Выступление рабочих в гдр подавленное армейскими частями. Восстание в гдр против ссср: сколько было жертв

Оригинал взят у k_poli в Восстание в ГДР 17 июня 1953 года

Не самый известный эпизод в истории социалистического содружества. И, конечно, не самый популярный.

60 лет назад, 17 июня 1953 года в ГДР началось первое в социалистическом лагере народное восстание. Очевидно, руководство страны, несмотря на обилие вездесущих сотрудников госбезопасности, плохо представляло себе истинное настроение собственного народа. Конечно, у восстания был и вполне конкретный повод - повышение норм выработки на 10 процентов, - но причины лежали глубже, и главной из них было массовое недовольство начавшимся в ГДР построением социализма советского образца.

Недовольство в Восточной Германии назревало на протяжении всех восьми послевоенных лет. Итогом провозглашенного тогдашним коммунистическим лидером ГДР Вальтером Ульбрихтом (Walter Ulbricht) "Плана строительства социализма" стали проблемы со снабжением населения продуктами первой необходимости. В то время как тяжелая индустрия развивалась ударными темпами, такие продукты, как масло, мясо, фрукты и овощи население получало по продовольственным карточкам.

Начались перебои с продуктами питания. Руководство страны подняло цены на мясо, яйца и сахар, объяснив дефицит продовольствия, конечно же, происками вражеских агентов - наймитов империализма. Эта бессмысленная охота на ведьм привела к тому, что тюрьмы в первом в мире немецком государстве рабочих и крестьян оказались переполнены. За год число заключенных удвоилось, достигнув 60 тысяч. Да и отношения населения с советской оккупационной администрацией тоже складывались отнюдь не гладко. Между тем в Западной Германии экономика развивалась куда успешнее, что и явилось, наряду с политическими мотивами, причиной массового бегства граждан ГДР на Запад. Только в 1952 году в ФРГ бежало 180 тысяч человек, до конца июня следующего года - 226 тысяч. В апреле 1953 года цены на мясо, яйца и сахаросодержащие продукты резко выросли. Последней каплей, переполнившей чашу терпения трудящихся, стало увеличение рабочего дня. Так что повышение норм выработки стало лишь последней каплей, переполнившей чашу терпения.

Практически с первых же часов требования забастовщиков носили сугубо политический характер: речь шла о свободных выборах, об объединении с ФРГ, о призывах типа "Долой СЕПГ!".

Началось всё с забастовок на самой крупной стройплощадке ГДР - аллее Сталина в Восточном Берлине.

Как это ни парадоксально звучит, но главным противником продолжения строительства социализма в Восточной Германии и сторонником воссоединения страны был Лаврентий Павлович Берия. С какой стати он вдруг стал либералом? Всё объясняется очень просто: Берия разыгрывал "германскую карту", стараясь укрепить свой внешнеполитический авторитет в борьбе за наследство Сталина. В конце концов, Берия эту борьбу проиграл, и его позиция в вопросе о строительстве социализма в ГДР была не просто поставлена ему в вину, но даже стала одним из доказательств того, что он является "агентом империалистических разведок".

Но это было сказано уже после ареста Берии в конце июня 53-го года. А в начале месяца руководителей ГДР Вальтера Ульбрихта и Вильгельма Пика вызвали "на ковёр" в Москву, чтобы заставить их отказаться от прежнего курса. Но Ульбрихт неожиданно проявил неуступчивость. Тогда было решено отправить его в отставку. Это поручили новому послу СССР и Верховному комиссару в Берлине Владимиру Семёнову. Однако все эти меры запоздали. 16-го июня строители аллеи Сталина бросили работу. Потом они маршем прошли по городу. К ним присоединялось всё больше и больше людей...

16 июня берлинские строительные рабочие собрались перед зданием правительства ГДР на стихийную акцию протеста и призвали к проведению на следующий день генеральной забастовки. Призыв был услышан по всей стране - не в последнюю очередь, благодаря западноберлинским радиостанциям. Настроение у демонстрантов было приподнятым, им казалось, что ненавистный режим Вальтера Ульбрихта доживает последние дни. И действительно, руководство ГДР уже практически не контролировало ситуацию.

Призыв, не без поддержки западных радиостанций, был услышан по всей стране. В нескольких регионах власть перешла в руки восставших. Повсюду царила эйфория, казалось, что спасти от краха режим в Восточном Берлине уже не сможет ничто. И действительно местные власти давно утратили контроль над ситуацией к тому моменту, когда в самом центре Берлине появились советские танки.

В течение последних двух десятилетий немцы знали только предписанные сверху, организованные тоталитарной властью демонстрации: двенадцать лет - нацистами, восемь последних лет - коммунистами. А теперь их охватила эйфория свободы. Тысячи строителей, рабочих, школьников собрались у Дома министерств на Лейпцигер-штрассе.

Они требовали встречи с руководителями ГДР. Но к ним решился выйти лишь министр железнорудной промышленности Фритц Зельбман. Другие тем временем уже вели переговоры с советским военным командованием об эвакуации их и членов их семей в Советский Союз. 17 июня их всех во главе с Ульбрихтом укроют в Карлсхорсте - районе Восточного Берлина, где находилось командование советских оккупационных войск.

Ну, а шестнадцатого у Дома министерств Зельбман взобрался на неизвестно откуда взявшийся стол, поставленный в самой середине огромной толпы. "Коллеги!" - начинал министр и ответом на это был протестный шквал, свист, крики: "Какие мы тебе коллеги!?" - "Так я же тоже рабочий человек, как вы..." Эти слова демонстранты встретили хохотом. "Я хотел вам сообщить, что Совет министров принял решение отменить повышение норм выработки на десять процентов..." Министра уже никто не слушал. Отмена повышения уже никого не удовлетворяла. Рабочие скандировали: "Долой Ульбрихта! Долой СЕПГ! Свободные выборы!"

За драматическими событиями из западного сектора столицы наблюдали репортеры RIAS - "Радио американского сектора": "Выстрелы на Потсдамской площади. Отсюда нам не видно, кто стреляет - русские или местные полицейские. Вот примерно рота советских солдат отогнала демонстрантов метров на 50… Теперь трогается с места первый танк Т-34 и едет по направлению к толпе…".

