа нашего будущего в Иерусалиме и даже других местах за рубежом” .

Мудрый отец Гермоген, анализируя всю ситуацию, сделал вывод, с которым трудно не согласиться: “шумиха с телеграммой, выдворение монахини Серафимы и архимандрита Владимира должны были создать общественное мнение о якобы состоявшемся конфликте между Русской и Иерусалимской Церквами” .

Дипломатический дар митрополита Никодима успокоил Патриарха Венедикта, но вопрос о деятельности Иорданской Духовной миссии пришлось отложить на долгие годы.

* * *

По распоряжению Ясира Арафата в 1997 году Русская Православная Церковь получила Троицкий монастырь в Хевроне, а в 2000 году - подворье в Иерихоне. Их возвращение произошло до начала переговоров с Русской Православной Церковью за рубежом в ноябре 2003 г. Руководство Зарубежной Церкви, по словам секретаря Архиерейского синода РПЦЗ епископа Манхэттенского Гавриила, рассчитывало, что Московская Патриархия в знак примирения вернет часть отобранной в Палестине собственности РПЦЗ. Поэтому просьба Патриарха юридически закрепить за миссией РПЦ право на нее тут же вызвала резкий протест со стороны иерархов Зарубежной Церкви. «Я очень разочарован, - заявил “Коммерсанту” заместитель председателя Архиерейского синода РПЦЗ архиепископ Германский Марк. - Ведь в начале процесса было сделано заявление о том, что мы должны воздерживаться от любых действий и высказываний, которые могут огорчить другую сторону. А это именно такое действие». В августе 2004 года Синод Русской Православной Церкви принял решение отказаться от возбуждения судебных исков и прекратить существующие судебные дела по имущественным претензиям к Зарубежной Церкви. Подобное решение приняли и зарубежные архиереи. События показывают, что действеннее было бы для обеих сторон отказаться от новых имущественных споров и сохранить положение, сложившееся на момент начала переговоров, чтобы история не могла повториться.

Осень, особенно поздняя, не совсем удачное время для паломничества. Сырая погода, дожди и ветра порой останавливают людей от посещения святынь в этот период года. Но если Вы решили совершить паломничество на Святую Землю, то лучшего сезона Вам просто не найти. Солнце палит весьма умеренно, легкий ветерок лишь добавляет приятных ощущений. И сегодня наше виртуальное путешествие в Горний, или Горненский монастырь - православный женский монастырь в ведении Русской духовной миссии в Иерусалиме.

«Сестра, благословите!» – так обращаются друг к другу при встрече сестры и прихожане.

Монастырь интересен не только своим месторасположением и архитектурой, но и историей своего появления на Святой Земле. С этого я и начну рассказ.

Монастырь находится в одном из живописнейших уголков на юге современного Иерусалима – Эйн Кареме, что в переводе с арабского и иврита означает «источник в винограднике» или «источник виноградника». Тут действительно были виноградники еще во времена древней Иудеи. И виноградари-виноделы более других любили дегустировать собственную продукцию.

Уж не потому ли Ангел Господень, стоявший по правую сторону жертвенника кадильного, требует от святого Захарии, храмового священника, обет, что сын его не будет пить «вина и сикера»?

Архимандрит Антонин (Капустин)

Приобретением этого участка Россия полностью обязана палестинскому труженику, подвижнику-одиночке архимандриту Антонину (Капустину). Дело в том, что батюшка Антонин очень любил это место, гулял и отдыхал там в небольшие часы досуга. И наверняка молился в такой благодатной тишине.

Место само по себе благодатное и исторически очень святое. Ведь именно это место связано с посещением Богородицей своей родственницы праведной Елисаветы. Помните, конечно, что Пречистая пришла в Горнюю из Назарета Галилейского после Архангельского благовестия. Здесь жили ее родственники – святой праведный Захария и его супруга Елисавета, которая долгие годы не могла родить наследника. А после она станет матерью Иоанна Предтечи. Именно к праведной Елисавете приходит Пречистая, чтобы открыть своей самой близкой родственнице Небесную Тайну. Приходит именно сюда, «в нагорную страну, в город Иудин». Матерь Божия прожила здесь три месяца.

От слова «нагорная» и стал называться монастырь: Горний, или Горненский.

Всё это мы можем прочесть в Евангелии от Луки. Вот почему еще это место так притягивало архимандрита Антонина. Он просто-таки загорелся идеей приобрести его в Российское пользование.


Петр Мельников, министр путей сообщения

Вместе с Петром Петровичем Мельниковым – членом Государственного Совета, бывшим министром путей сообщения, находившимся с визитом в Иерусалиме, архимандрит Антонин в который раз посещает Эйн Керем и настоятельно просит помочь с приобретением этого участка для России.

Мельников тоже загорелся этой идеей. Проблема была лишь в единственном и очевидном – финансах, которых требовалось не так уж мало. Вернувшись на родину, Петр Петрович развернул целую кампанию по сбору средств. И надо сказать, что откликнулось на призыв много состоятельных людей, среди которых были владельцы заводов, гастрономов, люди искусства, а также простые люди. Сумма была собрана в довольно короткие сроки.

Процесс приобретения завершился, хотя существовали в ходе оного некоторые проволочки. Но мы их касаться здесь не будем. Наша цель – побольше узнать о монастыре.

Итак, монастырь куплен. И по тогдашней традиции земля вокруг него стала называться «Московия».

Поначалу службы в летний период совершались в специально устроенной палатке, потому что храма или хотя бы небольшой часовенки на тот момент там не было.

Но и ему пришел срок появиться. Сам архимандрит Антонин выбрал место для храма и рядом место для колокольни. Архитекторы начертили проекты, и строительство началось.

Не вдаваясь подробно в описание, скажу лишь, что на сегодняшний день на территории Горненского женского монастыря отстроены: храм во имя Казанской Божией Матери, приюты для паломников, посещающих Горненский, а также несколько десятков домиков, где живут послушницы, известные как сестры Горненской русской женской общины, основанной архимандритом Антонином.


Горненский монастырь

Отец Антонин задумывал, чтобы весь северный склон горы заселили русские паломницы, желающие до конца своих дней оставаться на Святой Земле. Поэтому при поступлении соблюдался такой принцип, что каждая насельница за определенную сумму, уплаченную Миссии, получала свой земельный надел и должна была на свои средства построить дом, все хозяйственные постройки, развести кругом дома садик, благоустроить участок. Сестринская община под руководством инокини Павлы росла и крепла, склон расцветал садами, отдавая дань тяжелому кропотливому труду, любви и заботе.

«Отец Антонин исходатайствовал в Синоде установление особого праздника Целования в память посещения Божией Матерью своей родственницы праведной Елисаветы после Благовещения. Отцом Антонином написана и служба праздника»

Почитая Эйн Карем как место встречи Пречистой Богоматери и праведной Елисаветы, отец Антонин исходатайствовал в Синоде установление особого праздника Целования в память посещения Божией Матерью своей родственницы праведной Елисаветы после Благовещения. Синод установил праздновать его 12 апреля по новому стилю, если Благовещение не попадает на Страстные дни (в противном случае праздник переносится на четверг Светлой седмицы или в день памяти иконы Божией Матери «Живоносный Источник».

Отцом Антонином написана и служба этого праздника Целования, переплетающаяся по смыслу со службой попразднства Благовещения. Праздник Целования отмечается из года в год, привлекая немалое количество народа. Известен факт, что архимандрит сам написал к празднику Целования особый тропарь, кондак и стихиры. Тропарь «Прихождения Божией Матери в Горний Град Иудов» поется сестрами обители до сих пор и стал неотъемлемой богослужебной традицией при совершении служб. Вот текст этого умилительного песнопения, составленного основателем обители архимандритом Антонином (Капустиным):

Дево безневестная и Мати всечестная,

Приемши от Архангела Благовещение,

И целовавши южику Твою всечестную Елисавет,

Материю Господа от сея наречена была еси,

И возвеличила возвеличившаго Тя Господа.

Благословенна Ты в женах и благословен плод чрева Твоего !

Так возникла церковь во имя Казанской иконы Божией Матери и традиция праздника Целования.

После кончины архимандрита Антонина Горненской настоятельницей была монахиня Валентина. При ней обитель достигает расцвета. В ней создаются иконописные и золотошвейные мастерские.

Архимандрит Леонид (Сенцов)

При архимандрите Леониде (Сенцове) было начато строительство собора во имя Живоночальной Троицы, которое затянулось почти на 100 лет, сначала из-за Первой мировой войны, затем революции и последовавшего советского богоборческого периода. В наше время собор отстроен. Он величественно возвышается на вершине склона монастыря, увенчанный куполами с крестами. Ныне почивший патриарх Алексий II, увидев этот заново отстроенный храм, не задумываясь дал ему имя Всех святых в земле Российской просиявших. Теперь он так и называется.

Лет тридцать тому назад в Горнем появился еще один пещерный храм во имя святого Иоанна Предтечи. По преданию, он стоит на том самом месте, где проживали его праведные родители Захария и Елисавета.

На сегодняшний день Горненский монастырь является местом паломничества туристов всего мира, и особенно из России. Ведь такая благодать побывать в местах, где жили праведные родители Предтечи, где сам маленький Иоанн появился на свет. В месте, куда приходила и жила Богородица. В это святое, намоленное веками место.