Более трёх десятилетий Германия не знала ничего подобного. Восстание охватило всю страну. Демонстрации и митинги проходили в 270 городах и посёлках ГДР. В Биттерфельде, Гёрлитце и Мерзебурге рабочие штурмовали райотделы "штази" - министерства государственной безопасности. В Лейпциге, Магдебурге и Галле были разгромлены обкомы партии. В Бранденбурге, Гере и Йене из тюрем освободили политзаключённых. Более миллиона восточных немцев вышли 17-го июня на улицы - вдохнуть свободы.

В Восточном Берлине сотни тысяч людей собрались на Александр-платц, на Потсдамской площади и у Бранденбургских ворот. 22-летний водитель грузовика Хорст Валентин взобрался вместе с приятелем на самый верх Бранденбургских ворот, снял красный флаг и водрузил другой - с медведем, символом Берлина. В город со всех концов ГДР прибывают всё новые и новые демонстранты - в электричках, поездах, грузовиках...

Утром 17 июня в Берлине забастовка была уже всеобщей. Рабочие, собиравшиеся на предприятиях, там же строились в колонны и направлялись в центр города. Уже в 7 часов на площади Штраусбергер собралась 10-тысячная толпа. К полудню численность манифестантов в городе достигла 150 000 человек. Лозунгами манифестантов были: «Долой правительство! Долой Народную Полицию!» «Мы не хотим быть рабами, мы хотим быть свободными!». Большую популярность приобрели лозунги, направленные лично против В. Ульбрихта: «Бородка, брюхо и очки — это не воля народа!» «У нас нет иной цели — Козлобородый должен уйти!». Также выдвигались лозунги, направленные против оккупационных войск: «Русские, убирайтесь вон!». Впрочем, антисоветские лозунги, с энтузиазмом выдвигавшиеся присоединившимися к демонстрантам жителями Западного Берлина, не нашли особой поддержки у восточноберлинцев.

Были разгромлены пограничные знаки и сооружения на границах советского и западного секторов города. Толпа громила полицейские участки, здания партийных и государственных органов и газетные киоски, продававшие коммунистическую прессу. Участники волнений уничтожали символы коммунистической власти — флаги, плакаты, портреты и пр. Были осаждены полицейские казармы; восставшие также попытались освободить заключённых из тюрьмы. Дом Министерств был разгромлен; оттуда толпа двинулась к театру Фридрихштадтпаласт, где шло заседание актива СЕПГ, и партийное руководство спешно эвакуировалось под защиту советских войск в Карлсхорст. Город фактически оказался в руках участников волнений.

В 14 часов по радио транслировалось заявление премьер-министра ГДР Отто Гротеволя. В ней он ещё раз подчеркнул отмену повышения норм. Он говорил, что восстание — «труд провокаторов и фашистских агентов иностранных держав и их пособников из германских капиталистических монополий». Он призвал всех «рабочих и честных граждан» помогать «в захвате провокаторов и их передаче государственным органам».

Вечером лидер западноберлинского отделения Германской Федерации Профсоюзов Эрнст Шарновский в выступлении по радио призвал западных берлинцев поддержать протестующих.

С 16 по 21 июня 1953 года демонстрации и забастовки охватили почти 700 из 5.585 населенных пунктов ГДР. 17-18 июня советская военная администрация установила комендантский час в 167 из 217 районов советской зоны оккупации. В общей сложности в восстании принимало участие более миллиона человек. Забастовками было охвачено более 1.000 предприятий и товариществ. Восставшие захватили более 250 административных зданий, в том числе - окружные управления госбезопасности (в городах Ниски, Гёрлиц, Биттерфельд, Йена и Мерзебург), районные комитеты правящей Социалистической единой партии Германии (СЕПГ) в Галле и Магдебурге.

В Дрездене участники массовых волнений захватили радиостанцию и начали передавать сообщения, разоблачающие государственную пропаганду; в Галле были захвачены редакции газет, в Биттерфельде забастовочный комитет послал в Берлин телеграмму с требованием «сформирования временного правительства, составленного из революционных рабочих». Согласно последним исследованиям, волнения были не менее чем в 701 населенном пункте Германии (и это, видимо, ещё неполное число).

В Дрездене собралось около 20 000 человек на площадях Театерплац, Постплац, Плац-дер-Айнхайт, перед нойштадтским и главным вокзалом.

В Гёрлице рабочие образовали забастовочный комитет и систематически оккупируют здания СЕПГ, госбезопасности, массовых организаций и тюрьму. Рабочие образовали новое городское управление под названием «Городской комитет». Освобождаются заключённые. Как и в Биттерфельде, формулируются политические требования, в том числе о пересмотре восточной границы ГДР по линии Одер-Нейссе. В демонстрации приняло участие около 50 000 человек. Только объявление чрезвычайного положения и применение советских оккупационных сил могло остановить народное волнение.

Округ Халле был одним из центров восстания. Все 22 района сообщили о забастовках и акциях протеста. Наряду со столицей округа такие промышленные центры как Лойна, Биттерфельд, Вольфен, Вайссенфельс и Айслебен, но и более мелкие города как Кведлинбург и Кётэн были точками опоры протестующих.

Особо следует отметить промышленный регион Биттерфельд, где центральный забастовочный комитет координировал акции 30 000 бастующих. Целенаправленно хорошо организованные рабочие в Биттерфельде заняли здания Народной полиции, городского управления, Государственной безопасности и тюрьмы, чтобы парализовать государственный аппарат. Столкновений с применением оружия не было по той причине, что начальник районного управления полиции Носсек утром объездил заводы в Вольфене и Биттерфельде и приказал хранить все виды оружия в комнатах хранения оружия и этим фактически обезоружил охрану заводов.

В Халле 4 демонстранта было расстреляно полицией. Около 18 часов собралось примерно 60 000 человек на рыночной площади Халлмаркт в центре города. Советские танки разогнали протестующих.

Из города Вайда сообщается о перестрелках вооружённых шахтёров с Казарменной полицией (предшественником Национальной народной армии).

В городе Йена собирается от 10 000 до 20 000 человек. Здания районного управления СЕПГ, тюрьмы и госбезопасности находятся в руках протестующих. После объявления о чрезвычайном положении в 16 часов советские оккупационные войска разгоняют собравшихся. Несмотря на это большие демонстрационные группы ходят по центру города и призывают к продолжении акций протеста.

17-20 июня тысячи демонстрантов собрались перед 22 тюрьмами страны с целью вызволения заключенных. 20 июня из 12 тюрем были освобождены 1.400 политических заключенных. К концу июня более 1.200 из них были снова арестованы и помещены в тюрьмы, остальным удалось бежать на запад.

К политическим заключенным следует относить и те тысячи предпринимателей бывшей ГДР, которые были поставлены перед ультиматумом - добровольно уступить все свои производственные мощности государству или стать "врагами народа" со всеми вытекающими последствиями. Резким повышением налогов СЕПГ разрушила весь тот средний класс, на плечах которого взошло экономическое чудо ФРГ. Среди тех, кто внёс свой интеллектуальный и профессиональный вклад в быстрое развитие Западной Германии, были и десятки тысяч немцев, бежавших из ГДР.

Спонтанно поднявшееся восстание быстро пошло под политическими лозунгами: "Долой СЕПГ", "Свободные выборы", "Освобождение политзаключенных", "Отставка правительства", "Вывод оккупационных войск со всей территории Германии", "Воссоединение". Немцы, изгнанные из бывших восточных частей рейха, требовали пересмотра границы по Одеру-Нейсе. Наряду с этими лозунгами звучали требования, касающиеся повседневной жизни и трудовых отношений; по мере развертывания восстания они уступили, однако, первенство требованиям чисто политическим. То, что началось как волнения рабочих, за несколько часов превратилось в народное восстание с явными признаками революции. Эту революцию удалось подавить лишь с помощью советских танков.

Утром 17 июня советский военный комендант Восточного Берлина генерал-майор Диброва ввел в городе с 13 часов чрезвычайное положение, к Потсдамской площади - центру восстания - были стянуты танки. Были запрещены митинги, демонстрации, собрания, появление в общественных местах группами численностью более 3-х человек, установлен комендантский час.

И поныне упорно ходит слух, будто некоторые советские солдаты отказались стрелять в рабочих, штурмовавших тюрьму в Магдебурге и, как следствие, 18 (по другой версии — 41) военнослужащий были расстреляны 28 июня 1953 года в близлежащем городке Бидериц. Приводятся даже имена трёх из расстрелянных.

По мнению советских исследователей и работников спецслужб, этот слух являлся проявлением антисоветской пропаганды времён холодной войны. В глазах же самих немцев этот предполагаемый факт служил к чести советских солдат, и 16 июня 1954 года бывшие участники восстания поставили в западном районе Берлина Целендорф, на Потсдамер-шоссе, своеобразный обелиск — усечённую каменную пирамиду с надписью (на немецком языке): «Русским офицерам и солдатам, которым пришлось умереть, потому что они отказались стрелять в борцов за свободу 17 июня 1953».

Хотя советские войска уже 17 июня стали в значительной степени контролировать ситуацию, в следующие дни также проходили протесты. Больше всего 18 июня, но в отдельных заводах вплоть до июля. 10 и 11 июля рабочие бастовали в фирме «Carl Zeiss» в городе Йена и 16 и 17 июля в заводе «Buna» в Шкопау. Но размах протеста 17 июня уже не был достигнут.

Силой оружия восстание было подавлено - и в Берлине, и в других городах ГДР. Погибло не менее 125 человек, многие сотни ранены. Радио ГДР торжественно возвестило: "Подразделения народной полиции и советские оккупационные власти всего за несколько часов разгромили путч. Проникшие из Западного Берлина провокаторы арестованы. Пресечена не демонстрация рабочих, пресечена акция бандитов".

Некоторые уроки из восстания руководство ГДР извлекло: если на прилавках пусто, никакие лозунги не помогут. Повышение норм выработки было отменено, и даже цены на многие товары снижены на 10-20 процентов. Власти решили в дальнейшем действовать кнутом и пряником. Впрочем, больше все же кнутом: по стране прокатилась волна показательных процессов. Но главный вывод, сделанный Вальтером Ульбрихтом со товарищи, сводился к необходимости всячески укреплять органы госбезопасности и репрессивный аппарат.

После воссоединения Германии, когда открылись архивы восточногерманской госбезопасности и партийные архивы, выяснилось, что сотрудники "штази" затратили неимоверные усилия, чтобы доказать участие американских провокаторов и адэнауэровских агентов в организации восстания 17-го июня. И не сумели этого сделать. Один из документов госбезопасности гласит: "Западных контактов в ходе расследования не выявлено". Но не могли же партийные пропагандисты признать, что восстали свои, да ещё и рабочие, о которых они, коммунисты, так пекутся?!

День 17 июня был объявлен в ФРГ национальным праздником — Днём немецкого единства. В 1990 году праздник был перенесён на 3 октября — дату объединения. В Западном Берлине, как указывалось, вскоре после событий был поставлен памятник предполагаемым советским жертвам, а продолжение улицы Унтер-ден-Линден от Бранденбургских ворот до Кайзер-дамм, ранее названная Шарлоттенбургер-аллее, получила название «Улица 17 Июня».

Западноберлинские почтовые марки 1953 года

В 1994 в центре Магдебурга была обнаружена братская могила с останками 32 молодых людей, убитых, по заключению экспертов, между 1945 и 1960 годами (до весны 1945 года незаметно сделать захоронение в центре города было невозможно). Выдвигались предположения, что это — либо жертвы Гестапо, расстрелянные весной 1945 года, либо советские жертвы 17 июня 1953 года. Пыльца, обнаруженная экспертами в носовых ходах у 7 черепов из 21 проверенных, позволила сделать заключение, что смерть этих лиц наступила в июне — июле. Это склонило мнение исследователей в пользу второго предположения.

До 1990-х восстание не было предметом изучения советских историков. В официальной науке оно определялись как «фашистская вылазка». В современной российской историографии устоявшегося определения тоже нет. В отличие от западных коллег, которые пишут о «рабочем восстании» или «народном восстании», российские историки и педагоги пользуются нейтральным определением: «события в ГДР 17 июня 1953 года».

фотографии: АР / Reuters / Scanpix

Братская могила и музей 11 погибших берлинцев на кладбище Зеештрассе

izyaweisneger в События 17 июня 1953 года в ГДР: восстание или фашистский мятеж?