Жизнь в монастыре размеренная, но насыщенная. У всех сестер есть свои послушания. Сестры, несущие послушание в церкви, следят за свечками, которые ставят люди, помогают в алтаре, вне церкви сопровождают паломников как гиды или помогают в домиках-гостиницах, убирают территорию, собирают маслины, из которых здесь же изготавливается оливковое масло. На сегодняшний день число сестер около 60-70. У каждой свое послушание, свои обязанности. Но это, несмотря на труд, знойный климат и короткий сон, очень добрые и приветливые люди, готовые подсказать, помочь, со вниманием выслушать просьбы и оказать содействие паломникам.

В монастыре водятся черепахи, целые стаи зеленых попугаев, кошки и даже мангусты! Они, по рассказам сестёр, очень воспитанные и приходят иногда целыми семействами. Когда монахини кормят кошек, зверьки терпеливо ждут, пока те насытятся, и только потом угощаются сами. Что и говорить – картина, приближенная к райской. Недаром это такое святое и намоленное место! Недаром его так сильно хотел приобрести архимандрит Антонин.

Паломникам рассказывают одну удивительную историю, произшедшую в Горненском монастыре. Во время Первой мировой войны в Иерусалиме была эпидемия холеры, и восемь сестер монастыря умерли. Монахини читали акафист перед образом Казанской Богоматери. Когда читали акафист в 12-й раз, икона сошла со стены и сама обошла храм. Сестры услышали голос, говоривший, что все беды в обители прекратятся. И болезнь действительно отошла. С тех пор появилась традиция чтения акафиста 12 раз в летний престольный праздник, после всенощной. А еще каждый вечер одна из насельниц обходит монастырь с Казанской иконой в руках.

Вот такие чудеса творит Бог по нашей горячей и искренней молитве. Чудеса, свидетелями которых может стать каждый. В данном случае это были сестры, молящиеся перед Казанской иконой.

Есть в обители и свои традиции. Например, вечером Лазаревой субботы сестры под звон колоколов с пальмовыми ветвями идут от того места, где Господь сел на ослика, до стен Старого города. То есть совершается шествие вместе со Христом в Иерусалим, где когда-то ему кричали «Осанна!»

В Великую Пятницу сестры направляются по Крестному пути Спасителя. А в Великую Субботу идут к Святому Гробу Господнему, чтобы увидеть и поклониться Его Святому Свету. Именно так на Святой Земле называют Благодатный огонь.

И счастлив тот, кто в эти дни пребывает на Святой Земле и может вместе с сестрами обители так провести Страстную Седмицу.

И напоследок расскажу еще об одной истории, которую и сама узнала довольно недавно.

Дело в том, что отца Антонина можно считать и «крестным отцом» великого романа М.А. Булгакова «Мастер и Маргарита». Хотя сам отец Антонин об этом, конечно же, никогда не думал. Дело в том, что в Киевской духовной академии, выпускником которой был будущий архимандрит Антонин, несколькими годами позднее писал свою магистерскую диссертацию Николай Корнильевич Маккавейский. Диссертация эта называлась «Археология страданий Господа нашего, Иисуса Христа». И конечно же, для сбора материалов диссертант приезжает на Святую Землю, в Иерусалим, где его встречает великолепный знаток библейской истории, автор нескольких важных археологических открытий отец Антонин Капустин.

Возвратившись в Киев, Маккавейский публикует свою диссертацию в трудах Духовной академии и впоследствии становится профессором. Одновременно с ним в Академии преподает другой профессор, Афанасий Иванович Булгаков, отец будущего писателя, автора «Мастера и Маргариты».

В страшном 1937 году, когда многие церковные книги были изъяты и уничтожены, Михаил Афанасьевич Булгаков находит в букинистической лавке труды Киевской духовной академии и покупает их, потому что там публиковались статьи его отца. Так в руки писателя попадает уникальное описание Иерусалима времен Иисуса, составленное Маккавейским не без помощи отца Антонина во время его пребывания на Святой Земле.

Горненский монастырь

Так что «булгаковский Иерусалим» берет свое описание в том числе и на территории Горненского монастыря, где останавливался профессор Маккавейский.

Вот такая удивительная история. Как все в жизни порой неожиданно переплетено!

Вход в монастырь бесплатный. На территории имеется лавка, где можно приобрести иконы и свечи, а также подать записки.

Я желаю каждому приезжающему в Израиль посетить это благодатное и намоленное место. И гарантирую, что та благодать, которой заполнится Ваша душа, будет полезной и очищающей!

Бог в помощь! И многая и благая лета всем насельникам и трудникам Горненского монастыря!

Вконтакте