Выступления рабочих 13-17 июня 1953 года в ГДР стали первым антикоммунистическим восстанием в Восточной Европе после Второй Мировой Войны.

Позже похожие события имели место в Венгрии в 1956 году, в Чехословакии в 1968 и, наконец, в Польше в 1980.

Днём начала восстания рабочих в ГДР принято считать 17 июня 1953 года, когда всеобщая забастовка на предприятиях и массовые демонстрации протеста охватили Берлин.
Но на самом деле всё началось ещё раньше - 13 июня и не в Берлине, а в Лейпциге, где забастовку объявили литейщики, протестуя против повышения норм выработки.

Эта причина сегодня считается главной для тех событий по версии большинства антикоммунистических изданий: коммунистическое правительство Отто Гротеволя и Вальтера Ульбрихта повысило не только нормы выработки на предприятиях, но и цены.

Причём сделало это в самое неподходящее время - почти сразу после смерти Сталина.

В это время по Восточной Германии стали распространяться слухи о якобы готовящемся выводе советских войск из страны и скором объединении Германии.

На что рассчитывал Ульбрихт, принимая подобные решения, совершенно непонятно: страшно далеки были после Второй Мировой Войны немцы (да и не только они) от идеалов коммунизма и коммунистического же сознания.

До событий 17 июня немцы из ГДР выражали своё отношение к социализму ногами - годом раньше из Восточной Германии бежали в ФРГ 50 тысяч человек.

Оно и не удивительно: Советский Союз, оказывавший ГДР экономическую помощь прежде всего для поддержания определённого уровня благосостояния населения, по своим возможностям не мог соперничать с США, запустившими в ФРГ реализацию Плана Маршалла.
Для тех, кто не в курсе, План Маршалла - это многомиллиардная послевоенная программа американской экономической помощи и инвестиций для Западной Европы и прежде всего для ФРГ, на которой, собственно, Западная Германия и поднялась.

В событиях 17 июня 1953 года много неясного, начиная от непоследовательных, а с высоты сегодняшнего дня, кажущихся и откровенно провокационных действий правительства ГДР, до поразительной способности восставших к самоорганизации.

События развивались следующим образом: 14 июня волнения охватывают Берлин, а следом и всю Восточную Германию.
Правительство Гротеволя и СЕПГ (Социалистическая Единая Партия Германии) пытаются дать задний ход, отменив повышение цен, но, поздно.

Ещё накакнуне восставшие требуют встречи с руководством страны, но Гротеваль и Ульбрихт отказываются, а вместо этого бегут в Карлхорст.

Восставшие выдвигают вполне конкретные требования: отставка правительства, вывод советских войск, воссоединение с Западной Германией.

При этом одними мирными демонстрациями и забастовками дело не ограничивается: восставшие захватывают полицейские участки, штурмуют правительственные здания и радиостанции.

В стране фактически начинается Гражданская Война, в ходе которой гибнут 11 полицейских, 20 функционеров и десятки мятежников. Счёт раненных идёт на сотни.

Мятежникам удаётся занять нижние этажи здания. Штурмующих здание правительства поддерживает 150-ти тысячная толпа скандирующая лозунги "Долой козлобородого!"(так восточные немцы называли Ульбрихта), "мы не рабы!", "русские - убирайтесь вон!"

На стенах домов стали появляться свастики, намалёванные черной краской.
В Карсхорсте мятежники вырезали медсанбат советской части. При этом медсестер изнасиловали и убили, предварительно отрезав груди.

Двинувшиеся на помощь правительственной армии и полиции советские танки по всей Германии встречали пулями.

Участие западных спецслужб в этих событиях - отдельная тема.
Интересно другое.

Разумеется, повышение цен и норм выработки на предприятиях не могло радовать население и прежде всего рабочих.
Особенно на фоне разницы в уровне жизни в ГДР и в ФРГ.

Для примера, шоколад в ГДР стоил в 16 раз дороже, чем в ФРГ.

И тем не менее, было ли это причиной или только поводом?

Ведь в нацистской Германии немцы и вовсе жили при карточной системе и при этом нацисты гнали их на убой как скот.

Но за все 12 лет Третьего Рейха многотысячных или даже тысячных демонстраций с требованием свободы, в Германии не было.
А тут сразу захотелось немцам свободы, причём всем сразу.
И поэтому возникает вопрос: а чего немцам хотелось тогда больше: шоколада, свободы или реставрации Третьего Рейха?

Ведь согласитесь, чтобы успешно штурмовать правительственные здания и полицейские участки, нужна определённая подготовка.

А откуда была эта подготовка у мятежников, по крайней мере у части из них?
Не из Вермахта ли и СС?

И уж совершенно одиозно выглядит намалёванная черной краской свастика на стенах домов, как символ "свободы".

Восстания рабочих против коммунистических правительств имели место в разное время и в разных странах.

А вот против нацистского и фашистских режимов, в нацистской Германии или, скажем, в Венгрии, не было.

И, более того, после Второй Мировой Войны именно недобитым фашистам передали руководство мятежами рабочие ГДР и Венгрии.

Возможно именно по этой причине, по крайней мере события 17 июня в Восточной Германии в демократических сми предпочитают не слишком афишировать.

15 июня 1953 г. строители больницы Фридрихсхайн в Восточном Берлине отказались выйти на работу, объявив забастовку. Рабочие требовали отмены увеличения норм дневной выработки. 16 июня в городе распространился слух о том, что полиция занимает строительную площадку больницы. Строители из разных мест Берлина, объединившись в большую колонну, направились сначала к зданию профсоюзов, а потом к министерству промышленности.

Вышедший к рабочим министр пообещал вернуть прежние нормы выработки, но его уже мало кто слушал – на митинге стали выступать ораторы, которые выдвинули политические требования: объединение Германии, свободные выборы и освобождение политзаключенных. Толпа собравшихся требовала Первого секретаря СЕПГ Вальтера Ульбрихта, но он не приехал. Рабочие двинулись к району Сталин-аллее, где строились элитные особняки для новых партийных бонз. Демонстранты отбили у полиции один из автомобилей с громкоговорителями и стали с его помощью призывать людей ко всеобщей забастовке.

Утром 17 июня на площади Штраусбергер собрались на митинг уже около десяти тысяч человек. Лозунгами манифестантов были: «Долой правительство! Долой Народную Полицию!» «Мы не хотим быть рабами, мы хотим быть свободными!» Толпа начала крушить полицейские участки, здания партийных и государственных органов, жечь киоски с коммунистическими газетами, уничтожать символы коммунистической власти. Так началось знаменитое Берлинское восстание 1953 г.

Причины возникновения кризиса в Восточной Германии самые обыденные – правительство Ульбрихта решило строить в стране т.н. «социализм» по советскому образцу. «Приняли – постановили» и государственная машина заработала: по примеру «старшего брата» крестьян стали силком загонять в сельскохозяйственные кооперативы (коллективизация), промышленным рабочим начали исправно увеличивать нормы и штрафовать за малейшую провинность, снижали зарплаты. «Страна строит социалистическое будущее!» Не учитывалость ни местоположение страны, ни менталитет немцев, ни реальные возможности промышленности в разоренной войной стране.

Усилилась вербовка молодежи в казарменную полицию, причем нарушались принципы добровольности. Взыскание налогов с частных предприятий и крестьян сопровождалось принудительными мерами, вплоть до привлечения неплательщиков к уголовной ответственности. На основе закона «Об охране народной собственности» тысячи людей арестовывались и осуждались на 1-3 года за малейшее нарушение закона. За разные формы провинности в первом полугодии 1953 года было осуждено 51 276 человек. Традиционно для коммунистов прижали церковь административными мерами.

Немцы ответили массовым исходом на Запад. За первое полугодие 1953 года из ГДР сбежали 185 327 человек. Политика запретов и насилия привела к перебоям в снабжении населения продуктами питания, предметами первой необходимости, топливом и энергией. 19 апреля 1953 года были повышены цены на продукты, содержавшие сахар.

События июня 1953 г. стали закономерной реакцией на все вышеописанное.

К вечеру 17 июня было разгромлено здание министерства промышленности, высшие руководители партии, которые чуть было не оказались в руках восставших, спешно эвакуировались под защиту советского военного гарнизона в Карлхорсте. Город оказался полностью в руках демонстрантов. Очень быстро восстание распространилось на всю территорию Республики.

На заводах организовывались забастовочные комитеты, захватывались редакции газет, здания местных комитетов СЕПГ. Подверглись осаде и штурму сотни зданий государственных органов, тюрьмы, здания министерства безопасности и полицейского министерства. Было освобождено около 1400 человек. По официальным источникам, было убито 17 и ранено 166 функционеров СЕПГ. В волнениях принимали участие от 3 до 4 миллионов восточных немцев.

Чтобы спасти свое отчаянное положение, партийная верхушка ГДР обратилась за помощью к советскому военному командованию. Принципиальное решение о вооруженном вмешательстве было принято в Москве уже вечером 16 числа. На территории ГДР находились к этому моменту около 20 000 советских военнослужащих. В Берлин срочно приехал Лаврентий Берия.

Против протестующих двинули советские танки и подразделения т.н. «народной полиции». Было объявлено чрезвычайное положение. По толпе демонстрантов, которые пытались забрасывать танки камнями и ломали антенны, был открыт огонь. Столкновения демонстрантов с советскими войсками и полицией продолжались до вечера 17 июня, а наутро начались снова. В Берлине стреляли до 23 июня.

По официальным данным 1953 г. погибло 55 человек, из них 4 женщины и 6 подростков от 14 до 17 лет. 34 человека застрелили на улицах, 5 были казнены советской оккупационной администрацией, двоих казнили власти ГДР. Со стороны властей погибли 5 человек.

В 1990 году были рассекречены документы, из которых следовало, что жертв было в два раза больше - около 125 человек. Оказалось, что верховный военный коммисар получил из Москвы указание показательно расстрелять не менее 12 зачинщиков с опубликованием их имен в прессе. Первым был расстрелян 36-летний художник Вилли Геттлинг, отец двоих детей. Сейчас современные немецкие исследователи говорят о том, что масштаб репрессий был относительно невелик, учитывая какие силы были брошены советским руководством на подавление восстания.

21 июня отменили решение о возвращении старых норм выработки, потом подняли цены на продукты питания. В 1954 году советское правительство отменило режим оккупации и ГДР получила суверенитет. Берлинское восстание 1953 г. стало первым народным выступлением в странах социалистического лагеря, которое было подавлено с помощью военной силы.

«Восставшим стало ясно, что они остались в одиночестве. Появились глубокие сомнения в искренности политики Запада. Противоречие между громкими словами и малыми делами запомнились всем и пошло на пользу власть имущим. В конце концов люди стали устраиваться как могли» (Вилли Брандт, бывший канцлер ФРГ)

Спонтанно поднявшееся восстание быстро пошло под политическими лозунгами: "Долой СЕПГ", "Свободные выборы", "Освобождение политзаключенных", "Отставка правительства", "Вывод оккупационных войск со всей территории Германии", "Воссоединение". Наряду с этими лозунгами звучали требования, касающиеся повседневной жизни и трудовых отношений; по мере развертывания восстания они уступили первенство требованиям чисто политическим. То, что началось как волнения рабочих, за несколько часов превратилось в народное восстание с явными признаками революции. Эту революцию удалось подавить лишь с помощью советских танков.


В истории международных отношений есть тайны, которые раскрываются внезапно уже в другой политической ситуации и в другой исторической эпохе. «Цветные революции» на постсоветском пространстве подсказывают ключ к разгадке давно прошедших событий периода «холодной войны».

Одно из наиболее показательных и ярких — выступлении населения ГДР летом 1953 года, получившем название «рабочего восстания».

12 июня 1953 года в Западной Германии была разрешена массовая скупка акций экспроприированных в ГДР предприятий. В середине июня в Западный Берлин отправились директор А. Даллес, специальный советник госсекретаря США по Западному Берлину Э. Лэнсинг-Даллес и начальник штаба СВ США генерал Риджуэй, чтобы на месте руководить акциями «рабочего восстания». 17 июня сюда же прибыл министр по внутригерманским проблемам Я. Кайзер, председатель фракции ХДС/ХСС в Бундестаге X. фон Брентано и председатель СДПГ Э. Олленхауэр.

В ночь с 16 на 17 июня радиостанция РИАС начала передавать призывы к организации всеобщей забастовки в ГДР. Пограничная охрана ФРГ была приведена в состояние повышенной боеготовности. Американские танковые подразделения заняли исходные районы в Баварии по всей границе с ГДР. На территорию ГДР было введено большое количество сотрудников спецслужб, в том числе и вооруженных.

17 июня 1953 года в Берлине и других городах многие промышленные предприятия прекратили работу. Начались уличные демонстрации. Западногерманские власти предоставляли транспорт для переброски демонстрантов. Они входили на территорию Восточного Берлина колоннами до 500-600 человек. Использовались даже специальные американские военные звуковещательные машины.

Эти выступления оказались полной неожиданностью для руководства ГДР. Доклады с мест говорили о «продолжающемся ослаблении напряженности».

В ходе манифестаций особую активность проявляли специально подготовленные группы, которые оперативно управлялись из Западного Берлина. У демонстрантов появились политические лозунги: свержение правительства и ликвидация СЕПГ.

Были организованы погромы партийных учреждений, осквернение партийных и государственных символов. Толпа расправилась с некоторыми функционерами партийного и государственного аппарата, активистами рабочего движения. В ходе уличных беспорядков имели место поджоги и мародерство, а также нападения на полицейские участки и тюрьмы. В Галле из заключения была освобождена бывшая комендант нацистского лагеря Э. Дорн.

Сработала ли это знаменитая немецкая любовь к порядку — орднунгу, слишком ли близка была память о поражении в войне или существовали другие причины, о которых мы не имеем представления, но только напряженность вдруг стала спадать.

Организаторам июньского выступления не удалось добиться главной цели — забастовки и демонстрации не переросли в восстание против правящего режима. Основная масса населения дистанцировалась от политических лозунгов, выдвигая лишь экономические требования (снижение цен и рабочих норм).

На многих предприятиях СЕПГ удалось оперативно организовать вооруженную охрану, которая с июля 1953 года существовала как «боевые дружины рабочего класса».

Массовые выступления быстро шли на спад, власти перехватили инициативу, и уже 24 июня в Берлине состоялся массовый митинг молодежи в поддержку социалистической власти. 25 июня Демократический блок выразил свое доверие правительству ГДР. На его стороне решительно действовали сотрудники народной полиции и госбезопасности.

Впрочем, можно и не строить далеко идущих предположений в области германского менталитета или социальной психологии немцев. Решающую роль в срыве июньского путча сыграла твердая и решительная позиция Советского Союза. Наша страна заявила, что «не потерпит вмешательства империалистических государств во внутренние дела ГДР и не позволит развязать кровавую гражданскую войну». В соответствии с этим заявлением действовали дислоцированные в Германии части Советской Армии.

Командование группы советских оккупационных войск в Германии во главе с главнокомандующим генералом армии А.А. Гречко проявило твёрдость и действовало быстро и решительно. Для блокирования границы с Западным Берлином были подняты и выдвинулись в указанный район несколько стрелковых рот. Затем в Берлин были введены части 12-й танковой, 1-й механизированной и других дивизий. Комендант советского сектора генерал-майор П.А. Дибров своим приказом ввёл в Берлине военное положение, мотострелковые и танковые части ГСОВГ были сосредоточены также в Лейпциге, Галле, Дрездене, Франкфурте-на-Одере, Гере и Потсдаме.

Демонстрация военной силы и наличие политической воли на глазах переломили ситуацию. А ведь рядом стояли недружественные войска, готовые прийти на помощь к восставшим, и пахло новой большой войной!

В результате же последствия для волнений такого масштаба можно признать минимальными. С 17 по 29 июня в ГДР бастовало свыше 430 тысяч человек. Убито было 40. Погибли 11 полицейских и партийных активистов ГДР. Ранено было 400 человек. Арестовано и задержано — 9530. К расстрелу приговорили 6 человек из числа участников беспорядков и погромов, четверых расстреляли (двоих в Магдебурге, по одному — в Берлине и Йене). Два приговора не были приведены в исполнение — в городе Герлице.

20 июня 1953 года коменданты трех западных секторов Берлина (американского, английского и французского) выступили с заявлениями протеста против применения силы советской стороной.

26 июня в районах Восточного Берлина Кепенек, Мите и Фридрихсхайн были организованы демонстрации немецких рабочих, служащих и молодёжи в поддержку действий советских войск.

К 1 июля 1953 года обстановка в целом нормализовалась. В Берлине было снято военное положение. Советские части покинули немецкие города и населенные пункты и приступили к плановой боевой подготовке.

После бала

Следствием всех этих событий стало усиление раскола Германии на два государства и вовлечении этих государств, в большей, чем прежде мере, в политическое и военное противостояние.

В 1954 году был упразднен статус оккупации, с советских войск этот статус также, соответственно, был снят. Контроль Верховного комиссара СССР в Германии над деятельностью органов государственной власти на востоке Германии был прекращен. Правовые основы пребывания советских войск определялись Договором между ГДР и от 20 сентября 1955 года.

Позднее помощь Советского Союза позволила улучшить положение людей в ГДР. В результате межправительственных переговоров в августе 1953 года в Москве Советский Союз освободил ГДР от уплаты оставшихся 2,5 млрд. долларов репараций, передал последние 33 предприятия, находившиеся под советским управлением. Кроме того, советской стороной был предоставлен кредит и осуществлены дополнительные поставки товаров.

После июньских событий в жизни ГДР произошли определенные изменения. Было обновлено руководство СЕПГ, Первым секретарем избрали В. Пика. Пост Генерального секретаря упразднили. Началось массовое государственное и кооперативное жилищное строительство, была создана широкая сеть пансионатов, санаториев и домов отдыха... Ну, и так далее. Предпосылок для выступлений, подобных «рабочему восстанию 17 июня 1953 года», больше не возникало.

Вплоть до конца 80-х.

Вид и размах восстания

Интенсивность народного восстания была неодинаковой в разных городах. Наряду с оставлением работы и демонстрациями во многих населенных пунктах произошли настоящие мятежи населения и даже попытки - частью успешные - освобождения заключенных. В многочисленных местах использовались советские военные для насильственного подавления выступлений.

Забастовки: в 13 столицах округов, в 97 районных центрах, в 196 прочих городах и населенных пунктах, в общей сложности в 304 населенных пунктах.

На ряде предприятий забастовки проводились еще до 17-го июня 1953 года: "Фортшриттшахт" Комбината "Вильгельм Пик", Мансфельд (медеплавильный завод) - 17 апреля.

ФЕБ-Газелан, Фюрстенвальде - 27 мая. Кьеллберг, электромеханическая фабрика, Финстервальде - 28 мая.

Только в центрах восстаний бастовали в общей сложности, по меньшей мере, 110 крупных предприятий с 267 000 рабочих.

Демонстрации: в 7 столицах округов, в 43 районных центрах, в 105 прочих городах и населенных пунктах, в общей сложности в 155 населенных пунктах.

Восстания населения : в 6 столицах округов, в 22 районных центрах, в 44 прочих городах и населенных пунктах, в общей сложности в 72 населенных пунктах.

Попытки освобождения заключенных: в 4 столицах округов, в 12 районных центрах, в 8 прочих городах и населенных пунктах, в общей сложности в 24 населенных пунктах.

Количество освобожденных 17 июня заключенных - 2-3 тысячи человек; в некоторых населенных пунктах - Вайсенфельс, Гюстров, Косвиг попытки освобождения не удались, в других были открыты одновременно несколько тюрем. Есть показания свидетелей из городов: Биттерфельд, Бранденбугг, Кальбе, Айслебен, Гентин, Гера, Герлиц, Гоммерн, Галле, Йена, Лейпциг, Магдебург, Мерзебуре, Преч, Рослау, Зоннеберг и Трептов.

Применение советских войск в 13 столицах округов, в 51 районных центрах, в 57 прочих городах и населенных пунктах, в общей сложности в 121 населенном пункте.

Чрезвычайное положение было объявлено Советскими оккупационными властями в 10 из 14 округов, в 167 из 214 районов советской зоны.

Центры народного восстания: Центрами демонстраций наряду с Берлином и его окрестностями была прежде всего среднегерманская промышленная область (с городами Биттерфельд, Галле, Лейпциг и Мерзебург) и Магдебургский регион, в меньшей степени также области Йена/Гера, Бранденбург и Герлиц. Во всех этих городах забастовки начинались на крупных предприятиях.

Жертвы восстания

Так как Советская Армия применяла оружие относительно соразмерно ситуации, и солдаты не стреляли вслепую по бастующим или демонстрантам, число убитых и раненых - как ни жаль каждую отдельную жертву - было довольно низким. Согласно сообщению Министра государственной безопасности, погибли 19 демонстрантов и 2 человека, не принимавших участия, а также 4 сотрудника полиции и госбезопасности. Ранены были 126 демонстрантов, 61 человек, не принимавший участие и 191 сотрудник сил безопасности. Вероятно, эти цифры занижены, тем более что в них не могли быть включены убитые и раненые, которые были переправлены 17 июня из Восточного Берлина в Западный через границу секторов. В западноберлинских больницах от ран скончались 8 участников июньского восстания.

Следует отметить, что появляются данные, сильно превышающие 267 убитых среди восставших и 116 убитых среди сил безопасности и функционеров режима.

Объявление военного коменданта города Магдебург

Настоящим сообщаю, что граждане Дарч Альфред и Штраух Герберт приговорены судом военного трибунала к смертной казни через расстрел за активные провокационные действия 17-го июня 1953 года, направленные против установленного порядка, а также за участие в бандитских действиях.

Военный комендант города Магдебург

17 июня 1953 года в ГДР началось восстание. Митингующие захватывали здания, требовали смены власти и повышения зарплат. Советские танки были встречены лозунгом «Русский Иван, убирайся домой!». Некоторые требования демонстрантов были выполнены.

Непопулярные решения

В июле 1952 года генсекретарь Социалистической единой партии Германии Вальтер Ульбрихт провозгласил курс на «планомерное строительство социализма». Он предполагал продолжение милитаризации, усиление классовой борьбы (проводились аресты среди христианских и либеральных демократов), а также ускоренное развитие тяжелой промышленности.

Все эти изменения отражались как на общем уровне жизни, так и на работе отраслей, выпускавших потребительские товары. Малый бизнес искоренялся, товары повседневного спроса можно было получить только по карточкам.

Первые забастовки начались уже в мае 1953 года. 13 и 16 мая на сталелитейном заводе в Лейпциге бастовали 900 рабочих, стачки прошли и на других заводах. Требования бастовавших постепенно приобретали политическую окраску.

Существенным стимулом к началу протестных акций послужило решение пленума ЦК СЕПГ о 10-процентном повышении норм выработки, то есть восточногерманские рабочие должны были работать теперь на 10% больше, а зарплаты при этом снижались на четверть.

Мармеладный бунт

Восстание 1953 года также иногда называют «мармеладным бунтом». Из-за того, что еще в апреле 1953 года в магазинах ГДР возник дефицит на сахар, джем (повидло) и варенье. Авторы книги «Советский Союз в локальных войнах и конфликтах» Сергей Лавренов и Игорь Попов писали, что бутерброды с повидлом были традицонным видом завтрака у немцев и пропажа повидла с прилавком была встречена с негодованием.

Когда о протестах среди немцев сообщили в Москву, то не стали усложнять перевод и просто написали, что немцы негодуют из-за нехватки мармелада.

С немецкого языка слово Marmelade можно перевести и как мармелад, и как джем, и как повидло.
Понятно, что такая причина недовольства могла вызвать у советских чиновников только недоумение, поэтому этим «звоночкам» не уделили должного внимания. У тому же в марте умер Сталин - в Союзе были более серьезные поводы для беспокойства. К событиям 17 июня руководство СССР оказалось не подготовленным.

Берия vs Молотов

27 мая 1953 года министр иностранных дел СССР Вячеслав Молотов все же вынес вопрос о положении в ГДР на заседание Президиума Совета Министров СССР.

На этом заседании было решено не слишком форсировать строительство социализма в ГДР, но при этом придерживаться «твердой линии». Был сделан вывод: без наличия советских войск существующий в ГДР режим неустойчив.

Поразило всех выступление на этом заседании министра внутренних дел Лаврентия Берии. Он сказал: «Нам нужна только мирная Германия, а будет там социализм или не будет, нам все равно». Также именно тогда Берия впервые озвучил идею объединения Германии, заявив, что единая Германия, пусть и объединившаяся на буржуазных началах, станет серьезным противовесом влиянию США в западной Европе.

Молотов встретил это заявление Берии в штыки, сказав, что «отказ от создания социалистического государства в Германии будет означать дезориентацию партийных сил не только Восточной Германии, но и во всей Восточной Европе в целом.

А это, в свою очередь, откроет перспективу капитуляции восточноевропейских государств перед американцами».

В итоге, главным виновников берлинских событий будет признан Берия. До этого он лично распорядился отозвать в Москву уполномоченного МВД СССР по Германии и его заместителей, а также урезал в семь раз число сотрудников своего министерства в ГДР.

"Козлобородый должен уйти!"

Утром 17 июня 1953 года началась массовая забастовка. Колонны рабочих направились к торговому центру Восточному Берлина, где начали выдвигать свои требования. От изначальных лозунгов о повышении зарплат и снижении норм выработки митингующие быстро перешли к лозунгам политическим, к требованиям свободных выборов и объединению Германии.

Популярными были лозунги против руководства ГДР: «Бородка, брюхо и очки - это не воля народа!» (Bart, Bauch und Brille - das ist nicht der Wille des Volkes) и «Козлобородый должен уйти!».

К этому времени общее число демонстрантов достигло 100 тысяч человек. Начались столкновения с полицией и работниками СЕПГ. В Берлине к митингующим не вышел ни один представитель правительства. Разгонять демонстрацию начали полиция и советские войска.

Уголовники-демонстранты

В других восточногерманских городах и районах также шли стачки и демонстрации. Их центрами стали прежде всего среднегерманская промышленная область с городами Биттерфельд, Галле, Лейпциг и Мерзебург и Магдебургский регион, в меньшей степени - области Йена-Гера, Бранденбург и Герлиц. Активно митинговали в Магдебурге, Герлице и Дрездене.

В Магдебурге демонстранты взяли штурмом следственный изолятор Нойштадт и освободили 211 заключённых, среди них и обычных уголовников. Они тут же присоединились к агрессивной части митингующих. В общей сумме, из 12 немецких тюрем были освобождены около 1400 заключённых. В народных волнениях приняли участие от 3 до 4 миллионов восточных немцев. Согласно последним исследованиям, демонстрации и забастовки прошли в не менее чем 701 населённом пункте ГДР.

"Русский Иван, убирайся домой!"

На улицах Берлина появились советские танки из состава 12-й танковой и 1-й механизированной дивизий. На острие конфликта оказалась Группа советских оккупационных войск, которую с 26 мая 1953 года возглавил генерал-полковник Гречко.
Указание Москвы было одно: действовать «твердо и решительно». Молотов о событиях в июне 1953-го позже вспоминал: «Берия был в Берлине на подавлении восстания - он молодец в таких случаях. У нас было решение применить танки. Помню, что решили принять крутые меры, не допустить никакого восстания, подавить беспощаднейшим образом. Допустим, чтобы немцы восстали против нас?! Все бы закачалось, империалисты бы вступили, это был бы провал полнейший».

Уже утром 17 июня для блокирования границы с Западным Берлином Лаврентий Берия приказал поднять по тревоге и выдвинуть в указанный район несколько стрелковых рот, находившихся в то время в столице.

Советские танки были встречены лозунгами "Русский Иван, убирайся домой". В Берлине было введено военное положение и режим чрезвычайного положения.

Всего в подавлении волнений приняли участие 16 дивизий. В одном только Берлине было три дивизии с 600 танками. Вечером 17 июня в городе действовали около 20 000 советских солдат и 15 000 служащих казарменной полиции.

Под натиском танков демонстрантам пришлось уйти из правительственного квартала, но ситуация по-прежнему оставляла желать лучшего. Важнейшие предприятия не работали. Даже текст приказа о введении ЧП негде было распечататать, поскольку типографии бастовали. Только въехав на танке во двор типографии удалось приступить к печати.

"Помощь" западных партнеров

Демонстрантов в Восточном Берлине поддержали власти западных секторов города, самой ФРГ и ряда западноевропейских государств. По данным советской разведки, ещё накануне массовых июньских манифестаций число американских и английских военнослужащих в ФРГ увеличилась на 12 000 человек.

С началом митингов в границам ГДР стали массово стягиваться танки, БТР и другая тяжелая боевая техника. К границе также переместилась американская радиостанция «РИАС», была развернута широкая пропагандистская кампания против «социалистических порядков» в ГДР.

Верховный комиссар СССР в ГДР Владимир Семенов иформировал Москву: «Над рядом советских объектов ежедневно на низких высотах пролетают военно-транспортные самолеты С-47, с которых сбрасываются листовки, содержащие враждебные выпады в отношении Советских Вооруженных Сил и социалистического строительства в Восточной Германии».

Впрочем, к военному вмешательству НАТО в СССР были готовы. Министр госбезопасности Советского Союза Игнатьев и министр обороны маршал Василевский в 1952 году одобрили план действий, направленных против американских и натовских стратегических военных баз в случае войны или вышедших из-под контроля локальных конфликтов. План предусматривал, что первой акцией при возникновении военного конфликта в Европе должно стать уничтожение коммуникаций натовской штаб-квартиры.

Жертвы и итоги

Как это обычно и происходит, официальные данные ГДР о жертвах 17 июня (25 человек) были занижены, а цифры, которые приводились на Западе (507 человек), завышены.

По данным Центра исторических исследований в Потсдаме, число жертв, подтвержденных источниками, составило 55 человек. Около 20 смертельных случаев так и не удалось расследовать.

В отчете Владимира Семёнова в Москву сообщалось, что к 5 ноября 1953 года судами ГДР были осуждены 1240 «участников провокаций», среди которых были 138 бывших членов нацистских организаций и 23 жителя Западного Берлина. До конца января это число увеличилось до 1526 осуждённых: 2 были приговорены к смерти, 3 - к пожизненному заключению, 13 - на сроки 10 - 15 лет, 99 - на сроки 5 -10 лет, 994 - на сроки 1-5 лет и 546 на сроки до одного года.

Итоги восстания оказались двоякими. С одной стороны, СССР снизил процент репараций, рабочим были возвращены нормы выработки, зарплаты остались прежними, а в 1954 году даже был снят оккупационный режим. С другой стороны, позиции Ульбрихта только укрепились, он получил возможность провести чистки среди своих противников, а люди продолжали бежать в ФРГ.